ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



§ 4. ТОЛКОВАНИЕ И ПРИМЕНЕНИЕ КОЛЛИЗИОННЫХ НОРМ


1. Нашему законодательству известны как односторонние, так и двусторонние коллизионные нормы. Односторонняя коллизионная норма указывает лишь на применение отечественного закона. Например, в ч. 3 ст. 169 Основ гражданского законодательства 1991 г. говорится:
«Наследование строений и другого недвижимого имущества, находящегося в СССР, а также прав на это имущество определяется по советскому праву».
Двусторонние коллизионные нормы указывают на пределы применения как отечественного, так и иностранного права. Примером двусторонней коллизионной нормы может служить другое правило Основ гражданского законодательства, которое уже приводилось: «Отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследователь имел последнее постоянное место жительства» (ч. 1 ст. 127).
Как и всякие другие гражданско-правовые нормы, коллизионная норма может иметь либо императивный (обязательный), либо диспозитивный характер. В последнем случае стороны могут договориться об ином принципе применения права к отношениям между ними. Например, коллизионная норма ст. 10 Закона о залоге или ст. 166 Основ представляет собой диспозитивную норму. В статье говорится, что права и обязанности сторон по соответствующим сделкам определяются по законам места их совершения — страны, где учреждено юридическое лицо или находится место жительства, — при отсутствии соглашения сторон. Стороны могут, например, договориться, что к сделке будет применяться право страны ее исполнения или же право страны места заключения.
Диспозитивный характер имеют все коллизионные нормы, установленные ст. 166 Основ в отношении применения права к правам и обязанностям сторон по таким внешнеэкономическим сделкам, как договоры купли-продажи, имущественного найма, лицензионный договор, договоры хранения, комиссии, поручения, перевозки, транспортной экспедиции, страхования, кредитный договор, договор дарения, договор поручительства, договор залога.
Такой же характер имеют коллизионные нормы, подлежащие применению к договорам о производственном сотрудничестве, специализации и кооперировании, выполнении строительных, монтажных и других работ по капитальному строительству. Следует обратить внимание на то, что этот список не является исчерпывающим. Однако в той же ст. 166 в отношении двух категорий договоров не предусмотрена возможность выбора права сторонами. В ч. 3 ст. 166 установлено следующее:
«К договору о создании совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан принимается право страны, где учреждено совместное предприятие». В ч. 4 этой же ст. 166 говорится, что к договору, заключенному на аукционе, в результате конкурса или на бирже, применяется право страны, где проводился аукцион, конкурс или находится биржа. Отсюда следует сделать вывод, что приведенные выше коллизионные нормы носят императивный (обязательный) характер.
2. В процессе применения коллизионной нормы возникает проблема квалификации юридических понятии, используемых в самой формулировке коллизионной нормы (как объема, так и привязки). Эти понятия («домицилий», «форма сделки», «движимое и недвижимое имущество» и т. д.) не совпадают по своему содержанию в праве различных государств. Например, исковая давность рассматривается во Франции, как и в подавляющем большинстве других государств, как понятие гражданского права, а в Великобритании, США и Финляндии — как понятие процессуального права.
Если французский суд квалифицирует давность не по собственному праву, а по английскому праву (в случае, когда к сделке подлежит применению английское право), то применить английские правила о сроке давности он не сможет, поскольку суд вообще не применяет иностранные процессуальные законы. Господствующая доктрина западных государств исходит из того, что квалификация юридических понятий должна проводиться по закону суда до того, как решена проблема выбора закона, то есть до того, как применена коллизионная норма. Но если на основе коллизионной нормы должен применяться иностранный закон, то всякая дальнейшая квалификация возможна лишь на основе той правовой системы, к которой отсылает коллизионная норма. Однако это правило очень часто нарушалось, особенно в тех случаях, когда буржуазный суд должен был применять право социалистических государств. Следует подчеркнуть, что во всех случаях, когда коллизионная норма права иностранного государства отсылает к нашему закону, суд или иной орган этого государства должен применять российский закон так, как он применяется в России.
