ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



Маковский А. Л. Предисловие


Не так давно мысль о необходимости предварить издание работ Олимпиада Соло-моновича Иоффе какими-либо словами, кроме слов благодарности ученика Учителю, по-казалась бы странной.
Но сегодня весьма вероятно, что те, кому меньше сорока, не видят за охотно цити-руемыми работами профессора О.С. Иоффе их живого автора и не вполне представляют влияние, которое он оказал и продолжает оказывать на отечественное право. Причина это-го - в том полузабвении, в котором имя О.С. Иоффе оказалось на родине после его выну-жденного отъезда в 1981 г. в США. В полном соответствии с официальными нравами того времени выдающийся ученый был подвергнут остракизму. Всякое упоминание о нем в литературе, мягко говоря, не поощрялось, а новые книги, которых за это время Олимпиад Соломонович написал, наверное, больше десяти, в советские библиотеки не допускались. Из науки пытались вычеркнуть имя человека, чьи многочисленные труды, обширная на-учная и педагогическая деятельность во многом определяли лицо советской цивилистики 50 - 70-х годов и продолжают влиять на развитие этой науки по сей день, ибо «рукописи не горят», а многочисленные ученики О. С. Иоффе работают в самых разных местах быв-шего СССР.
* * *
По очевидным всем обстоятельствам в первые послевоенные годы среди препода-вателей юридического факультета Ленинградского университета почти не было молодых. Ядро кафедры гражданского права составляли люди по нашим тогдашним представлени-ям вполне преклонного возраста - А. В. Венедиктов, С. И. Аскназий, В. К. Райхер, Н. В. Рабинович, Л. И. Картужанский, а многообещающая молодежь (А. К. Юрченко, Ю. К. Толстой и др.) ходила еще в аспирантах. Уже по одной этой причине молодой преподава-тель, недавно в чине капитана вернувшийся с фронта, в 27 лет блестяще защитивший дис-сертацию и оставленный на кафедре, вызывал интерес у студентов, среди которых было много не только его сверстников, но и людей старше него. К тому же студенческая молва, возможно что-то немного преувеличивая, доносила слухи о даре молодого О.С. Иоффе читать лекции интересно и необычайно ясно.
Поэтому, когда стало известно, что вместо скоропостижно скончавшегося профес-сора И. И. Яковкина римское частное право начнет читать О.С. Иоффе, большинство на-шего курса, собравшегося в одной из первых аудиторий знаменитого университетского коридора (кажется, 85-ой), ждало появления нового лектора с любопытством и интересом.
Не помню дату, но осталось впечатление от яркого солнца, освещавшего другую сторону Менделеевской линии, контрастирующего с ней сумрака аудитории и светлого костюма молодого и какого-то очень ладного О.С. Обращали на себя внимание спадавшая на лицо прядь черных волос, чуть-чуть полноватые губы и глубоко посаженные и немного прищуренные глаза.
Вниманием аудитории О.С. Иоффе завладел сразу же, отвлекая ее от обычных за-нятий вроде переписывания пропущенных лекций или игры в "морской бой". Его речь за-ставляла слушающих следить за ней, тянуть вслед за лектором нить собственной мысли и в то же время не требовала особого напряжения, чтобы понять сказанное, и легко ложи-лась в конспекты студенческих тетрадей.
«Вначале было слово». В души моего и десятков последующих студенческих поко-лений (вероятно, и в далеком Хартфорде, где он читал лекции до последнего времени) О. С. вошел прежде всего своим устным словом, тем, чтó и как он говорил, и об этом даре О. С. надо сказать чуть подробнее.
В среде юристов 50-х годов, было немало людей, блестяще владевших словом. На том же юридическом факультете С. И. Аскназий так читал общую часть обязательствен-ного права, что о нем говорили: "Аскназий из гражданского права делает поэму". Неиз-гладимое впечатление оставлял М. Д. Шаргородский, как бы размышляющий перед ауди-торией о проблемах общей части уголовного права. В Москве пользовались заслуженной славой превосходных ораторов Е. А. Флейшиц, И. Б. Новицкий, Д. М. Генкин. Уже тогда ни в сравнении с ними, ни в состязании (что иногда случалось) О. С. никому из них не ус-тупал. В то же время он не был похож ни на кого из наших "стариков".
