При попытке проследить зарождение научно-юридической мысли и поверхностный наблюдатель не может не заметить, что далеко не при всяком состоянии источников права можно ожидать научной его обработки.
Юриспруденция, как наука, невозможна без консолидирования самого материала права в форме права писаного. Научная обработка права предполагает, даже в самых рудиментарных проявлениях своих, собирание соответственного материала, классифицирование его, установление причинной зависимости между отдельными категориями явлений и т. д. В какой форме не выражались бы результаты научной обработки права, идет ли речь о создании regula juris - изречения-афоризма, - о систематизировании ли существующих порядков для целей преподавания в форме группировки типичных казусов, - об извлечении ли из положительного права общих, управляющих им начал, такая обработка всегда предполагает уже существующим известный правовой уклад, зарегистрированный в виде писаного закона. Наконец, самые отвлеченные построения в области установления директив для права, имеющего еще быть созданным, не могут не подсказываться стремлением заменить существующий правовой уклад другим, и, таким образом, предполагают все-таки исходную точку в виде права, уже консолидировавшегося.
Все это, применимое к области правоведения вообще, не может терпеть ограничений и в той сфере, которую захватывает криминалистика. Но, раз возникнув, научная рефлексия в области отношений, регулируемых уголовным правом, независимо от того, будет ли она оперировать при помощи начал, отражающих религиозные убеждения, будет ли она конструировать при посредстве философских концепций, будет ли она иметь в виду систематизацию, подсказанную потребностями преподавания права, или намечать пути развития права, соображаясь с условиями жизни данного общества, - научная мысль криминалиста, рано или поздно, начинает оказывать большее или меньшее влияние на содержание и форму уголовного закона. Такое положение дела является, однако, силою вещей достоянием эпохи, когда консолидировано право положительное и когда научная мысль владеет соответственным методом и запасом обобщенных наблюдений; другими словами, когда имеет место писаное законодательство и сравнительно высокая степень культуры.
Последнее условие предполагает уровень образованности, не только выходящий за грань простой грамотности, но и позволяющий говорить о зарождении среди хотя бы небольшого числа лиц интереса к изучению правовых явлений не для непосредственного практического приложения их, но для рефлексии в видах уяснения и систематизации.