ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



§ 2. Банковская гарантия


1. Институт банковской гарантии в том виде, в котором он нашел закрепление в ГК, является принципиально новым для российского законодательства. Ничего подобного ранее не существовало.
Гарантия, в том числе банковская, в гражданском законодательстве квалифицировалась как разновидность договора поручительства. Нынешняя банковская гарантия с поручительством имеет мало общего. Более того, она стоит особняком в ряду других способов обеспечения исполнения обязательств. Обусловлено это специфическими чертами гарантии, особым субъектным составом отношений, возникающих по поводу выдачи и исполнения гарантии, достаточно своеобразным содержанием соответствующих правовых связей.
Широкого распространения в России банковская гарантия не имеет. В других странах, а также в отношениях российских юридических лиц с иностранными организациями использование банковской гарантии для обеспечения обязательств встречается достаточно часто. Существует даже система обычно-правовых норм по договорным гарантиям, содержание которых в значительной степени предопределило содержание норм ГК о банковской гарантии.
2. Банковская гарантия характеризуется следующими чертами:
- самостоятельностью, независимостью от обеспечиваемого ею обязательства, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство (ст. 370 ГК). Своим "появлением на свет" банковская гарантия в каждом конкретном случае обязана основному обязательству, ибо невозможно обеспечивать обязательство, которого нет. Независимость обязательства гаранта, очевидно, проявляется в том, что, рассматривая требование бенефициара, гарант не может выдвигать возражения, основанные на отношениях бенефициара и принципала;
- безотзывностью. Гарант вправе отозвать гарантию только в том случае, если в ней предусмотрена такая возможность (ст. 371 ГК);
- непередаваемостью прав. Бенефициар может уступить третьему лицу принадлежащее ему по банковской гарантии право требования к гаранту лишь в том случае, если такая возможность предусмотрена в самой гарантии (ст. 372 ГК);
- возмездностью. За выдачу гарантии принципал уплачивает гаранту вознаграждение (ст. 370 ГК);
- высокой степенью формализованности отношений. Проявляется она, например, в том, что даже если у бенефициара есть основания требовать от гаранта исполнения обязательства, предусмотренного гарантией, но документы, приложенные к соответствующему требованию бенефициара, не соответствуют условиям гарантии, то гарант отказывает в удовлетворении такого требования (п. 1 ст. 376 ГК).
3. Субъектный состав банковской гарантии достаточно специфичен.
В отношениях, возникающих по поводу банковской гарантии, участвуют три субъекта:
- гарант. Им может быть только банк, иное кредитное учреждение или страховая организация. Если в обеспечение какого-либо обязательства выдается "банковская гарантия" каким-то другим субъектом (коммерческим или некоммерческим юридическим лицом, органом государственной власти или местного самоуправления и т.п.), то такая гарантия недействительна (ничтожна), поскольку правоспособность этих субъектов не включает возможность выдачи банковской гарантии;
- принципал. Им является лицо, которое в каком-либо обязательстве (кредитном, из договора купли-продажи, аренды, подряда и т.п.) выступает в качестве должника. Банковская гарантия дается по просьбе принципала. Следовательно, банковская гарантия, выданная без такой просьбы, недействительна (ст. 168 ГК);
- бенефициар. Им является кредитор принципала по обеспечиваемому банковской гарантией обязательству.
Принципалами и бенефициарами могут быть любые субъекты гражданского права.
Поскольку ст. 329 ГК содержит открытый перечень способов обеспечения исполнения обязательств, постольку и другие субъекты, помимо названных в ст. 368 ГК, могут выдавать гарантии в обеспечение обязательств. Однако, с одной стороны, эти гарантии будут находиться за пределами правового режима банковской гарантии. Правила гражданского законодательства о банковской гарантии к таким способам обеспечения обязательств применяться не будут. Это иногда не учитывается в литературе, и банковская гарантия рассматривается в одном ряду с иными видами гарантий (выдаваемыми Федеральным фондом поддержки малого предпринимательства, от имени Правительства Российской Федерации и т.д.) <*>.
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 620.

С другой стороны, было бы неправильно считать, что гарантии, выдаваемые иными субъектами, кроме тех, которые указаны в ст. 368 ГК, есть гарантии-поручительства. Все зависит от того, каким содержанием наполнят понятие "гарантия" участники соответствующих отношений.
4. По-видимому, вследствие ассоциативности мышления многие авторы исследуют банковскую гарантию в ее сравнении с поручительством либо с иными гражданско-правовыми категориями. Наверное, такой подход обусловлен также тем, что многие годы гарантия представляла собой разновидность поручительства <*>. Но сегодняшняя банковская гарантия не имеет почти ничего общего с той "умершей" гарантией. Похожи они лишь функциональным назначением, однако даже в этой части далеко не полное совпадение. Этого не учитывает, например, А.Л. Меламед, усматривая различие между банковской гарантией и поручительством лишь в специфике субъектного состава первого из названных способов обеспечения обязательств, а также в том, что "в рамках гарантийного обязательства не учитываются претензии и возражения принципала (основного должника) к бенефициару (кредитору)" <**>. Конечно, различия названных способов обеспечения обязательств гораздо более существенны. Возможно, игнорирование таких различий привело того же автора к иным утверждениям, с которыми нельзя согласиться (тем более что некоторые из них носят взаимоисключающий характер). Так, А.Л. Меламед полагает, что гарант обязуется выплатить бенефициару определенную сумму "в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по основному договору" <***>. Однако, как следует из содержания ст. 376 ГК, гарант обязан удовлетворить требование бенефициара, даже если основное обязательство полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно.
--------------------------------
<*> На ошибочность такого подхода уже обращалось внимание в юридической литературе (см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 473 и сл.); Сарбаш С. Обеспечение исполнения кредитных обязательств // Закон. 1997. N 2. С. 95.
<**> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 570 - 571.
<***> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. С. 572.