Как ни к кому другому, к О. С. применимо старое русское выражение "говорит как по писаному" в его исконном похвально-восторженном значении. Устная речь О. С. имеет столь же совершенную форму, какую обычно удается достичь лишь на письме. Она лише-на красивых метафор и броских сравнений, О. С. не вкрапляет в нее лишних слов или привычных выражений, почти никогда не подчеркивает сказанное жестом. Слушателей он увлекает тем, что делает их соучастниками процесса объяснения и доказывания истины. Ставится очередной вопрос, излагается очередная гипотеза, и за этим в нескольких точ-ных фразах возводится логическое построение, объясняющее, почему правом избрано то, а не другое решение. Сами фразы и слова в них четко отделены друг от друга, на решаю-щем аргументе повышается голос и ... Все очевидно, голос немного понижается и О. С. мысленно уже переходит к следующему вопросу...
Удивительная четкость (если не сказать, чеканность) фраз и формулировок не де-лает речь О. С. скучной. Ее выразительность достигается разнообразием и часто неожи-данностью логических средств, используемых оратором - среди них и простейшие приемы логики, и доказательство ad absurdum, и обращение к парадоксам и ко всем способам тол-кования закона, и многое другое.
На одной из первых лекций произошел не совсем обычный казус. Когда О. С. писал на доске что-то по латыни, из дальнего конца аудитории раздалось негромкое, но всеми услышанное: «А это не так пишется». Ответ О. С. последовал мгновенно: "hic Rhodus, hic salta!" Поднявшийся из задних рядов Валя Харин - невысокий студент в мешковатом ки-теле и очках подошел к доске и указал на ошибку. После секундного раздумья О. С. по-правил написанное. Мгновенная готовность к спору, обращение в его преддверии к став-шему крылатым выражению из басни Эзопа и спокойное признание своей ошибки перед двумя сотнями студентов - все это сразу увеличило наши симпатии к молодому препода-вателю.
* * *
Сколь же значительным должно было быть впечатление от О. С., чтобы подвигнуть студента, еще не прослушавшего общий курс гражданского права, на покупку только что появившейся в университетском киоске книги, которая даже по названию не сулила лег-кого чтения - "Правоотношение по советскому гражданскому праву"! Книга была прочи-тана от корки до корки, снабжена массой самонадеянных помет и вызвала жгучее эпигон-ское желание написать что-нибудь не менее значительное. Кажется, с этого все для меня и началось ...
И сегодня, по прошествии полувека, думаю, что "Правоотношение..." (1949), пуб-ликуемое в настоящем издании, - одна из самых удачных работ О. С. и одна из самых ин-тересных монографий в советской цивилистике. В книге же этой самое интересное - мо-нистическая теория объекта гражданского правоотношения. И хотя впоследствии не без влияния консервативной критики О. С. смягчил ригоризм этой теории, допустив сущест-вование материального объекта правоотношения, сказанное им в диссертации и в "Право-отношении ..." никем всерьез не опровергнуто. Прельщает в "Правоотношении ..." и то, что книга написана молодым ученым. Отсюда и свежесть взгляда на вечные проблемы гражданского права, и цельность авторской конструкции правоотношения, и важная для науки преемственность взглядов О. С. позициям его учителя - Якова Мироновича Магази-нера.
Когда вслед за "Правоотношением ..." стали выходить одна за другой работы О. С. о вине, о деликтной ответственности и вскоре появилась докторская диссертация по глав-ной проблеме гражданского права, могло возникнуть ощущение, что О. С. движет стрем-ление побыстрее «продвинуться» на научной стезе. Защищать докторскую диссертацию в тридцать четыре года, да к тому же всего через несколько лет после кандидатской, было непринято. Но вскоре стало ясно, что в науку пришел человек, не просто талантливый, но и безоговорочно исповедующий принцип "nulla dies sine linеa", и что хотя сделано О. С. уже много - это лишь начало.
В то время - в первой половине 50-х годов, - когда О. С. вошел в «большую» науку, ее сердцем, мозгом и лицом были те, кто не только учился, но и начинал преподавать и печататься еще до революции, - прежде всего Д. М. Генкин, И. Б. Новицкий, И. С. Пере-терский, В. И. Серебровский, Е. А. Флейшиц - в Москве, С. И. Аскназий, А. В. Венедиктов - в Ленинграде, В. М. Корецкий и С. Н. Ландкоф - в Киеве, С. И. Вильнянский - в Харько-ве. Люди очень разных характеров, с разной степенью конформизма относившиеся к су-ществовавшему строю, но в человеческих отношениях глубоко порядочные и безмерно преданные своему делу. Эти два качества больше всего ценились ими в учениках и това-рищах. В О. С. они почувствовали талантливого достойного преемника. Кто-то, конечно, «поскрипел» на тот предмет, что уж, дескать, очень О. С. торопится, но в круг «стариков» он был принят бесповоротно и на равных, как раньше это было сделано в отношении С. Н. Братуся.
