ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



3. Mнeния yчeныx, отрицавших давность


38. Институт давности, признанный тeopией и усвоенный, в более или менее Широких размерах всеми законодательствами, был иногда отрицаем, как институт пoдpывaющий репрессивную силу уголовного закона. В конце прошлого и в первой половине нынешнего cтoлeтия, нередко слышались подобные протесты ; в настоящее время они умолкли, и как ни велико различие в воззрeнияx криминалистов на давность, но все они сходятся в пpизнaнии этого института полезным и необходимым в общем строе уголовного пpaвocyдия. Самое значение давности, как средства избавиться от суда и нaкaзaния, указывает на ту сторону, с которой должны были раздаться мнения oтрицaющие ее целесообразность. Так, очевидно, что относительные теории, cчитaвшие единственными целями наказания - устрашение и пpeдyпpeждeние, не могли не признать давности институтом, идущим в разрез с принципами, которые они клали в основу карательной системы. Справедливость этого положения, как нельзя более, подтверждается рескриптом прусского короля от 26 февраля 1798 года. Рескрипт этот объясняет молчaние закона о давности тем, что "в книге, назначенной для народа, подробное изложeние этого предмета (т. е. давности) могло бы вызвать надежду на безнаказанность и ослабить таким образом устрашающую силу уголовного закона."
К числу самых решительных противников давности можно причислить: Грюндлера, Генке, Бэнтама и Nерстеда*(167).
39. A.-Грюндлер, обозрев в кратком очерке попытки объяснить давность и доказав их несостоятельность, приходит к тому убеждению, что институт этот, не имея прочного основания, не может быть терпим ни в каком законодательстве. Давность, по его мнению, нельзя допустить потому, что: она 1) противоречите основной идее права Государство, страхом наказания удерживая граждан от совершения преступлений, имеет несомненно право и обязанность применять к виновным наказа nие. Неправда остается и по прошествии многих лет все тою же неправдою, и наказание, определенное законом, должно быть применено не взирая ни на какое протечение времени. 2) Давность, по словам Грюндлера, не только противоречит праву, но она вместе с тем вредна и опасна для государства. Признание ее законодательством, он считает опасным потому, что оно повлечет за собою умножение преступников. "Человек, говорит он, задумав совершить противозаконное деяние, отступает обыкновенно от этого намерения вследствие того, что сознает возможность быть наказанным; но, утратив этот страх и надеясь быть необнаруженными и ненаказанным, преступник становится все более и более смелым и совершает одно преступление за другими (er hauft Grauitlhaten auf Granellhaten)" Государство, допуская давность, впадает таким образом, по мнению Грюндлера, в глубокое противоречие. Так оно сначала признает известное деяние преступлением, а затем, освобождая виновного от наказания, само же отрицает это. Наконец 3) давность, по словам Грюндлера, противоречит цели наказания. Уголовное правосудие, карая преступников, имеет в виду охранять, как порядок и спокойствие в государстве, так и неприкосновенность личности и собственности граждан. Но понятно, что давность, имея конечным результатом освобождение преступника от заслуженного им наказания, будет только поощрять его к совершении новых злодеянии*(168).
40. Б. Генке*(169) считает давность несовместимой со строем государственного правосудия. Он находит возмутительным, что преступник, сумевший хитростью и ловкостью отклонить от себя всякое подозрение, будет, по истечении давностного срока, пользоваться плодами своего преступления и притом, быть может, даже хвалиться своею ловкостью и тем, что он остался безнаказанным. Полемизируя против давности, Генке замечает, между прочим, что вредное влияние давности не замедлит обнаружиться, "когда убийца, покровительствуемый законами, вздумает поселиться в соседстве с сыном убитого им человека, когда вору или мошеннику будет дозволено жить в богатстве на глазах у тех самых лиц, которые обнищали вследствие их преступлений. И спрашивается, на чем же будет основываться право государства преследовать и карать частную месть и самосуд, когда оно своим бездействием только вызывает их? И независимо от этого, неужели требования