1. Запрет сбора информации о частной жизни и оперирования полученными сведениями охватывает как обширную сферу неофициального общения лица, так и его внутренний духовный мир. Этот запрет является составной частью характеристики качества жизни в обществе, показателем степени автономности и свободы индивида по отношению к обществу и государству. Речь идет о событиях прошлой и настоящей жизни человека, значимых для него фактах, действиях и решениях, наконец, о свойствах и переживаниях, присущих самой личности (в некоторых законодательных актах говорится об интимных сторонах жизни), отделенных от аспектов его бытия, непосредственно включенных в процессы государственной или общественной жизни.
В филологии понятие "частная жизнь" трактуется исходя из признака ее неодинаковости, отделенности, даже противопоставления сфере общественной и государственной жизни. Информация о ней отражает личностно выделенную деятельность, связанную с неофициальным, неформальным межличностным общением, включая общение с семьей, родственниками, друзьями, коллегами и т.д., а также значимые для лица действия и решения, в том числе опирающиеся на его правовой статус, но безразличные с точки зрения интересов общества и государства. Например, сведения о законном приобретении имущества, выборе учебного заведения для детей, места проведения отпуска, новой работы, внесении вклада в определенный банк и т.д. Имеется в виду и информация о взглядах, мнениях, других воззрениях, позициях лица по определенным вопросам. Требования права и морали задают необходимые ориентиры для частной жизни, определяя пределы дозволенного в ней. Формулы "не навреди" и "разрешено все, что не запрещено законом" выражают эти ориентиры в сфере частной жизни, которая является существенным элементом конституционного статуса личности.
Комментируемая статья имеет в виду охрану права на частную жизнь, ее неприкосновенность, личную, семейную тайну лишь применительно к физическим лицам. Но посягательство на это право не допускается со стороны как физических, так и юридических лиц, должностных лиц и служащих любых органов, учреждение, организаций, предприятий. Это необходимо специально отметить так как ч. 2 ст. 24 Конституции, говоря о корреспондирующем праве на возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими законные интересы лица, возлагает соответствующую обязанность только на органы государственной власти и органы местного самоуправления.
Информация определяется законом как "сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах, независимо от формы их представления" (ст. 2 Федерального закона от 25 января 1995 г. (20 февраля 1995 г.) N 24-ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации"). Названный закон выделяет также документированную информацию - сведения, зафиксированные на материальном носителе (именно она имеется в виду в ч. 2 комментируемой статьи); информацию о гражданах или персональные данные - сведения о фактах, событиях и обстоятельствах жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность.
Последнее понятие требует, однако, определенных уточнений: а) речь идет о гражданах в широком смысле слова, т.е. включая иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории России (эта трактовка прямо вытекает и из текста ст. 2 и 62 Конституции); б) указание на цель идентификации личности не вполне удачно, так как по буквальному смыслу соответствующего термина имеется ввиду лишь установление тождества, самоличности. Между тем комментируемая статья Конституции имеет ввиду не только данные, необходимые и достаточные, например, для установления времени и места рождения, семейного положения, права на пенсию, лечение и т.д., но любые сведения о частной жизни лица. Все они по определению Закона "Об информации:" должны быть отнесены к конфиденциальным, доступ к которым ограничен законодательством Российской Федерации.
Положения ст. 24 соответствуют общепризнанным принципам и нормам международного права, международным договорам России (ст. 12 Всеобщей декларации прав человека; ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах; ст. 16 Конвенции о правах ребенка; ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).
Запрещая сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия, Конституция имеет в виду просьбу лица или органа, предполагающего работать с соответствующей информацией, обращенную к лицу, о частной жизни которого идет речь, и получение утвердительного ответа, в том числе в форме представления испрашиваемой информации. Ссылки на то, что не поступало возражений, здесь недостаточно: должно быть зафиксировано именно волеизъявление. При несовершеннолетии лица, о частной жизни которого идет речь, иных случаях недееспособности или неполной дееспособности требуется согласие законного представителя.
Права человека и гражданина, закрепленные в ст. 24, относятся к числу тех, которые не подлежат ограничению даже в условиях чрезвычайного положения, вводимого на всей территории Российской Федерации или в отдельных местностях.
При применении ст. 24 как нормы прямого действия или основания для развития отраслевого (межотраслевого) законодательства о правах и свободах человека и гражданина положения комментируемой статьи необходимо сопоставлять с положениями ст. 23, 25, 28, 29 Конституции, детализирующими само понятие неприкосновенности частной жизни и конституционные способы ее защиты. Надо отметить в этой связи, что ч. 4 ст. 29 о праве каждого свободно искать, получать, передавать, производить, распространять информацию любым законным способом должна, в свою очередь, применяться с учетом положений ст. 23 и 24, т.е. помимо ограничений, связанных со способами информационной деятельности и перечнем сведений, составляющих государственную тайну, должно быть учтено и требование неприкосновенности частной жизни, личной и служебной тайны.
2. На положениях ст. 23 и 24 Конституции основан комплекс федеральных законов и подзаконных актов, законодательных актов субъектов Федерации, устанавливающих конкретные запреты разглашать информацию, относящуюся к отдельным областям частной жизни (см., например, ст. 3 Закона "О банках и банковской деятельности"; ст. 9 Закона "О психиатрической помощи:", ст. 139 Семейного кодекса; ст. 5 Закона об основах социального обслуживания населения; ст. 9, 11, 161 УПК и др.).