Складывавшееся же к О. С. отношение научной и околонаучной юридической мо-лодежи далеко выходило за рамки простого интереса и доброй симпатии. Человек с бес-спорным научным авторитетом, твердый в принципиальных спорах, надежный в обеща-ниях, блестящий оратор, острый полемист, ироничный и интересный собеседник, веселый и остроумный участник застолья и к тому же почти ровесник - О. С. просто притягивал к себе людей. Этому способствовало то, что легкий на подъем О. С. охотно откликался на просьбы оппонировать по диссертации (хотя никто не числил его в «легких» оппонентах!) или сделать доклад на научной конференции, которых в те годы было великое множество. Вместе с женой Евгенией Лазаревной побывал он едва ли не во всех городах бывшего Союза, имевших юридические вузы. Прежде всего к О. С. тянулись те, кто, он будучи не-намного моложе его, тоже хлебнул военного лиха и увидел потом смысл жизни в нелег-ком служении науке гражданского права.
Называя имена, можно ошибиться, но я все же рискну сказать, что наши цивилисты первого послевоенного поколения - и ушедшие из жизни Ю. Х. Калмыков, О. А. Красав-чиков, А. А. Пушкин, В. И. Кофман, и ныне, слава Богу, здравствующие Ю. Г. Басин и С. С. Алексеев, М. И. Брагинский и К. Б. Ярошенко, А. Ю. Кабалкин и В. А. Рахмилович, Я. А. Куник, В. Ф. Чигир, Ш. Д. Чиквашвили, В. Ф. Яковлева и многие другие - твердо стали в науке на ноги, чувствуя надежную дружескую поддержку О. С.
Для тех же, кто шел следом за этим поколением, О. С. Иоффе стал подлинным ку-миром.
* * *
В 60 - 70-е годы, вплоть до изгнания из университета и из страны, О. С. Иоффе ос-тавался одной из самых ярких фигур, а в последнее десятилетие - самой крупной и яркой фигурой в отечественной цивилистике. И, конечно, это объясняется не только ораторским и полемическим даром О. С. и его свойством располагать и притягивать к себе людей, и даже не просто длинным рядом непрерывно выходящих серьезных научных работ.
Не претендуя на объяснение феномена О. С. Иоффе, все же должен обратить вни-мание читателей его работ на три обстоятельства.
Первое. В отечественной цивилистике давно уже не было человека, сделавшего больше О. С. для осмысления и даже возвеличения теории гражданского права. Речь идет не о той теории, которой все мы занимаемся, анализируя правовую норму, сопоставляя ее с другими и рассматривая ее практическое действие. Речь идет о цивилистической мысли человечества в целом и собственного отечества в частности как об огромном достижении цивилизации.
Почему-то мне кажется, что путь исследований О. С. в этом направлении начался еще тогда, когда он читал нам небольшой спецкурс под названием «История институтов гражданского права» (1952). Не знаю, возвращался ли О. С. к этому спецкурсу в после-дующие годы, но уже в тех его лекциях присутствовало изложение социально-нравственных начал цивилистики в преломлении к конкретике гражданско-правового ин-струментария.
Затем, на протяжении пятнадцати лет (1962 - 1978), О. С. создает серию работ по истории цивилистической мысли. Впервые собранные вместе в настоящем издании эти работы О. С. не имеют аналогов в отечественной науке. Было бы, наверное, хорошо, если бы когда-нибудь они были изданы вместе с переводом написанной О. С. уже за границей книги «Развитие гражданско-правовой мысли в СССР» (1989).
Параллельно с созданием этих работ О. С. готовит и издает трехтомный учебник гражданского права (1958, 1961, 1965), который до предела насыщает современной отече-ственной теорией. При этом будущим юристам преподносится не сухая сумма чьих-то то-чек зрения, а живая цивилистическая мысль, в которой присутствует и сам автор с его взглядами, позициями и критикой. С момента выхода в свет этого учебника и переиздания его первого тома (1967) существенно изменилось законодательство, появилось много но-вых, в том числе и серьезных работ, но я и по сей день продолжаю рекомендовать этот учебник своим аспирантам как лучшее введение в нашу науку.
Второе. Гражданское право настолько усложняется и разветвляется, что время эн-циклопедистов в этой области, кажется, проходит. Все меньше становится людей, которые за массой деталей текущего законодательства и судебной практики продолжают видеть в целом огромный массив «леса» гражданского права и свободно в нем ориентироваться. К таким людям относились наши учителя, относится к ним и О. С. В чем-то он даже превос-ходит их. После Г. Ф. Шершеневича никому из отечественных цивилистов, кроме О. С. , не удавалось создать одному полноценный учебник гражданского права, который к тому же явно выходит за рамки вузовского учебника. Нет до сих пор аналогов книге О. С. об ответственности в гражданском праве (1955) и его «Обязательственному праву» (1975). Вслед за многими выдающимися цивилистами О. С. неоднократно обращается к пробле-мам общей теории права, а позднее - уже за границей - к экономике и политологии. Когда оглядываешь созданное О. С. , невольно закрадывается мысль - не ставил ли автор сам се-бе задачи и испытания, обращаясь к столь разным предметам своей науки и к столь раз-ным жанрам юридической литературы?
