1. Строй правового государства (см. комментарий к ст. 1) является строем социального правового государства. Если правовое государство характеризует государственную власть с точки зрения ее организации, взаимоотношений и взаимодействия органов законодательной, исполнительной и судебной власти, пределов вторжения законодателя, исполнительных органов и суда в различные сферы общественной и индивидуальной жизни и т.п., то социальное государство характеризует одно из основных направлений государственной деятельности и означает возложение на государство некоторых социальных задач, обусловленных экономическим и социальным развитием общества, является юридическим выражением ответственности и обязанностей государства перед обществом и личностью по осуществлению социальной программы, заложенной в экономических, социальных и культурных правах. Иначе говоря, принцип правового государства, означающий формальное равенство и господство права в так называемом материальном смысле, в Конституции Российской Федерации сопрягается с принципом социального государства, заключающемся в перераспределении национального дохода в пользу социально слабых, не способных своим трудом или иным законным способом обеспечить себе достойную жизнь и свободное развитие.
Провозглашение Российской Федерации социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, не означает закрепления государственного патернализма с присущим ему тотальным регулированием экономики и неприятием экономической свободы и активности личности, предпринимательства и иной хозяйственной деятельности. Социальное государство не упраздняет личную ответственность человека за собственное материальное благополучие при условии, что он своим трудом или иным законным способом в состоянии обеспечить материальный достаток для себя и своей семьи.
Конституционное закрепление социального государства означает возложение на государство общесоциальной функции. Государство - не "ночной сторож", а фактор общественного благополучия, основывающегося на принципах социального равенства, солидарности и взаимной ответственности членов общества. Взвешенная социальная политика государства, преследуя цель равномерного содействия благу всех граждан и распределения материальных тягот пропорционально их экономическому потенциалу, одновременно выступает условием социальной стабильности и в конечном счете прочности конституционного строя, ибо создает социальную базу его поддержки, формирует атмосферу общественного доверия к политическим и экономическим институтам государства.
Политика социального государства направлена на создание условий (юридических, организационных, экономических), обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Под достойной жизнью обычно понимают достойный человека прожиточный минимум, материальную обеспеченность на уровне стандартов развитого общества, возможность обладать и пользоваться материальными и социальными благами современной цивилизации, включая жилище и медицинское обслуживание, личную безопасность и социальное обеспечение, доступ к ценностям культуры и т.п. Достойная жизнь предполагает и свободное развитие человека, его физическое, умственное и нравственное совершенствование.
Для составления адекватного представления о строе социального правового государства в Российской Федерации важное значение имеет анализ гарантий конституционных прав и свобод, которые содержатся в главе 2 Конституции Российской Федерации. Гарантирующая роль государства существенно различается в зависимости от того, о каких правах и свободах идет речь - гражданских и политических или экономических, социальных и культурных. Это обусловлено тем, что социально-экономические права и свободы в отличие от гражданских и политических содержат в себе достаточно обширную социальную программу, требующую для своей реализации положительных усилий государства в социально-экономической и культурной жизни общества в целом и отдельного индивида, тогда как гарантии гражданских и политических прав человека и гражданина очерчивают сферу индивидуальной автономии личности и содержат запреты на вмешательство в области, предоставленные свободному усмотрению индивида.
Иначе говоря, государство должно воздерживаться от вмешательства в известные области, предоставляя свободный простор личной деятельности, но индивид больше ничего не может требовать от него в этой сфере. Государство, регулируя гражданские и политические права, не несет иных юридических обязанностей, кроме обязанности предусмотреть правовые механизмы защиты эти прав от покушений со стороны государственных органов и их должностных лиц, общественных объединений, других граждан. Это не означает, что государство свободно от необходимости обеспечить условия для осуществления этих прав (финансирование выборов, содержание правоохранительных органов и т.п.), но сами эти условия не входят в нормативное содержание указанных прав. Весьма определенно характер государственных гарантий данного вида выражен в конституционном нормировании права на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23), неприкосновенность жилища (ст. 25), других гражданских и политических прав и свобод (ст. 29, 30, 31 и др. Конституции).