Уголовно-правовую защиту неприкосновенности частной жизни от сбора или распространения сведений, нарушающих личную или семейную тайну, предусматривает ст. 137 УК РФ. Уголовный закон специально устанавливает также ответственность за нарушение тайны усыновления (удочерения), распространение с целью вымогательства позорящих сведений (соответствующих действительности), либо могущих причинить иной существенный вред, разглашение данных предварительного расследования без согласия ответственных лиц, а также сведений о мерах безопасности для судей и участников процесса. Уголовно-правовая защита неприкосновенности частной жизни от незаконного нарушения тайны переписки или иных сообщений либо неприкосновенности жилища осуществляется и ст. 138, 139 УК РФ.
Наряду с уголовно-правовой защитой неприкосновенность частной жизни защищена правом обжалования решений и действий органов и лиц, нарушивших эту неприкосновенность, в суд, а также в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека; дисциплинарным и административным законодательством об ответственности должностных лиц и других государственных и муниципальных служащих; гражданско-правовым законодательством о праве на иск из причинения вреда и т.д.
3. Запрет сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия не имеет абсолютного характера. В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции он может быть ограничен федеральным законом.
Сбор информации - это поиск и получение ее любым способом и в любой форме: истребование, непосредственное наблюдение, наведение справок, изучение документов, опрос, проникновение в информационные ресурсы и т.д. Способы сбора информации в случае их преступности или иной незаконности влекут соответствующую ответственность лиц, их применяющих. В частности, незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для несогласного получения информации о частной жизни, влечет ответственность по ст. 138 УК; неправомерный доступ к компьютерной информации - по ст. 272 УК и т.д.
Хранение информации - это накопление ее на материальных носителях (в том числе введение в память ЭВМ либо в банки машинной информации и информационные системы); обработка, систематизация, включение в информационные ресурсы (отдельные документы и массивы документов, информационные системы: библиотеки, архивы, фонды, банки данных и т.д.).
Использование информации - обоснование ею действий или решений лица или органа.
Распространение информации - это сообщение ее хотя бы одному лицу; использование для этих целей средств массовой информации, других способов обращения к неопределенному кругу лиц усугубляет ответственность виновных независимо от того, соответствуют ли действительности распространяемые сведения.
Для рассмотрения конфликтных ситуаций, связанных с оценкой законности действий лиц или органов, собирающих сведения о частной жизни, исходя из субъекта, объема, содержания, оснований соответствующих действий, целей предполагаемого использования и т.д., могут быть созданы временные и постоянные третейские суды (ст. 23 Закона "Об информации:").
4. Положения ч. 2 ст. 24 предусматривают как случаи, когда соответствующие данные собраны с согласия лица или даже представлены им, так и случаи, когда лицо хочет проверить, не собирались ли данные о частной жизни без его согласия. В последних случаях положения ч. 2 комментируемой статьи являются одной из гарантий запрета, сформулированного в ч. 1.
В комментируемой части говорится лишь об органах государственной власти, органах местного самоуправления и должностных лицах. Между тем соответствующие документы и материалы могут находиться и в составе информационных ресурсов негосударственных (немуниципальных) предприятий, учреждений, организаций в соответствии с профилем их деятельности, например, в частных образовательных и лечебных учреждениях, детективных и аудиторских службах, учреждениях социального обслуживания. Представляется, что обязанность, предусмотренная ст. 24, распространяется и на них и имеющийся перечень должен рассматриваться как примерный. Этот вывод вытекает и из формулировок ст. 23 и ч. 1 комментируемой статьи, поскольку неприкосновенность частной жизни и запрет незаконного оборота информации о ней предполагают защиту от любого нарушения, независимо от того, кто является его субъектом.
Нарушение обязанности, предусмотренной ч. 2 комментируемой статьи, может иметь форму прямого отказа либо создания условий, при которых фактически пресекается доступ к документам и материалам (отказ в приеме, ссылки на недоступность материалов и т.д.), а также предоставления документов и материалов в заведомо неполном объеме либо фальсифицированных. Правда, надо иметь ввиду, что частичное, а не полное предоставление документов и материалов может основываться на ограничениях, устанавливаемых законодательством о государственной тайне, об оперативно-розыскной деятельности, о средствах массовой информации, о статусе депутатов и т.д. Но об этих ограничениях заинтересованному лицу должно быть объявлено со ссылкой на закон и с указанием, какие именно документы и материалы (или их части) не будут выданы для ознакомления.
Понятие документов и материалов, "непосредственно затрагивающих права и свободы" лица, является оценочным. При возникновении конфликтных ситуаций здесь применимы способы разрешения и защиты законных интересов заинтересованных лиц от нарушений неприкосновенности частной жизни. Надо отметить и то, что в соответствии со ст. 24 Закона "Об информации:" лица, "которым отказано в доступе к информации, и лица, получившие недостоверную информацию, имеют право на возмещение понесенного ущерба".
Право на доступ к информации, непосредственно затрагивающей права и свободы лица, предполагает и право знать, кем и в каких целях используется информация, требовать внесения в нее уточнений, право на бесплатный доступ к информации, если иное не предусмотрено законом.
Если работники негосударственных (немуниципальных) учреждений, организаций или частные лица оперировали информацией о частной жизни, не пройдя обязательного лицензирования, они несут за это уголовную ответственность по ст. 171 или 173 УК. Отказ любого фактического владельца информации о частной жизни, имеющего статус должностного лица, от предоставления документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина (в широком смысле слова), либо предоставление неполной или заведомо ложной информации, если эти действия причинили вред, влекут ответственность по ст. 140 УК.