Наша доктрина международного частного права исходит из значения общих правовых понятий при регулировании отношений с субъектами права иных правовых систем.
Всякая коллизионная норма направлена на признание действия неопределенного круга иностранных правовых систем и возникших под их действием субъективных прав. Поэтому эта норма, очевидно, может быть выражена лишь посредством терминов и понятий, которые являются по своему содержанию общими для соответствующих правовых систем. Другими словами, понятия и термины в коллизионной норме по содержанию могут не совпадать с одноименными понятиями во внутреннем праве данной страны.
Когда в коллизионной норме нашего закона применяются такие понятия, как «собственность», «гражданская правоспособность», эти понятия по своему содержанию могут и не совпадать с одноименными понятиями нашего материального права. Поэтому сфера действия коллизионной нормы (ее объем) должна быть выражена посредством «обобщенных» юридических понятий — общих для различных правовых систем. Что же касается квалификации коллизионных привязок, то здесь положение иное: полная точность указаний о применении права может быть обеспечена лишь путем применения квалификации привязки по закону суда, то есть путем использования тех же понятий, которые по соответствующим правовым институтам содержатся во внутреннем гражданском (семейном, трудовом) праве данной страны. Таков общий подход нашей доктрины к квалификации юридических понятий. Однако следует обратить внимание на то, что в отношении коллизионной привязки в отдельных, конкретных случаях сам закон дает определение понятий, применяемых в коллизионной норме.
В практике международной торговли большие трудности возникают из-за различного понимания того, что является местом заключения контракта. В английском праве это место определяется по месту отправки акцепта («теория почтового ящика»), а в большинстве других стран — по месту получения акцепта.
В нашем законодательстве эта трудность устранена благодаря ч. 2 ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 года. Напомним, что в данной статье устанавливается отсылка к законам места совершения обычной сделки. В ч. 2 этой статьи говорится о том, что «место совершения сделки определяется по советскому праву». Фактически здесь прямо применена квалификация привязки по закону суда. Можно привести и другой пример. Согласно ст. 159 Основ, вопросы исковой давности решаются по праву страны, применяемому для регулирования соответствующего отношения. В то же время предусматривается, что «требования, на которые исковая давность не распространяется, определяются по советскому праву».
Если говорить о вторичной квалификации, то есть о квалификации после того, как уже применена коллизионная норма, то такая дальнейшая квалификация должна осуществляться на основе той правовой системы, к которой эта коллизионная норма отсылает. Применительно к исковой давности из такого принципа исходила долголетняя практика Внешнеторговой арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате СССР.
3. Один из самых сложных вопросов применения коллизионных норм — это вопрос об обратной отсылке. Возникла эта проблема в международных отношениях в связи с рядом судебных дел, рассматривавшихся еще в конце прошлого века. Остановимся на одном из них.
Английский подданный, проживавший постоянно в Бельгии, составил завещание, по которому завещал довольно крупную сумму каким-то лицам. Завещание составлялось им собственноручно и нигде не было заверено. Наследники умершего оспорили его действительность. Дело в том, что завещание было составлено по правилам английского закона, но нарушало правила законодательства Бельгии — страны, где проживал этот английский подданный. В английском коллизионном праве говорится, что завещание должно составляться по законам страны места нахождения лица. Таким образом, английское право отсылает к бельгийскому. Если применить бельгийское право, то нужно признать, что завещание недействительно.
Однако в бельгийском праве имеются не только материально-правовые нормы, но и коллизионные нормы. Последние исходят из принципа закона гражданства. Таким образом, само бельгийское право как бы отказывается от решения этого вопроса, отсылая к английскому праву. Английское же право опять отсылает к бельгийскому.
