Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа
от 12 ноября 2002 г. N Ф03-А04/02-1/2161
(извлечение)

Комментарий:

Принимая судебный акт, коллегия кассационной инстанции установила несколько обстоятельств по рассматриваемому случаю. Прежде всего, судом установлено и подтверждено наличие страхового интереса у страхователя - арендатора застрахованного имущества, на основании договора аренды и ст. 622 ГК РФ.
Кроме того, судебная коллегия еще раз подтвердила в правоприменительной практике общее правило о начале течения срока исковой давности, предусмотренное ст. 200 ГК РФ применительно к страховым правоотношениям, указав, что течение срока исковой давности для страхователя (выгодоприобретателя) начинается со дня, когда у указанного лица возникло право требования выплаты страхового возмещения, то есть срок определен моментом востребования при наступлении страхового случая. Иначе говоря, судебная коллегия определила, что для страхователей по имущественным видам страхования двухгодичный срок исковой давности (ст. 966 ГК РФ) исчисляется не с момента получения от страховщика отказа в выплате страхового возмещения, а с момента наступления страхового случая, что позволяет страхователю обратиться с требованием к страховщику за выплатой страхового возмещения.

Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации от 28 ноября 2003 г. N 75
"Обзор практики рассмотрения судами споров, связанных с исполнением договоров страхования"
(извлечение)

Комментарий:

Во-первых, Высший Арбитражный Суд РФ подтвердил положения ст. 930 ГК РФ о том, что при страховании имущества под страховым интересом следует понимать заинтересованность страхователя или выгодоприобретателя в сохранении имущества. Это обстоятельство позволит исключить на практике иное определение или понятие страхового интереса при страховании имущества, хотя не раскрывается, в чем должна проявляться данная заинтересованность страхователя (выгодоприобретателя) и какими признаками и критериями доказывать эту заинтересованность.
Во-вторых, Высший Арбитражный Суд РФ указал, что при наступлении страхового случая наличие или отсутствие страхового интереса у страхователя должен доказывать страховщик (п. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ, АПК)).
В-третьих, Высший Арбитражный Суд РФ фактически указал, что страховые компании должны устанавливать наличие страхового интереса у страхователей в момент заключения договора страхования. По правилу установление наличия страхового интереса при заключении договора страхования относится к функции страховщика, связанной с проведением мероприятий по оценке страхового риска в момент заключения договора страхования. Это право предоставлено страховщикам в соответствии со ст. 930, 944, 945 ГК РФ. В частности, пунктом 2 ст. 944 ГК РФ определено, что если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем. Соответственно, к этим обстоятельствам можно отнести и обстоятельства, связанные с установлением наличия или отсутствия у страхователя страхового интереса.
В случае несоблюдения данных положений норм закона страховщик лишается в последующем права признания договора страхования недействительным, в том числе и в связи с отсутствием у страхователя страхового интереса. Очевидно, исходя из изложенных обстоятельств, Высший Арбитражный Суд РФ посчитал, что страховые организации должны самостоятельно, без участия страхователей, доказывать отсутствие страхового интереса у последнего после наступления страхового случая.
Нам представляется, что выводы Высшего Арбитражного Суда РФ базируются на том, что факт заключения договора страхования свидетельствует о том, что договор заключен при наличии у страхователя (выгодоприобретателя) страхового интереса, ибо обратное должен доказывать страховщик.
Однако применительно к описываемой ситуации остается открытым и неисследованным вопрос об условиях договора страхования, предусматривающих право страховщика на истребование и получение от страхователя документов, подтверждающих наличие страхового интереса, не только в момент заключения договора страхования, но и после наступления страхового события (случая), что возлагает на страхователя корреспондирующую обязанность по предоставлению указанных документов. В связи с этим возникает неопределенность в вопросе о том, каким образом страховщикам реализовывать ст. 65 АПК РФ и доказывать наличие или отсутствие у страхователя страхового интереса, если последний не предоставляет страховщику соответствующие документы, что лишает страховщика возможности доказывать наличие или отсутствие страхового интереса у страхователя. Представляется, что последующая судебная практика должна ответить и на этот вопрос.

Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации от 28 ноября 2003 г. N 75
"Обзор практики рассмотрения судами споров, связанных с исполнением договоров страхования"
(извлечение)

Комментарий:

Высший Арбитражный Суд РФ фактически установил, что у собственника имущества всегда имеется страховой интерес, даже и в том случае, если расходы по ремонту арендованного имущества по договору аренды возложены на арендатора. В связи с этим возникает вопрос о праве арендатора на страхование арендованного имущества в свою пользу по рискам повреждения в качестве страхового интерессента.
Если руководствоваться соображениями Высшего Арбитражного Суда РФ о том, что у собственника всегда имеется интерес, то, соответственно, возможность наличия страхового интереса у других лиц, кроме собственника, исключается, в том числе и тогда, когда собственник в силу закона или договора риск гибели или повреждения имущества возлагает на другое лицо.
Статья 930 ГК РФ указывает на обязательность наличия страхового интереса при заключении договора страхования либо у страхователя, либо у выгодоприобретателя, то есть у одного из указанных лиц. Иначе говоря, следуя буквальному толкованию нормы закона, можно сделать вывод о том, что двух интерессентов в договоре страхования быть не может. Кроме того, законодатель определяет, что страховой интерес должен быть основан на законе, ином правовом акте или договоре.
В рассматриваемом случае по условиям договора страхования страховым интерессентом был обозначен собственник автомобиля, но не арендатор, даже при том, что расходы по ремонту автомобиля по условиям договора аренды были возложены на арендатора. Иначе говоря, расходы (убыток) по риску повреждения (п. 2. ст. 929 ГК РФ) в соответствии с договором аренды (основание интереса) должен был понести арендатор. Несмотря на это Высший Арбитражный Суд РФ установил, что страховой интерес может быть только у собственника имущества.
При этом Высший Арбитражный Суд РФ не исследовал и оставил без внимания и рассмотрения вопрос о том, что в рассматриваемом случае по условиям договоров аренды в случае повреждения арендованного имущества собственник имущества никаких убытков, связанных с восстановлением поврежденного арендованного имущества, не претерпевает, до тех пор пока это бремя лежит на арендаторе по условиям договора аренды. Соответственно, в этой части убыток в виде расходов на ремонт должен понести арендатор. А убыток, как следует из смысла ст. 929 ГК РФ, - это обратная сторона страхового интереса, который в данном случае собственником возложен на арендатора.
Возможно, при определении по данному случаю страхового интерессента целесообразно рассматривать вопрос о допустимости двух интерессентов, но только по разным рискам. А именно, по риску гибели или утраты имущества интересссентом вполне может выступать только собственник, а по рискам повреждения имущества - лица, владеющие этим имуществом на ограниченном вещном праве, а именно аренде, лизинге, залоге, хранении и т.д. Это можно обосновать только теми случаями, когда собственник возлагает на указанных выше лиц бремя по риску случайного повреждения имущества, снимая, тем самым, данное бремя с себя на период действия соответствующего договора об ограниченном вещном праве.

Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации от 28 ноября 2003 г. N 75
"Обзор практики рассмотрения судами споров, связанных с исполнением договоров страхования"
(извлечение)

Комментарий:

Высший Арбитражный Суд РФ установил, что если лицо владеет имуществом на основании договора безвозмездного пользования (ссуды), то это лицо также наряду с собственником может обладать страховым интересом. Однако данный интерес обусловлен не сохранением имущества, а возможностью извлечения выгоды от использования этого имущества. В принципе подобная трактовка соответствует элементу конструкции ст. 15 ГК РФ - убыток в форме неполученного дохода.
В выводах судебных инстанций прослеживаются разные точки зрения по определению страхового интереса в рассматриваемом случае. Первая судебная инстанция, характеризует страховой интерес с убытками в виде реального ущерба (утрата или повреждение имущества). Другие судебные инстанции, в том числе и Высший Арбитражный Суд РФ, страховой интерес связывают с выгодой, которую ссудополучатель имеет от предотвращения убытков, которые он несет в случае невозможности использовать застрахованное имущество. Иначе говоря, в данном случае страховой интерес увязывается с другим признаком убытка - неполученным доходом (упущенной выгодой). Это при том, что фактически страховалось имущество, а не предпринимательский риск.
На наш взгляд, характеризуя страховой интерес при страховании имущества, дуализм мнений неприемлем, так как страховое законодательство, - имеются в виду нормы, регулирующие страховые правоотношения, - совершенно определенно характеризует понятие объекта страхования - страхового интереса при имущественном страховании, в том числе и страховании имущества. Причем страхового интереса, основанного на законе, ином правовом акте или договоре.
Так, в частности, в ст. 929 ГК РФ определено, что страхованием покрываются два вида убытка:
1. убыток непосредственно в застрахованном имуществе;
2. убыток, связанный с иными имущественными интересами страхователя.
В рассматриваемом судами случае речь идет о страховании имущества - автомобиля, то есть об имущественном интересе, связанном с риском угона (утраты), недостачи или повреждения автомобиля (п. 2 ст. 929 ГК РФ). Следовательно, в данном случае цель страхования заключалась в покрытии убытка, возникшего непосредственно в застрахованном имуществе в виде реального ущерба. Однако, апелляционная инстанция и Высший Арбитражный Суд РФ посчитали, что объектом страхования является страховой интерес, связанный с иным имущественным интересом страхователя, а именно с неполученным доходом (упущенной выгодой), что, собственно, не соответствует объекту страхования по условиям страхования в рассматриваемом случае.
Поэтому, на наш взгляд, при вынесении решения судом первой инстанции было принято во внимание существенное условие договора страхования об определенном имуществе и имущественном интересе (ст. 942 ГК РФ), что явилось предметом судебного исследования. Исходя из этого судом было установлено, что по факту угона (утраты) убыток в виде реального ущерба понес его собственник, а не страхователь - ссудополучатель, так как по условиям договора безвозмездного пользования риск случайной гибели автомобиля несет его собственник, а не ссудополучатель - страхователь. Ссудополучатель несет риск случайной гибели полученного в безвозмездное пользование только при наступлении обстоятельств, предусмотренных ст. 696 ГК РФ. Однако принимая во внимание то, что наступили иные обстоятельства, нежели чем те, которые указаны в ст. 696 ГК РФ, ссудополучатель не понес никакой имущественной ответственности перед собственником имущества.
Кроме того, у страхователя - ссудополучателя в связи с угоном автомобиля имущества не убавилось, так как он не нес каких-либо расходов по приобретению угнанного автотранспортного средства. Следовательно, реальный ущерб при данных обстоятельствах мог понести только собственник автомобиля, так как утрачено его имущество, соответственно, ущерб причинен ему. Поэтому если страховое возмещение будет выплачено страхователю - ссудополучателю, а не собственнику, то первый неосновательно обогатится за счет собственника, ибо, как было отмечено выше, имущественные активы страхователя в связи с угоном автомобиля не уменьшились.

Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа
от 5 февраля 2003 г. N Ф09-101/03ГК
(извлечение)

Комментарий:

Кассационная коллегия правомерно признала наличие имущественного интереса у арендатора - страхователя имущества. При этом суды обеих инстанций исходили из положений ст. 930 ГК РФ, определяющих основные признаки, характеризующие наличие имущественного интереса у страхователей или выгодоприрбретателей. Это, прежде всего, подтверждение наличия субъективного интереса у страхователя - арендатора, заключающегося в правовой связи заинтересованного лица с предметом страхования - определенным имуществом. В данном случае факт наличия такой правовой связи судами установлен на основании договора аренды имущества, по условиям которого арендатор имеет право пользоваться и владеть застрахованным имуществом. А поскольку имущество находится в непосредственном обладании у арендатора, в процессе использования которого последний извлекает определенную материальную выгоду, то, соответственно, это лицо имеет интерес в сохранении находящегося у него в ведении имущества. Более того, страхователь - арендатор, наряду с тем, что извлекает пользу от использования арендованного имущества, одновременно несет еще и имущественную ответственность перед арендодателем за утрату или повреждение арендованного им имущества. По этой причине у арендатора возникает интерес в сохранении арендованного имущества, чтобы отвратить от себя убытки, связанные с возмещением арендодателю ущерба в случае утраты или повреждения арендованного имущества, так как данная ответственность предусмотрена договором аренды. Исходя из этого, суды сделали правильный вывод о том, что страхователь - арендодатель имеет право застраховать это имущество.
Вывод: арендатор имеет интерес в сохранении имущества, основанный на договоре аренды, по условиям которого на арендатора переложен риск случайной гибели арендованного имущества.

Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа
от 30 января 2001 г. N КА-А40/40-01
(извлечение)

Комментарий:

В актах судебных инстанций особого внимания заслуживают выводы, касающиеся применения положений п. 3 ст. 930 ГК РФ относительно заключения договора страхования "за счет кого следует", а именно в пользу третьего лица без указания его имени. В связи с этим коллегии обеих судебных инстанций сделали вывод о том, что для признания договора страхования действительным необходимо наличие страхового интереса у лица, в пользу которого осуществляется страхование, причем в момент заключения договора страхования. А именно, лицо, заключившее договор страхования как в свою пользу, так и в пользу третьего лица, должно иметь какие-либо права в отношении застрахованного имущества или нести связанные с ним обязанности. Причем, как отмечают суды, данные права и обязанности должны быть при заключении договора страхования. Однако, как видно из материалов дела, у страхователя отсутствовали какие-либо правопритязания к застрахованному имуществу.
Вывод: во-первых, договор страхования может быть заключен только при наличии страхового интереса у страхователя или выгодоприобретателя. Во-вторых, страховой интерессент должен присутствовать в сделке по страхованию в момент заключения договора страхования, то есть в договоре должно быть названо лицо, обладающее страховым интересом. В-третьих, при отсутствии страхового интереса у страхователя или третьего лица, тем более не названного в договоре, заключенный договор страхования подлежит признанию недействительным.