Комментируя правило ст. 373 ГК о вступлении банковской гарантии в силу, А.Л. Меламед излагает соответствующие положения, относившиеся к гарантии как разновидности поручительства <*>. Ясно, что такой комментарий лишь дезориентирует читателя. Непонятно также, почему не будет иметь законной силы соглашение бенефициара и гаранта о возможности передать права по банковской гарантии третьему лицу, достигнутое после вступления банковской гарантии в действие <**>.
--------------------------------
<*> См. там же. С. 573.
<**> См. там же.

5. Юридико-фактическая основа развития отношений по поводу банковской гарантии может быть представлена следующим образом.
Во-первых, инициативу в зарождении соответствующих отношений проявляет должник по какому-либо обязательству (гарантия дается по его просьбе), который в результате выдачи банковской гарантии становится принципалом. Позиция кредитора указанного должника не имеет юридического значения. Однако несомненно, что сама инициатива должника, как и условия банковской гарантии, о которой просит должник, продиктована требованиями кредитора к должнику (например, при заключении договора купли-продажи, предусматривающего оплату товара в рассрочку, продавец требует, чтобы обязанность покупателя по оплате товара была обеспечена банковской гарантией определенного субъекта).
Во-вторых, банк, иное кредитное учреждение или страховая организация путем выдачи соответствующего письменного обязательства выражает свою волю быть гарантом.
6. Оформление банковской гарантии производится в несколько этапов.
Должник по какому-либо обязательству (принципал) обращается к банку, иному кредитному учреждению или страховой организации (гаранту) с просьбой дать обязательство при наличии определенных условий уплатить кредитору данного должника (бенефициару) денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования об ее уплате. Указанное обращение производится в письменной форме. Помимо просьбы дать банковскую гарантию здесь могут излагаться возможные условия будущей гарантии, размер вознаграждения, которое будущий принципал готов уплатить потенциальному гаранту за выдачу банковской гарантии, и т.д. Отношения принципала и гаранта по поводу выдачи последним банковской гарантии регулируются их соглашением, в котором устанавливается размер вознаграждения, уплачиваемого принципалом гаранту, определяются права и обязанности гаранта и принципала, возникающие в связи с выплатой гарантом бенефициару денежных сумм во исполнение требований последнего, и т.д.
Наконец, банк, иное кредитное учреждение или страховая организация дают письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования об ее уплате. В этом письменном обязательстве (банковской гарантии) определяется сумма, на которую выдается гарантия, формулируются условия, при наличии которых гарант обязуется уплатить бенефициару указанную сумму или ее часть, предусматривается перечень документов, которые должны быть приложены бенефициаром к требованию об уплате гарантом денежной суммы, указывается срок, на который выдается гарантия <*>.
--------------------------------
<*> Судебная практика исходит из того, что если в банковской гарантии не указан срок, в течение которого требование может быть заявлено гаранту, то гарантийное обязательство следует считать невозникшим, поскольку условие о сроке является существенным (см. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 1998 г. N 6395/97).

Известны случаи выдачи банковских гарантий, срок действия которых истекал в установленный соглашением должника и кредитора день исполнения обязательства, обеспечиваемого гарантией. До наступления этого дня еще нельзя требовать от гаранта исполнения своего обязательства (бенефициар не сможет указать, в чем выразилось нарушение принципалом "основного" обязательства). После истечения срока уже нельзя заявить гаранту соответствующее требование, поскольку обязательство гаранта прекратилось. Аналогично может быть охарактеризован случай, когда действие банковской гарантии прекращается ранее срока исполнения основного обязательства. Суды обычно исходят из того, что при таких обстоятельствах банковская гарантия недействительна, ибо при ее выдаче изначально отсутствовала обеспечительная функция по отношению к "основному" обязательству <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 1997 г. N 8065/95.