вечного правосудия могут быть когда-либо погашены? И будет ли, наконец, разумно ставить вопрос о применении наказания в зависимость от протечения времени столь ничтожного , как час, или минута." Генке, заканчивая свою полемику против давности, ссылается на Оерстеда*(170), утверждавшего, что признание давности будет подрывать угрожающее действие уголовного закона, и с своей стороны прибавляет, что если из обстоятельств данного случая будет видно, что применение к преступнику наказания окажется действительно несправедливым, то несправедливость эту можно отстранить путем помилования. Полемика Генке преимущественно направлена против давности погашающей крупные преступления; по отношении к мелким полицейским проступкам, он допускает ее, так как безнаказанность их, по его мнении, не повлечет за собою неблагоприятных последствий.
41. В. Между противниками давности, одно из самых видных мест занимает Бэнтам*(171). Отрицая ее целесообразность, он исходит от принципа положенного им в основу всей карательной системы. Наказание, по его воззрению, должно подавить в преступнике желание совершить преступление. Страдание, причиняемое наказанием, должно быть чувствительнее пользы, вытекающей из совершения преступления. Понятно, что давность, имеющая конечною целью неприменение наказания, не могла найти своего оправдания в подобной теории; и действительно Бэнтам не пожалел самых мрачных красок для того, чтобы изобразить неправомерность давности. Так, он говорит, что в случае совершения какого-либо тяжкого преступления*(172) (двоеженства, насилия, разбоя и т. п.) было бы возмутительно и даже опасно допустить, что, по истечении известного времени, порок (la sceleratesse) восторжествует над невинностью. "С подобными злодеями, замечает Бэнтам, не мыслим какой-либо договор, и вечно да висит над их головами карающий меч! Существование преступника, покойно пользующегося плодами своего преступления, покровительствуемого тем самым законом, который он нарушил, есть несомненное торжество злодеев, предмет страданий для людей честных, явное поруranие правосудия и нравственности. Для того, чтобы понять всю нелепость безнаказанности имеющей своим основанием протечение известного времени, достаточно предположить следующую редакцию закона: если вор, убийца, лицо, несправедливо присвоившее себе чужую вещь, сумеют в течение 20 лет, уклоняться от судебного преследования, то их ловкость будет вознаграждена, их безопасность обеспечена и принадлежность им плодов добытых преступлением за ними узаконена".
42. Противники давности, доказывая ее неправомерность, исходят от признания устрашения и предупреждения основными началами карательной системы Но наука уголовного права, сознав, что ни то, ни другое начало не может быть признано единственною и конечною целью наказания, тем самым отстранила главный из аргументов, выставленных противниками давности. Из цитат, у них заимствованных видно, насколько фантазия помогала им в деле отрицания давности. Все опасения высказанные ими, относительно того, что с признанием давности увеличится число преступлений, возрастет дерзость преступников и ослабнет уверенность честных граждан в покойном и ненарушимом пользовании высшими благами жизни,-все эти, и им подобные опасения, повторяем мы, не находят в действительности никакого основания. Их лучшим опровержением служит не только факт повсеместная признания давности, но и то обстоятельство, что современное нам законодательство все более и более расширяет число случаев ее применения. Этот поступательный ход развитая института доказывает самым красноречивым образом, что государство не имеет никаких данных для признания его вредным или опасным.
Необходимость выяснить несостоятельность возражении сделанных противниками давности приводит нас к попытке определить те начала, на которых в действительности покоится этот институт. Соображения, доказывающая его правомерность и целесообразность, будут служить лучшим возражением на те доводы, которые были приведены в опровержение его. Но с другой стороны попытка эта оказывается неизбежною в виду усмотренная нами бессилия теории определить истинный основы давности. Итак спрашивается, на каких же данных может быть основана давность?


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2021