Как понимать отсылку к иностранному закону? Если ее понимать как отсылку только к нормам материального права, то это означает неприменение доктрины обратной отсылки. Если же ее понимать как отсылку к праву иностранного государства в целом, то это означает принятие данной доктрины.
Законодательная практика и доктрина иностранных государств не дают однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны. Закон о международном частном праве Польши признает оба этих вида отсылок. Закон о международном частном праве Венгрии признает отсылку к своему праву. Закон ФРГ не признает отсылку в области договорного права, но признает в других случаях. Признается обратная отсылка по законам о международном частном праве Австрии и Швейцарии. Доктрина обратной отсылки не принята в Римской конвенции 1980 года о праве, применимом к договорным обязательствам. В ст. 15 этой конвенции, носящей заголовок «Исключение обратной отсылки и дальнейшей отсылки», предусматривается следующее: «Под правом государства, подлежащим применению в соответствии с настоящим соглашением, понимаются действующие в этом государстве правовые нормы, за исключением норм международного частного права».
По этому вопросу в нашей юридической литературе были высказаны следующие соображения. Проблема обратной отсылки — это одна из проблем применения иностранного права, поскольку оно должно применяться в силу действия коллизионных норм. Иностранное право применяется в России во всех случаях, когда коллизионные нормы отсылают к иностранному праву. Если российский закон отсылает к иностранному закону, а иностранный закон сам отказывается от регулирования каких-либо отношений, нет оснований не применять в данном случае российский закон.
Это положение о возможности принятия обратной отсылки было сформулировано в литературе по международному частному праву в самом общем виде. Вместе с тем в действующем законодательстве вопрос об обратной отсылке решен не полностью.
Что же касается применения права к внешнеторговым сделкам, то на практике было выражено отрицательное отношение к применению обратной отсылки.
При рассмотрении Внешнеторговой арбитражной комиссией иска английской фирмы «Ромулус филмс лтд.» к В/О «Совэкспорт-фильм» (см. гл. 1) возник следующий вопрос: договор о прокате советского фильма «Спящая красавица» был заключен в Лондоне, и, следовательно, в соответствии с коллизионной нормой ст. 126 Основ к нему должно было применяться английское право. Однако ответчик, ссылаясь на английские коллизионные нормы, доказывал, что они отсылают, в свою очередь, к советскому праву. Арбитраж отверг этот довод ответчика, указав в своем решении, в частности, следующее:
«Как бы ни решался этот вопрос по английскому коллизионному праву, принятие обратной отсылки во всяком случае зависит от советского коллизионного права», а последнее в соответствии с господствующей доктриной и практикой не применяет «обратной отсылки при разрешении споров по внешнеторговым сделкам, за исключением случаев, предусмотренных в заключенных СССР международных договорах».
Вопрос об обратной отсылке получил отрицательное решение и при регулировании внешнеторговой поставки в отношениях между странами — членами СЭВ. Это нашло свое выражение в том, что в Общих условиях поставок СЭВ прямо предусматривалось, что в отношениях сторон по поставкам товаров по тем вопросам, которые не урегулированы контрактом или настоящими Общими условиями, применяется «материальное право страны продавца», то есть, иными словами, обратная отсылка исключалась.
Отрицательное отношение к применению обратной отсылки получило в России законодательное закрепление в Законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г. В соответствии с этим Законом третейский суд должен разрешать споры в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. «Любое указание на право или систему права какого-либо государства, — говорится в ст. 28 Закона, — должно толковаться как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам».
4. В проекте Закона РФ о международном частном праве предусматривается возможность применения как обратной отсылки, так и отсылки к праву третьей страны. В то же время в проекте предусматривается, что правила не применяются, во-первых, в случае, когда иностранное право применяется на основании соглашения сторон, и, во-вторых, в случае, когда соглашение сторон дает основание считать, что они имели в виду подчинить свои отношения тому иностранному праву, которое подлежит применению в соответствии с положениями Закона РФ о международном частном праве.


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2019