ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



10. Пути совершенствования законодательства о транспортно-экспедиционной деятельности


Как уже отмечалось, немногочисленные нормы о транспортной экспедиции, содержащиеся в главе 41 ГК, представляют собой некоторые общие положения, правила, "вынесенные за скобки", которые призваны обеспечить общее, единое регулирование различных договорных моделей транспортной экспедиции. Указанные правоотношения, конечно же, нуждаются в детальном регулировании. Это понимал и законодатель, принимая Гражданский кодекс Российской Федерации, о чем свидетельствует положение, содержащееся в п. 3 ст. 801 ГК, согласно которому условия выполнения договора транспортной экспедиции определяются соглашением сторон, если иное не установлено Законом о транспортно-экспедиционной деятельности, другими законами или иными правовыми актами.
К сожалению, до настоящего времени названный закон о транспортно-экспедиционной деятельности не принят. Правда, в 1999 г. в недрах правительственных учреждений и ведомств был подготовлен проект указанного закона. Однако, как показало внимательное ознакомление с его текстом, данный законопроект не выдерживал никакой критики и не в коей мере не обеспечивал устранение недостатков и многочисленных пробелов, имеющих место в правовом регулировании правоотношений транспортной экспедиции.
Более того, указанный законопроект включал в себя целый ряд положений, заведомо противоречащих ГК. Начнем с того, что соответствующий проект закона носил название "О транспортно-экспедиторской деятельности", а соответствующий договор именовался в нем не иначе как "договор транспортного экспедирования".
В законопроекте содержались многочисленные нормы, направленные на ограничение ответственности экспедиторов за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих договорных обязательств. Речь шла как о принципиальной возможности введения таких ограничений ответственности для экспедиторов, так и о конкретных положениях, ограничивающих ответственность экспедиторов за нарушение отдельных условий договора. Например, проект включал в себя положение о том, что клиент вправе требовать от экспедитора возмещения убытков, если законом или договором транспортного экспедирования не предусмотрено иное, что противоречило ст. 803 ГК, в соответствии с которой за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору экспедиции экспедитор несет ответственность по основаниям и в размере, предусмотренным главой 25 ГК. Исключение из этого правила составляет лишь случай, когда экспедитором будет доказано, что допущенное им нарушение вызвано ненадлежащим исполнением договора перевозки. Возможность ограничить право клиента на возмещение убытков в иных случаях, установленных законом или договором, ГК не предусмотрена.
Одна из статей законопроекта определяла основания и размер ответственности экспедитора перед клиентом за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза. В ней воспроизводились нормы, содержащиеся в транспортных уставах и кодексах об ограниченной ответственности перевозчика за несохранность перевозимого груза. В частности, данной статьей предусматривалось, что экспедитор несет ответственность в виде возмещения реального ущерба за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза после принятия его экспедитором и до выдачи получателю, указанному в договоре транспортного экспедирования, или уполномоченному им лицу, если не докажет, что им были приняты все необходимые меры по предотвращению причинения вреда или такие меры невозможно было принять, в следующих размерах:
1) за утрату или недостачу груза, принятого в ведение экспедитора с объявлением ценности, - в размере объявленной ценности или части объявленной ценности, пропорциональной недостающей части груза;
2) за утрату или недостачу груза, принятого в ведение экспедитора без объявления ценности, - в размере действительной стоимости груза или недостающей его части;
3) за повреждение (порчу) груза, принятого в ведение экспедитора с объявлением ценности, - в размере, на который понизилась объявленная ценность, а при невозможности восстановления поврежденного груза - в размере объявленной ценности;
4) за повреждение (порчу) груза, принятого в ведение экспедитора без объявления ценности - в размере, на который понизилась стоимость груза, а при невозможности восстановления поврежденного груза - в размере действительной стоимости груза.
Для применения такой ответственности (ограниченной как по основаниям, так и по размеру) экспедитору уже не пришлось бы доказывать, что допущенное им нарушение обязательства, вытекающего из договора транспортной экспедиции, вызвано ненадлежащим исполнением перевозчиками договоров перевозки, как это предусмотрено ст. 803 ГК.
По непонятным причинам в проект были включены нормы, устанавливающие законную неустойку, подлежащую взысканию как с экспедитора, так и с клиента в случае нарушения ими установленного срока выполнения договора. В имущественном обороте использование законных неустоек допустимо лишь в целях защиты публичных (общественных) интересов либо слабой стороны в договорных отношениях. Тем более не было никакой необходимости вводить в форме взыскания законной неустойки ответственность клиента за просрочку уплаты вознаграждения, причитающегося экспедитору, поскольку в данном случае со стороны клиента имеет место просрочка в исполнении денежного обязательства, что влечет применение к последнему ответственности, предусмотренной ст. 395 ГК (проценты годовые в размере ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации).
По аналогии с транспортным законодательством в рассматриваемом законопроекте была предпринята попытка ввести обязательный претензионный порядок урегулирования споров, возникающих между клиентом и экспедитором в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением последним обязательств, вытекающих из договора транспортной экспедиции. Одна из статей проекта устанавливала, что до предъявления к экспедитору иска, вытекающего из договора транспортного экспедирования, обязательно предъявление ему претензии. Право на предъявление экспедитору претензии и иска получали клиент или уполномоченное им лицо, получатель груза, указанный в договоре транспортного экспедирования, а также страховщик, приобретший это право в порядке суброгации. Как предусматривалось проектом, претензия предъявляется в письменной форме. К претензии об утрате, недостаче или повреждении (порче) груза должны быть приложены оригиналы или заверенные в установленном порядке копии документов, подтверждающих факт нарушенного права, включая документы, подтверждающие количество и стоимость отправленного груза. Претензии к экспедитору могут быть предъявлены в течение пяти месяцев со дня возникновения права на предъявление претензии. Экспедитор обязан рассмотреть претензию в течение 20 дней со дня ее получения и уведомить заявителя об удовлетворении или отклонении претензии. Со дня предъявления экспедитору претензии срок исковой давности приостанавливается до получения ответа на претензию или истечения срока, установленного для ответа.
Законопроект включал в себя также положение о том, что право на предъявление иска, вытекающего из договора транспортной экспедиции, возникает со дня получения ответа об отказе в удовлетворении претензии или со следующего после истечения срока дня, установленного для дачи ответа. Данное положение противоречило ст. 200 ГК и, более того, не корреспондировало нормам транспортного законодательства о начальном моменте исчисления срока исковой давности по требованиям, предъявляемым к перевозчику (п. 3 ст. 797 ГК; ст. 141 ТУЖД), которыми установлено, что право на иск возникает с момента наступления события, послужившего основанием для предъявления претензии.
Внося путаницу в понятие договора транспортной экспедиции и терминологию, используемую в правовом регулировании соответствующих правоотношений, нагромождая нормы о законных неустойках на нормы, дублирующие главу 41 ГК, устанавливая необоснованные ограничения ответственности экспедиторов и навязывая клиентам обязательный претензионный порядок урегулирования споров, законопроект не решал ни одного вопроса, касающегося условий выполнения договора транспортной экспедиции, как это предусмотрено п. 3 ст. 801 ГК.
Ошибка разработчиков анализируемого законопроекта (одна из многих, основная) состояла в неверном представлении о его концепции. Проект закона о транспортно-экспедиционной деятельности призван урегулировать условия выполнения обязательств по транспортной экспедиции с учетом различных вариантов взаимоотношений, складывающихся между экспедиторами и клиентами, и соответствующих им различных договорных моделей транспортной экспедиции.


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2019