Сложившиеся нормы международного права в отношении третьих государств были кодифицированы Венскими конвенциями о праве международных договоров. Они более детальны, чем те, что существовали ранее. Достаточно сравнить их с теми, что были отражены в Гарвардском проекте Конвенции о праве договоров 1935 г.
Вместе с тем нельзя сказать, что положения Венской конвенции представляют значительный шаг в прогрессивном развитии рассматриваемого института и с достаточной полнотой регулируют соответствующие отношения. В специальном исследовании о третьих сторонах К. Чинкин пришла к заключению, что положения Венской конвенции о третьих государствах "сформулированы узко и ограничены в своем применении"*(691).
Сказанное объясняется тем, что при подготовке проекта статей Комиссия международного права не могла не считаться с весьма осторожным отношением государств к рассматриваемому институту, затрагивающему их суверенные права. Показательно, что предложенные Комиссией проекты статей были со значительным единодушием одобрены уже в ходе их обсуждения в Комитете полного состава Венской конференции. Высказавшись в поддержку проекта статей, советская делегация подчеркнула их практическое значение*(692). При оценке статей Конвенции следует также учитывать сложность предмета регулирования, появление в нем новых моментов, а также недостаточную изученность института. Ш. де Вишер отмечал: "Значение в международном праве того, что называют постановлениями для третьей стороны, еще мало выяснено"*(693).