Кроме того, в банковской гарантии может быть предусмотрено право гаранта отозвать гарантию, могут предусматриваться условия отзыва, может закрепляться право бенефициара передать принадлежащее ему в силу банковской гарантии право требования другому лицу, может устанавливаться срок вступления банковской гарантии в силу, наконец, может ограничиваться ответственность гаранта перед бенефициаром за невыполнение или ненадлежащее выполнение гарантом обязательства по гарантии.
Не исключено оформление отношений по поводу банковской гарантии путем составления одного документа, подписываемого гарантом и бенефициаром, а иногда даже и принципалом, причем в этом документе могут излагаться не только условия гарантии, но и правила о взаимоотношениях гаранта и принципала, хотя с точки зрения юридической техники такое оформление отношений недостаточно корректно, однако оно вполне допустимо.
Обязательство гаранта должно оформляться в письменной форме (ст. 368 ГК). По мнению С.В. Сарбаша, несоблюдение письменной формы банковской гарантии влечет за собой невозможность ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает права приводить письменные и иные доказательства <*>. Вряд ли с этим можно согласиться. Исходя из содержания ст. 368 ГК, думается, что письменная форма является конститутивным признаком банковской гарантии, да и с практической точки зрения трудно представить себе банковскую гарантию в иной форме.
--------------------------------
<*> См.: Сарбаш С.В. Обеспечение исполнения кредитных обязательств // Закон. 1997. N 2. С. 95.

Обычно банковская гарантия дается путем выдачи (направления) так называемого "гарантийного письма" <*> либо документа, озаглавленного "Банковская гарантия" <**> или - проще - "Гарантия" <***>.
--------------------------------
<*> См.: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 435; Аванесова Г. Применение банковской гарантии и договора поручительства в банковской практике // Хозяйство и право. 1996. N 7.
<**> См.: Бакшинскас В.Ю. Договорные обязательства: теория и практика: практическое пособие для руководителя и бухгалтера. М.: АКДИ "Экономика и жизнь". 1997. С. 87 - 88.
<***> Сборник образцов гражданско-правовых договоров (с комментариями). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 37.

Первое из перечисленных наименований документа, содержащего условия банковской гарантии, представляется не очень удачным. Тем не менее можно прогнозировать некоторое распространение таких документов - традиция. (Иногда гарантийным письмом именуют документ, не имеющий заголовка, исполненный на бланке банка-гаранта, содержащий указание бенефициара и условия гарантии.) Гораздо хуже, если будут оформляться "договоры банковской гарантии", о которых упоминается в одном из комментариев к Гражданскому кодексу <*>. Наличие таких "договоров" порождает иллюзию, будто между гарантом и бенефициаром существуют договорные отношения. Воплощение банковской гарантии в форме, свойственной двух- или многосторонним сделкам, противоречит существу отношений бенефициара и гаранта.
--------------------------------
<*> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 575.

7. Как следует из изложенного, выдача банковской гарантии представляет собой одностороннюю сделку. Именно так обычно квалифицируется указанное действие в юридической литературе <*>.
--------------------------------
<*> См., например: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 620; Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 435; Сборник образцов гражданско-правовых договоров (с комментариями). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 33. См. также: Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии (Информ. письмо от 15 января 1998 г. N 27) // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 3. С. 88.

Лишь изредка встречаются высказывания, оспаривающие данную точку зрения. Так, по мнению В.А. Хохлова, "банковская гарантия может быть как односторонней, так и двух- и многосторонней сделкой: все зависит от конкретных обстоятельств, от фактических отношений". К такому выводу автора приводит учет следующих обстоятельств: "Факт выдачи гарантии (отдельного письма, подписанного только гарантом) может рассматриваться в качестве оферты, а факт выдачи кредита... может быть отнесен к... конклюдентным действиям... и тем самым выполнить функции акцепта. Кроме того, отношения сторон могут быть оформлены и трехсторонним (бенефициар, гарант, принципал) договором" <*>.
--------------------------------
<*> Хохлов В.А. Ответственность за нарушение договора по гражданскому праву. С. 170.

Отношения, возникающие по поводу банковской гарантии, действительно, могут быть оформлены документом, подписанным гарантом и бенефициаром или гарантом, бенефициаром и принципалом. Однако способ воплощения договоренностей этих лиц не может служить критерием при определении правовой природы соответствующих действий. Очевидно, что В.А. Хохлов в данном случае смешивает понятия "договор-сделка" (юридический факт) и "договор-документ". Что касается выдачи кредита либо совершения иных положительных действий со стороны бенефициара в качестве акцепта, то и здесь допущена очевидная ошибка. В гарантии вообще может быть указано, что она вступает в силу после получения извещения бенефициара о принятии гарантии либо после выдачи кредита и т.п. Но и в таких случаях нет оснований говорить о соглашении сторон (договоре) <*>.
--------------------------------
<*> Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии (Информ. письмо от 15 января 1998 г. N 27).