Иную структуру имеют гарантии социальных, экономических и культурных прав, закрепленных в Конституции Российской Федерации. Право на труд и отдых, защита семьи, материнства и детства, право на социальное обеспечение, на жилище, на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на благоприятную окружающую среду или на образование, закрепленные в Конституции, содержат в себе обширную социальную программу и требуют от государства не только признания, соблюдения и защиты как гражданские и политические права, но и положительной деятельности по реализации этой программы, основные направления которой отражены в общей конституционной формуле социального государства. Речь при этом идет не о привилегиях, подрывающих саму идею правового и социального государства, а о льготах социально слабым; поэтому принцип социального государства есть способ и форма конституционно-правового воплощения самой идеи справедливости.
2. Определяемые ч. 2 ст. 7 Конституции основные направления государственной деятельности в социальной сфере - это, по существу, конституционные обязанности государства по социальной защите граждан. Они носят не разовый, а постоянный характер и требуют высокой степени активности государства в обеспечении материального производства и распределения, государственного программирования развития экономики и в установленных законом формах - управления ею для обеспечения индивидуальной и социальной жизни.
Конституционные обязанности в социальной сфере отличаются меньшей степенью формальной определенности, чем обязанности по обеспечению гражданских и политических прав и свобод. Здесь значительно более широк диапазон самостоятельного усмотрения законодателя и органов исполнительной власти, границы которого обусловлены состоянием экономики, уровнем безработицы, состоянием материальной базы медицинского обслуживания и прочих условий. Но эта самостоятельность также имеет юридические пределы, может и должна осуществляться в правовых формах, предусмотренных законом и с соблюдением установленных им границ. Иными словами, ст. 7 Конституции содержит в себе императивное требование, обращенное к законодателю. Но способы и направления реализации этого общего конституционного предписания не определены, а соответствующая задача возложена на законодателя и в значительной мере - на органы исполнительной власти.
При этом имеет место опасность излишне широкого истолкования формулы социального государства. Попытка вложить в это понятие все желаемое и выдать его за конституционное требование не соответствует реальному содержанию названной формулы. В конституционной доктрине правильно подчеркивается, что принцип социального государства ограничивается рамками материальной правовой государственности: широкое социальное обеспечение, осуществляемое государством, стремящееся превратить общество в государство всеобщего благоденствия и социального обеспечения и упраздняющее тем самым ответственность индивида за собственную свободу, не соответствует принципам социального правового государства. В комментируемой части ст. 7 речь идет не о правах граждан в их взаимоотношениях с государством, а об общих социальных обязательствах государства, конкретизируемых в экономических, социальных и культурных правах человека.
Указанная опасность велика для нашей страны с учетом ее ранее существовавшей и конституционно закрепленной патерналистской практики по обеспечению социально-экономических прав граждан. Нельзя игнорировать и опасность сужения социальной функции государства, попыток свести роль государства в социальной сфере к роли "ночного сторожа". В связи с этим существенно возрастает роль Конституционного Суда, от которого во многом зависит адекватное Конституции истолкование формулы социального государства, которым должны руководствоваться и законодатель при формировании социальных программ, и исполнительная власть в процессе реализации этих программ, и, разумеется, сам Суд в процессе защиты конституционного строя Российской Федерации, являющегося строем социального правового государства. В данной связи существенный интерес представляет постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 апреля 1996 г. N 9-П (ВКС. 1996. N 2), в котором обязанность платить законно установленные налоги и сборы (ст. 57 Конституции Российской Федерации) Судом была рассмотрена сквозь призму равенства как одной из характеристик правового государства и принципа социального государства. В мотивировочной части постановления Суд указал, что принцип равенства в социальном государстве в отношении обязанности платить законно установленные налоги и сборы (ч. 2 ст. 6 и ст. 57 Конституции Российской Федерации) предполагает, что равенство должно достигаться посредством справедливого перераспределения доходов и дифференциации налогов и сборов.
Казалось бы, положения ст. 6, 19, 57 (см. комментарии), на которые ссылался Конституционный Суд в обоснование своей позиции, не имеют отношения к принципу социального государства. Суд, однако, исходил из того, что российская государственность есть не только правовая, но и социальная государственность, и именно синтезом этих начал, их диалектическим единством и обусловлены качественные характеристики Российской Федерации как социального правового государства.
Принцип социального государства, развиваемый в экономических, социальных и культурных правах человека и гражданина, закрепленных в Конституции, конкретизируется в федеральном законодательстве, например о бюджете, труде и его охране, социальном обеспечении, указах Президента и актах Правительства Российской Федерации, актах субъектов Российской Федерации и защищается в установленных этим законодательством пределах и формах, основанных на началах справедливости и исключающих уравниловку.