Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа
от 4 июня 2003 г. N Ф09-1399/03ГК
(извлечение)

Комментарий:

Принимая судебные акты, суды исходили из правового положения выгодоприобретателя в страховой сделке, определенного в ст. 956 ГК РФ, применительно к процедуре его замены. При этом страхователь строго следовал предписаниям, указанным в норме закона, осуществляя процедуру замены выгодоприобретателя, что и было установлено судами всех инстанций.
Однако, при принятии судебных актов, судами не был исследован вопрос о наличии страхового интереса в момент наступления страхового случая у лица, названного страхователем в качестве выгодоприобретателя. Дело в том, что в соответствии со ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего на основании закона, иного правового акта или договора интерес в сохранении имущества. Следовательно, при наступлении страхового случая страховое возмещение подлежит выплате лицу, имеющему страховой интерес, а именно страхователю или выгодоприобретателю. Но вопрос о наличии страхового возмещения остался неисследованным. В частности, не выяснено, кто имел страховой интерес в момент наступления страхового случая страхователь - залогодатель или третье лицо, названное страхователем? Если в момент замены старого выгодоприобретеля, а в данном случае это был сам страхователь, у нового выгодоприобретателя отсутствовал страховой интерес, то подобная замена противоречит принципу страхования и ст. 930 ГК РФ. Поэтому нам представляется, что кроме исследованных вопросов, судам дополнительно следовало бы рассмотреть и данный вопрос, ибо "одобренный" ими выгодоприобретатель при отсутствии у него страхового интереса мог неосновательно обогатиться за счет страхования.

Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
от 6 января 1998 г. N 1386/96
(извлечение)

Комментарий:

В постановлении Высшего Арбитражного Суда РФ заслуживают внимания следующие моменты. Во-первых, это статус выгодоприобретателя в страховой сделке. Высший Арбитражный Суд РФ резюмировал, что выгодоприобретатель не является основным участником сделки, а является третьим лицом с вытекающими из этого последствиями. Именно поэтому он не был признан кредитором в сделке. Во-вторых, Высший Арбитражный Суд РФ провел четкое разграничение по объектам страхования при страховании так называемых финансовых рисков. А именно в рассматриваемом случае не был застрахован предпринимательский риск банка кредитора, а была застрахована ответственность заемщика за невозврат кредита, хотя это возможно лишь в том случае, если законом предусмотренно подобное страхование ответственности.

Решение Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края по гражданскому делу N 2-3283103 от 21 ноября 2003 г.
(извлечение)

Выгодоприобретатель обратилась в суд с иском к страховщику и перестраховщику о взыскании страхового возмещения по договору страхования от 13 августа 2002 года. В иске она указала, что в соответствии с договором страхования имущества юридических лиц, заключенного между страховщиком и ООО, предметом договора являются имущественные интересы страхователя (выгодоприобретателя), связанные с владением, пользованием и распоряжением дизельным топливом в объеме 2000 тонн, находящимся на нефтебазе страхователя. Указанное имущество было утрачено вследствие противоправных действий третьих лиц, что подтверждается фактом возбуждения уголовного дела 20 января 2003 года.
18 октября 2002 года истица обратилась в страховую компанию с уведомлением о выполнении взятых страховщиком обязательств по договору страхования и выплате ей как выгодоприобретателю страхового вознаграждения, однако до настоящего времени страховая компания не выполнила своих обязательств, в связи с чем и заявлен настоящий иск.
В судебном заседании представители истицы поддержали исковые требования в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в исковом заявлении. При этом они просили признать надлежащим ответчиком только страховщика, поскольку к перестраховщику у истицы претензий не имеется.
Представители ответчика не признали исковые требования, пояснив, что у истицы нет права требования выплаты страхового вознаграждения, поскольку она не представила документов, подтверждающих ее право на дизельное топливо, которое было застраховано. Выгодоприобретателем в страховом полисе может быть указано любое лицо, и оно может меняться по усмотрению страхователя. Кроме того, в соответствии со ст. 964 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения за убытки, возникшие вследствие изъятия, конфискации, реквизиции, ареста или уничтожения застрахованного имущества по распоряжению государственного органа. Утраченное дизельное топливо, принадлежащее страхователю, было арестовано судебными приставами.
Выслушав стороны, проверив материалы дела, суд признал иск необоснованным и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, страхователь заключил 13 августа 2002 года договор страхования имущества в виде дизельного топлива в количестве 2000 тонн, уже будучи ликвидированным на основании решения Арбитражного суда Приморского края от 9 марта 2000 года, которым было установлено, что страхователь осуществлял деятельность по хранению нефти и продуктов ее переработки без лицензии. Таким образом, у страхователя на момент заключения договора страхования отсутствовал основанный на законе страховой интерес.
Истица по данному договору являлась выгодоприобретателем. Согласно п. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. Истица, не являясь собственником застрахованного имущества и не будучи владельцем на ином законном основании, не имела и не могла иметь страхового интереса к сохранению данного имущества.
В соответствии с п. 3.1.4 п.п. "з" договора страхования имущества юридических лиц от 13 августа 2002 года в случае наступления события, которое по условиям договора может быть признано страховым случаем, страхователь обязан предоставить страховщику документы, подтверждающие наличие права собственности или иного имущественного интереса в погибшем (утраченном), поврежденном имуществе на момент страхового случая (свидетельство о праве собственности, договор купли-продажи, договор аренды и т.п.).
Указанные документы не представлены истицей, а следовательно, у нее отсутствует право требования выплаты страхового вознаграждения.
Кроме того, суду не представлено доказательств, что утрата застрахованного имущества произошла в виду неправомерных действий третьих лиц. Застрахованное дизтопливо, находящееся на хранении у страхователя, было подвергнуто аресту на основании определения Анучинского районного суда Приморского края от 8 июля 2002 года, то есть договор страхования был заключен уже на вышедшее из владения и распоряжения страхователя имущество.

Комментарий:

Суд совершенно правомерно пришел к выводу об отсутствии страхового интереса как у страхователя, так и выгодоприобретателя. Страхователь не мог иметь такого интереса, потому что к моменту заключения договора страхования уже был ликвидирован, не имел правоспособности, не мог иметь в собственности или владении никакого имущества, и не мог вообще заключать какие-либо сделки. Выгодоприобретатель также не имела никакого отношения к застрахованному имуществу, так как не была ни его собственником, ни владельцем на иных законных основаниях. В то же время суд, по нашему мнению, избрал не самый оптимальный путь простого отказа в иске. Поскольку в силу п. 2 ст. 930 ГК РФ договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества недействителен, а также вследствие того, что сделка совершена ликвидированным юридическим лицом, что противоречит ст. 48 и 61 ГК РФ, суд мог по своей инициативе применить последствия недействительности ничтожной сделки - такое право ему предоставлено ч. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ. В этом случае суду не пришлось бы оценивать доводы сторон и документы об обстоятельствах изъятия застрахованного имущества, так как это уже не имело бы правового значения.