Для выдачи банковской гарантии необходимо и достаточно воли одной стороны-гаранта. Следовательно, это односторонняя сделка (п. 2 ст. 154 ГК). В результате возникает одностороннее обязательство, в соответствии с которым гарант обязуется уплатить бенефициару-кредитору по обеспечиваемому банковской гарантией обязательству определенную денежную сумму <*>.
--------------------------------
<*> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 476. Аналогичная точка зрения высказывалась и ранее. См., например: Ефимова Л. Поручительство (гарантия) как способ обеспечения кредита // Хозяйство и право. 1994. N 6; Гражданско-правовое регулирование банковской деятельности. С. 135.

8. Т.В. Богачева считает, что основание возникновения отношений по банковской гарантии образует юридический состав. "Прежде всего, ТРЕБУЕТСЯ (выделено мной. - Б.Г.) заключение договора между принципалом и гарантом о предоставлении банковской гарантии... Затем следует собственно выдача банковской гарантии, которая должна рассматриваться как односторонняя сделка..." <*>. Приведенное высказывание представляется излишне категоричным. Действительно, анализ содержания статей Гражданского кодекса, посвященных банковской гарантии, приводит к выводу о том, что выдаче банковской гарантии должно предшествовать соглашение гаранта и принципала. В частности, в ст. 379 ГК прямо указывается, что гарантия выдается во исполнение соглашения гаранта и принципала. Однако, с другой стороны, при определении банковской гарантии в ст. 368 ГК речи нет о соглашении гаранта и принципала, а говорится лишь о предоставлении гарантии по просьбе принципала. Налицо определенное (стилистическое?) противоречие между нормой, сформулированной в ст. 368, и п. 1 ст. 379 ГК. Значение данного противоречия не следует переоценивать. Во-первых, в ст. 379 ГК излагаются правила о регрессных требованиях гаранта к принципалу, т.е. речь идет о частных вопросах, возникающих лишь на определенном этапе развития отношений гаранта и принципала. Для понимания сущности этих отношений норма ст. 368 ГК, несомненно, имеет большее значение, поскольку содержит дефиницию банковской гарантии; эта норма имеет основополагающее значение для всех прочих норм, сформулированных в § 6 гл. 23 ГК. Во-вторых, должник по какому-либо обязательству, обращаясь к банку с просьбой дать гарантию (совершить одностороннюю сделку), тем самым одновременно предлагает установить обязательственные отношения между ним и банком. Удовлетворяя данную просьбу должника, банк дает гарантию (совершает одностороннюю сделку) и одновременно тем самым выражает согласие на вступление в обязательство с должником. Банк с этого момента становится гарантом, должник - принципалом. Таким образом, при выдаче гарантии по просьбе другого лица нельзя говорить, что между ними нет соглашения (договора как юридического факта, породившего обязательство между гарантом и принципалом). Другое дело, что может не быть соглашения в надлежащей форме (договора как документа, содержащего условия соглашения).
--------------------------------
<*> Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 435.

На стадии решения вопроса о предоставлении гарантии гарант и принципал могут не оговаривать в деталях взаимные права и обязанности. Но как отсутствие письменного документа, так и отсутствие указанной детализации не означают отсутствия соглашения гаранта и принципала <*> (если бы не было соглашения, не появилось бы и гарантии).
--------------------------------
<*> Судебная практика исходит из того, что отсутствие письменного соглашения между принципалом и гарантом не влечет недействительности гарантийного обязательства гаранта перед бенефициаром (см.: Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии (Информ. письмо от 15 января 1998 г. N 27).

Таким образом, противоречие между ст. 368 и ст. 379 ГК лишь кажущееся.
9. Банковская гарантия выдается в обеспечение исполнения уже существующего обязательства. Очевидно, нет препятствий для выдачи гарантии в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем. В последнем случае она вступит в силу со дня возникновения обязательства, обеспечиваемого гарантией, если в ней не предусмотрен более поздний срок. По общему правилу, предусмотренному ст. 373 ГК, банковская гарантия вступает в силу со дня ее выдачи, если в гарантии не установлено иное <*>.
--------------------------------
<*> Например, известны случаи, когда гарантия "вступала в силу с момента выплаты субарендатором аванса основной арендной платы" (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 3 июня 1997 г. N 1165/97).

10. В результате выдачи банковской гарантии возникает правоотношение между банком, иным кредитным учреждением или страховой организацией (гарантом) и кредитором третьего лица (бенефициаром). В то же время выдача банковской гарантии порождает и правоотношение между гарантом и должником по обеспечиваемому гарантией обязательству (принципалом).
Правоотношение между гарантом и бенефициаром имеет сложное содержание.
При наличии указанных в банковской гарантии условий бенефициар вправе потребовать от гаранта уплаты денежной суммы, на которую выдана гарантия, или ее части. Требование должно быть заявлено в письменной форме. К нему прилагаются указанные в гарантии документы. Кроме того, бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия <*>. Указанные действия должны быть совершены бенефициаром до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана (ст. 374 ГК). Гарант должен рассмотреть требования бенефициара с приложенными к нему документами в разумный срок и проявить разумную заботливость, чтобы установить, соответствует ли это требование и приложенные к нему документы условиям гарантии (п. 2 ст. 375 ГК). При этом решающее значение имеет не выяснение вины принципала, не анализ отношений, сложившихся между принципалом и бенефициаром и пр., но формальное соответствие требования бенефициара и приложенных к требованию документов условиям гарантии.
--------------------------------
<*> Сообщение о нарушении отнюдь не дает гаранту право вникать в суть сложившихся между бенефициаром и принципалом отношений, выполнять роль арбитра в их возможном споре и т.п. Речь идет лишь об обязанности информационного характера. В то же время если бенефициар не сообщил, в чем состоит нарушение принципала (не исполнил указанную "информационную" обязанность), то гарант может отказать в удовлетворении требования бенефициара.