Может, нам и идущим за нами не удастся сохранить этот присущий российской ци-вилистике энциклопедизм, но то, что вслед за своими учителями делал и делает О. С. , бу-дет всегда к этому побуждать.
И третье. На долю каждого юриста, занимается ли он созданием права, его приме-нением, исследованием или преподаванием, не единожды выпадают нравственные испы-тания именно в связи с избранной им профессией. Парадокс заключается в том, что чем больше масштаб личности, тем серьезней тест на нравственность, выпадающий на ее до-лю.
Когда недавно я услышал из уст одного академика рассуждения о том, что граж-данское право в нашей стране восторжествовало благодаря деяниям Вышинского и ре-прессиям против сторонников «хозяйственного права», а нынешние провалы в экономике объясняются отсутствием «предпринимательского кодекса», то невольно вспомнил, что случившаяся в истории драма затем повторяется как фарс.
Сегодня уже немногие вспоминают о той острой и неравной борьбе между цивили-стами и сторонниками «хозяйственного права», которая происходила на протяжении поч-ти тридцати лет, начиная с конца 50-х го-дов. Серьезной науке было противопоставлено обвинение в ее идеологической неполноценности, поскольку-де социалистической эконо-мике свойствен новый тип «хозяйственных» отношений, не поддающихся разделению на административные (властные) и на гражданские (имущественно-равноправные). Неплохо образованные и впитавшие с молоком матери опыт «борьбы с космополитизмом», лысен-ковщины и других подобных кампаний предводители «теории хозяйственного права» обоснованно рассчитывали на соблазн для партийной верхушки создать присущее лишь социалистическому строю «хозяйственное право» взамен гражданского права, частнопра-вовую природу которого вытравить никак не удавалось.
Борьба с «хозяйственниками» была неравной не только потому, что они все время апеллировали к социалистической идеологии и политэкономии, но и потому, что не гну-шались никакими передержками, подтасовками, откровенной демагогией, вроде рассуж-дений об отсутствии товаров из-за того, что мешают создать «хозяйственный кодекс».
Как всякая борьба с лженаукой, борьба с «теорией хозяйственного права» была де-лом высоко нравственным, хотя и не сулившим дивидендов в виде академических званий. В этой борьбе О. С. Иоффе с самого начала занял абсолютно ясную и принципиальную позицию, вел ее с величайшим искусством и даже с некоторым азартом. Он ни на йоту не отступал от своих взглядов ни тогда, когда кое-кто из его менее принципиальных посто-янных сотрудников начал искать «компромиссы», ни позднее, когда в 70-х годах как глав-ная фигура советской цивилистики оказался на острие этой борьбы.
В настоящее издание вошли две работы О.С. Иоффе, достаточно полно характери-зующие и истоки "теории хозяйственного права", и ее демагогическое прикрытие, и дру-гие используемые ее сторонниками методы полемики. Работы эти более чем актуальны и по сей день, ибо "академики от хозяйственного права" упорно сражаются за свое прошлое. На память невольно приходят слова из "Золушки" Евгения Шварца: "Ведь когда-нибудь спросят, а что ты можешь, так сказать, предъявить? И никакие связи не помогут тебе сде-лать ножку маленькой, душу - большой, а сердце справедливым".
Олимпиаду Соломоновичу Иоффе, которому в дни выхода в свет этого издания ис-полняется восемьдесят лет, есть что предъявить и своим учителям, и своим современни-кам, и своим потомкам!
* * *
Настоящее издание, выходящее, как и планировалось изначально, в задуманной и осуществляемой кафедрой гражданского права Московского университета серии, подго-товлено тесно сотрудничающим с кафедрой Исследовательским центром частного права. Не могу не выразить благодарность тем, кто проявил горячую заинтересованность и помог в его подготовке и опубликовании - Олегу Юрьевичу Шилохвосту, Евгению Алексеевичу Суханову, Владимиру Саурсеевичу Ему, Александру Геннадьевичу Долгову, а также дав-ним друзьям и добрым знакомым О.С. Иоффе - Юрию Григорьевичу Басину, Дмитрию Михайловичу Чечоту, Валерию Абрамовичу Мусину, Ларисе Октябриевне Красавчиковой и Ларисе Александровне Казаковой.
Александр Маковский



Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2018