Отказ в удовлетворении требования возможен только в двух случаях:
а) требование либо прилагаемые к нему документы не соответствуют условиям гарантии;
б) требование и (или) документы, которые должны к нему прилагаться, представлены гаранту по окончании определенного в гарантии срока (п. 1 ст. 376 ГК).
Об отказе удовлетворить требования бенефициара гарант должен немедленно сообщить бенефициару.
В случае если во время рассмотрения требования и приложенных к нему документов гаранту станет известно, что основное обязательство, обеспеченное гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно, он должен немедленно сообщить об этом бенефициару (и принципалу) (п. 2 ст. 376 ГК). При этом перечисления денежных сумм бенефициару не производится. Если, однако, после такого уведомления бенефициар предъявляет повторное требование, то оно должно быть удовлетворено (п. 2 ст. 376 ГК) <*>.
--------------------------------
<*> В то же время суд, установив факт надлежащего исполнения основного обязательства, о чем бенефициару было известно до предъявления письменного требования к гаранту, отказывает в удовлетворении этого требования, расценивая действия гаранта как злоупотребление правом (см.: Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии (Информ. письмо от 15 января 1998 г. N 27); Обзор судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц (Информ. письмо Президиума ВАС РФ от 16 февраля 1998 г. N 29).

Уплата бенефициару денежной суммы, на которую выдана гарантия, представляет собой исполнение гарантом своего обязательства. Поэтому обязательство гаранта перед бенефициарием ограничивается уплатой суммы, на которую данная гарантия выдана (п. 1 ст. 377 ГК). Гарант не несет обязанности возмещать убытки, уплачивать неустойку и пр. сверх указанной суммы.
Если, однако, гарант не исполняет принятое на себя обязательство либо исполняет его ненадлежащим образом, то он может быть привлечен к ответственности. Ответственность гаранта не ограничивается суммой, на которую выдана гарантия, поскольку в ней не предусмотрено иное (п. 2 ст. 377 ГК). Так, в результате того что требование бенефициара не рассмотрено гарантом в разумный срок, бенефициар может понести убытки. Они подлежат возмещению сверх той суммы, на которую выдана гарантия. Обязанность гаранта может быть обеспечена неустойкой <*>. При отсутствии в гарантии иных условий бенефициар вправе требовать от гаранта, необоснованно уклонившегося или отказавшегося от выплаты суммы по гарантии либо просрочившего ее уплату, выплаты процентов в соответствии со ст. 395 ГК <**>.
--------------------------------
<*> См. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 марта 2000 г. N 6820/99.
<**> См. совместное Постановление о процентах за пользование денежными средствами (п. 19).

11. Иногда высказывается мнение, в соответствии с которым гарант, исполняя принятое на себя обязательство, несет ответственность перед бенефициаром <*>. Это, конечно, не так. Удовлетворяя требование бенефициара об уплате денежной суммы, гарант просто надлежащим образом исполняет свое обязательство <**>. В случае нарушения им этого обязательства возможна ответственность. Различие правовых оснований платежей гаранта бенефициару отчетливо выражено в ст. 377 ГК. Непосредственной целью правил, сформулированных в этой статье, является определение максимальных сумм, которые бенефициар может взыскать с гаранта. Однако в п. 1 названной статьи речь идет об обязательстве гаранта перед бенефициаром, а в п. 2 - об ответственности гаранта за невыполнение или ненадлежащее выполнение им этого обязательства.
--------------------------------
<*> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 625; Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 572. (Любопытно, что в дальнейшем (с. 577) четко различаются основания платежей гаранта); Хохлов В.А. Ответственность за нарушение договора по гражданскому праву. С. 169 - 173.
<**> См.: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 436.

В связи с изложенным представляется также ошибочным утверждение, в соответствии с которым банковская гарантия представляет собой обязательство, принятое банком "по просьбе своего клиента, ИСПОЛНИТЬ ОБЯЗАТЕЛЬСТВО ПОСЛЕДНЕГО ЛИБО ОТВЕЧАТЬ ЗА ЕГО НЕИСПОЛНЕНИЕ В СОЛИДАРНОМ ПОРЯДКЕ" <*> (выделено мной. - Б.Г.).
--------------------------------
<*> Белов В.А. Новые способы обеспечения исполнения банковских обязательств // Бизнес и банки. 1997. N 45 (367). Октябрь. С. 2.

12. Некоторое распространение получает в юридической литературе точка зрения, в соответствии с которой гарант уплачивает соответствующую сумму бенефициару при наступлении так называемого гарантийного случая. Под гарантийным случаем понимается "неисполнение или ненадлежащее исполнение принципалом своих обязательств" <*> или "перечень нарушений, с наступлением которых появляется основание для предъявления требования по уплате гарантом бенефициару определенной денежной суммы" <**>. Представляется, что такая позиция подрывает провозглашенную законом независимость банковской гарантии (ст. 370 ГК), поскольку удовлетворение требований бенефициара при таком подходе ставится в зависимость от поведения должника по основному обязательству. Это противоречит правилам ст. 376 ГК. Если согласиться с утверждениями о том, что "право требования возникает у бенефициара исключительно при наступлении гарантийного случая", "гарант производит платеж по гарантии лишь в случае неисполнения принципалом основного обязательства", то от независимости банковской гарантии не остается и следа <***>.
--------------------------------
<*> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 571.
<**> См.: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. С. 531.
<***> В.В. Витрянским уже высказывались возражения против такой позиции (см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 474, 478 - 479).

13. Содержание правовой связи гаранта и принципала включает следующие права и обязанности:
а) за выдачу банковской гарантии принципал уплачивает гаранту вознаграждение (п. 2 ст. 369 ГК);
б) по получении требования бенефициара гарант должен без промедления уведомить об этом принципала и передать ему копии требования со всеми относящимися к нему документами (п. 1 ст. 375 ГК);
в) гарант вправе потребовать от принципала в порядке регресса возмещения сумм, уплаченных бенефициару по банковской гарантии, в порядке и на условиях, определяемых соглашением гаранта с принципалом, во исполнение которого была выдана гарантия (п. 2 ст. 379 ГК). Указанным соглашением может быть предусмотрена обязанность принципала возместить гаранту его имущественные потери в полном объеме либо ответственность принципала может быть ограничена определенной суммой. В соглашении могут быть установлены сроки уплаты принципалом гаранту соответствующих сумм и т.д.
Если гарант уплатил бенефициару денежные суммы не в соответствии с условиями гарантии или за нарушение обязательств гаранта перед бенефициаром, то он не вправе требовать от принципала возмещения этих сумм. Однако соглашением гаранта и принципала может быть предусмотрено иное, в том числе полная или частичная компенсация соответствующих расходов гаранта принципалом (п. 2 ст. 379 ГК);
г) гарант, которому стало известно о прекращении гарантии, должен без промедления уведомить об этом принципала (п. 2 ст. 378 ГК);
д) гарант, которому при рассмотрении требования бенефициара и приложенных к требованию документов стало известно об исполнении основного обязательства, его недействительности или прекращении, должен немедленно сообщить об этом принципалу (и бенефициару) (п. 2. ст. 376 ГК).
14. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассмотрел дело по протесту, принесенному в порядке надзора, один из доводов которого сводился к тому, что банковская гарантия выдана на безвозмездной основе, а потому недействительна. Президиум указал, что вопрос о возмездности (или безвозмездности) банковской гарантии касается только отношений гаранта и принципала и не может рассматриваться в качестве основания к отказу гаранта в удовлетворении требований бенефициара <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 6. С. 81 - 83. См. об этом также: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 476 - 477.

Такой подход представляется правильным. Действительно, за выдачу банковской гарантии принципал уплачивает гаранту вознаграждение. Однако указанная обязанность принципала входит в содержание обязательства, существующего между ним и гарантом. Бенефициар может не знать содержания этого обязательства, да и не должен знать его. (Кстати, соглашение гаранта и принципала может носить конфиденциальный характер.) Кроме того, закон не предусматривает в качестве существенного условия договора гаранта с принципалом размер вознаграждения (цену) за предоставление гарантии. Следовательно, даже при отсутствии соглашения о цене обязательство действительно, а размер вознаграждения гаранта определяется в соответствии с правилом, установленным в п. 3 ст. 424 ГК.
Если бы банковская гарантия признавалась недействительной в связи с отсутствием соглашения гаранта и принципала о размере вознаграждения либо вследствие того, что договором гаранта и принципала предусмотрено предоставление гарантии на безвозмездных началах, то всегда существовала бы вполне реальная угроза злонамеренного соглашения гаранта с принципалом, тем более что "связка" гарант-принципал с точки зрения экономической гораздо более прочная, нежели "привязанность" гаранта к бенефициару. Принципал - это практически всегда клиент банка, на деньгах которого банк зарабатывает. Принципал платит банку вознаграждение за предоставление гарантии. От бенефициара банк не имеет ничего. Напротив, он должен ему уплатить по банковской гарантии. Причем с правовой точки зрения позиции бенефициара защищены намного лучше в сравнении с интересами гаранта.
С учетом этих обстоятельств было бы неудивительным появление у многих банков-гарантов и их клиентов-принципалов искушения защитить свои интересы за счет третьего лица - бенефициара.
Правило, содержащееся в п. 2 ст. 369 ГК, может быть прочитано и по-иному: "За выдачу банковской гарантии принципал обязан - должен уплатить гаранту вознаграждение". Скорее всего именно так оно будет интерпретироваться работниками налоговых органов. Поэтому изложенная позиция вряд ли найдет у них понимание. Маловероятно, что налоговые органы "устроит" взимание за банковскую гарантию и так называемой "символической платы" (как это иногда делается за рубежом). По-видимому, некоторое время возможны соответствующие споры. Принимая во внимание уже обозначившуюся позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, представляется, что указанная интерпретация правила, предусмотренного п. 2 ст. 369 ГК, "не приживется".
15. В силу ст. 379 ГК право гаранта потребовать от принципала в порядке регресса возмещения сумм, уплаченных бенефициару по банковской гарантии, определяется соглашением гаранта с принципалом, во исполнение которого была выдана гарантия. Данное правило понимается разными исследователями неодинаково. Однако, прежде чем говорить о различных точках зрения, следует упомянуть о встречающемся методологически неверном подходе к анализу данного правила. Так, А.Я. Максимович характеризует названное в указанной статье регрессное требование в сравнении с такими же требованиями, которыми обладало в соответствии с ГК РСФСР 1964 г. лицо, возместившее причиненный другим лицом вред <*>. Таким образом, формируется мнение, будто регрессные обязательства не имели никакого отношения к договорным обязательствам и ныне приходится "примерять" их к отношениям принципала и гаранта чуть ли не по аналогии.
--------------------------------
<*> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 579.

Однако, во-первых, регрессные обязательства никогда не были чужды договорным отношениям <*>. ГК РСФСР 1964 г. "не злоупотреблял" термином "регресс", но причины тому - не юридического характера (в период, предшествовавший разработке этого Гражданского кодекса, из научного оборота вытеснялись многие категории и термины, свойственные "буржуазному праву": цессия, вещные права и т.д.). В ГК РСФСР 1964 г. вместо слов "регрессное требование" используются слова "право обратного требования". Причем в главе о деликтных обязательствах прямо указывалось, что право обратного требования есть право регресса (ст. 456 ГК). В других случаях упоминания права обратного требования такого пояснения не содержалось (ст. 183).
--------------------------------
<*> См., например: Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 276; Гражданское право. В 2 т. Т. 2 / Учебник под ред. Е.А. Суханова. М.: БЕК, 1994. С. 18 - 19 (автор главы - Е.А. Суханов).

Во-вторых, о регрессных обязательствах говорится не только в ст. 379 ГК (ст. ст. 147, 325, 366, 382, 399, 640, 885, 1081).
Поэтому, думается, неверно вскрывать сущность регрессного обязательства, упоминаемого в ст. 379 ГК лишь в сравнении с таким же обязательством, возникновение которого предусматривалось ст. 456 ГК РСФСР. Может быть, именно такой подход приводит автора к выводу: "Во-первых, предпосылкой возникновения права на предъявление регрессных требований служит не причинение вреда, а нарушение, как правило, договорного обязательства, обеспеченного банковской гарантией" <*>.
--------------------------------
<*> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М.: БЕК, 1996. С. 579.

Указанное обстоятельство нельзя считать специфическим для отношений, складывающихся по поводу банковской гарантии и исполнения гарантом своего обязательства. Как отмечалось, ранее (до принятия ГК 1994 г.) и сегодня регрессные обстоятельства возникали и возникают не только в связи с деликтными обязательствами. Кстати, причинение вреда, так же как и нарушение договорного обязательства, нельзя считать "предпосылкой возникновения права"; это юридические факты, порождающие права <*>.
--------------------------------
<*> См.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М.: Юрид. лит., 1958. С. 27.

Вряд ли можно согласиться и с другим выводом, который делает А.Я. Максимович: "Во-вторых, право регрессного требования основывается не непосредственно на законе, а на соглашении сторон - гаранта и принципала" <*>. По мнению Т.В. Богачевой, "...указание на договорный характер регрессного обязательства означает, что при отсутствии такого соглашения ответственность принципала не наступает" <**>. С.В. Сарбаш указывает, что возможность предъявления гарантом регрессных требований к принципалу "предоставлена гаранту при наличии договора с принципалом, где оговорено это право" <***>.
--------------------------------
<*> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. С. 579.
<**> Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М.: Юристъ, 1997. С. 436.
<***> Сарбаш С.В. Обеспечение исполнения кредитных обязательств // Закон. 1997. N 2. С. 96, См. также Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). М.: Юрид. фирма "Контракт"; Инфра-М, 1997. С. 626. См. также: Аванесова Г. Применение банковской гарантии и договора поручительства в банковской практике // Хозяйство и право. 1996. N 7.

Против такой позиции выступил В.В. Витрянский, справедливо указавший, что норма, содержащаяся в п. 1 ст. 379 ГК, не устанавливает правила, в соответствии с которым право гаранта на регрессные требования к принципалу возникает из соглашения с последним <*>.
--------------------------------
<*> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 481.

Редакция п. 1 ст. 379 ГК, конечно, не может быть признана удачной. Словарный запас юриста, как правило, не содержит такого словосочетания, как "право определяется". Обычно говорится о возникновении или установлении права (см., например, ст. ст. 2, 8, 153 ГК), приобретении прав (п. 2 ст. 1 ГК), право может быть предусмотрено (например, законом или договором) и т.п. Какой же смысл вкладывается в слова "право гаранта... определяется соглашением гаранта с принципалом"?
Думается, В.В. Витрянский, рассматривая содержание п. 1 ст. 379 ГК, вполне обоснованно указывает на недопустимость неосновательного обогащения как гаранта за счет принципала, так и, наоборот, принципала за счет гаранта <*>. В этой связи уместно вспомнить, что кондикционное обязательство, по справедливому замечанию А.Л. Маковского, "...УНИВЕРСАЛЬНО для всех случаев, когда одно лицо приобретает (сберегает) имущество за счет другого без правового основания и поэтому ЯВЛЯЕТСЯ РОДОВЫМ ПОНЯТИЕМ ПО ОТНОШЕНИЮ КО ВСЕМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМ ВОЗВРАТИТЬ ИМУЩЕСТВО, ПРИОБРЕТЕННОЕ (СБЕРЕЖЕННОЕ) БЕЗ ДОСТАТОЧНЫХ ОСНОВАНИЙ..." <**> (выделено А.Л. Маковским).
--------------------------------
<*> См. там же.
<**> Маковский А.Л. Обязательства вследствие неосновательного обогащения (гл. 60) // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель. М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1996. С. 597 - 598.

Следовательно, если одно лицо неосновательно обогащается (сберегает) за счет другого, то оно всегда обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Отсутствие соглашения гаранта и принципала, предусматривающего право гаранта на возмещение понесенных им расходов в связи с исполнением банковской гарантии (полностью или в части), отнюдь не означает отсутствие такого права у гаранта. Нельзя же считать отсутствия указанного соглашения законным основанием сбережения имущества принципалом за счет гаранта ("законным обогащением"). Кстати, ст. 1103 ГК прямо указывает на необходимость применения норм гл. 60 ГК ("Обязательства вследствие неосновательного обогащения") к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Поскольку банковская гарантия дается по просьбе принципала, постольку с предоставлением ее возникает не только одностороннее обязательство гаранта по отношению к бенефициару, но и обязательство между гарантом и принципалом.
Противоположный подход неизбежно ведет к неосновательному сбережению имущества принципалом, признанию "законности неосновательного обогащения на стороне принципала, что было бы верхом несправедливости, поскольку в нашем случае в роли принципала выступает должник, не исполнивший основного обязательства" <*>. Что не менее важно, такой подход противоречит требованиям гл. 60 ГК.
--------------------------------
<*> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 482.

Таким образом, опираясь на нормы, содержащиеся в ст. ст. 1102 - 1103 ГК, надлежит сделать вывод о том, что у гаранта есть право потребовать от принципала в порядке регресса возмещения сумм, уплаченных бенефициару по банковской гарантии, независимо от того, существует ли между ними соответствующее соглашение. (Обязательство между ними существует.) Следовательно, когда в п. 1 ст. 379 ГК говорится о том, что "право гаранта... определяется соглашением гаранта с принципалом", то имеется в виду порядок реализации этого права, пределы обязательства принципала перед гарантом, сроки платежей, формы расчетов и т.п. С этой точки зрения логично даже неуместное в тексте закона словосочетание "право определяется", т.е. в соглашении следует раскрыть объем (пределы) регрессного требования гаранта, в какой-то мере может быть определен механизм его реализации и т.п.
16. Прекращение банковской гарантии может происходить по общим основаниям прекращения обязательств (гл. 26 ГК) либо по специальным основаниям, предусмотренным в ст. 378 ГК.
17. Как следует из изложенного, банковская гарантия весьма эффективно обеспечивает интересы кредитора (бенефициара). Ею могут обеспечиваться различные обязательства, в том числе кредитные. Другое дело, что, будучи выгодной банку-бенефициару, банковская гарантия довольно "опасна" банку-гаранту. Поэтому банк-гарант обычно стремится к тому, чтобы регрессное обязательство принципала в свою очередь обеспечивалось залогом, поручительством, а то и банковской гарантией <*>. Например, кредитора (будущего бенефициара) "устроит" только гарантия банка "А". Этот банк соглашается, но с условием, что регрессное обязательство будет обеспечиваться гарантией банка "Б", либо залогом определенного имущества, либо поручительством определенного субъекта и т.д.
--------------------------------
<*> При рассмотрении конкретного дела Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что нормы Гражданского кодекса не содержат запрета на обеспечение банковской гарантией обязательств принципала по возмещению в порядке регресса денежных средств, выплаченных бенефициару (см. Постановление от 17 ноября 1998 г. N 6429/98).


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2021