Вещественными доказательствами являются предметы, которые могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела (ч. 1 ст. 68 ГПК РСФСР). Вещественными доказательствами являются предметы, которые своим внешним  видом, внутренними свойствами, местом их нахождения или иными признаками, могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значения для дела (ст. 63 АПК РФ). Таким образом, вещественные доказательства – это любые объекты материального мира, которые в силу объективно присущих им свойств (признаков), могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела. При этом в силу уникальности каждого объекта материального мира исчерпывающего перечня таких свойств (признаков) дать невозможно, поэтому ГПК РСФСР лишь называет наиболее типичные из них, а АПК РФР вообще говорит о возможности использования объектов материального мира для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, как о критерии отнесения их к вещественным доказательствам.

В этой связи в правовой науке господствуют следующие взгляды на существо вещественных доказательств.

К.С. Юдельсон рассматривает вещественные доказательства в двух аспектах: вещи могут служить доказательствами как объекты непосредственного познания (например, изделие по соответствующему договору); вещи могут иметь значение доказательств фактического нахождения их у стороны спора^[i]. М.К. Треушников определяет вещественные доказательства как различные предметы, которые своими свойствами, внешним видом, изменениями, местом нахождения, принадлежностью способны подтвердить или опровергнуть существование юридических или доказательственных фактов, необходимых для правильного разрешения дела^[ii]. Д.М. Чечот к вещественным доказательствам относит предметы, которые благодаря своим свойствам, качеством, внешним видом, месту нахождения способны служить средством установления фактов, обстоятельств, имеющих значение для дела^[iii]. Оригинальной, но не основанной на легальной дефиниции вещественных доказательств точки зрения придерживается А.С. Козлов, считающий, что вещественными доказательствами как средствами судебного познания могут считаться только получаемые судом сообщения, несущие специфику обстоятельств, имеющих значение для дела, и существующие в форме естественной информации, а не предмет или вещь как источник данных^[iv].         

В целом доказательственное значение объектов материального мира непосредственно базируется на их уникальности и фундаментальном свойстве материи к отражению. Как следствие, «при оценке вещественных доказательств не приходится учитывать субъективного фактора, присутствующего при исследовании и оценке личных доказательств... По отношению к вещественным доказательствам элемент субъективного извращения действительности самим носителем информации исключен»^[v].

В этой связи судебная практика при разрешении споров традиционно придает большое значение вещественным доказательствам. Так Я. обратился в суд с заявлением о выселении К. из ½ части дома, указав, что эту часть дома она приобрела по договору купли-продажи. К. предъявила встречное заявление о взыскании затрат, понесенных на ремонт дома и его благоустройство. Решением суда первой инстанции иск Я. удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано. Кассационная инстанция решение отменила в связи с тем, что суд не выяснил, какое помещение было приобретено Я., является ли спорное помещение ее собственностью. Для установления данных обстоятельств суду первой инстанции следовало провести осмотр вещественного доказательства (дома) на месте^[vi].

Из приведенного примера также усматривается: особенность вещественных доказательств также состоит в том, что они одновременно могут является и объектом спора.

Как уже отмечалось, вещественные доказательства следует отличать от письменных. В самом общем виде, в документе, являющимся вещественным доказательством, информация содержится в виде материальных, наглядно воспринимаемых признаков (например, документ со следами подчистки, с поддельной подписью и т.д.). В документе – письменном доказательстве эта информация передается при помощи знаков (букв, цифр и т.д.). В отношении способа получения письменных доказательств, последствий неисполнения обязанности представить их по требованию суда, осмотра и исследования доказательств на месте их нахождения, обеспечения доказательств, и их получения в порядке выполнения отдельного поручения правила ГПК РСФСР и АПК РФ о вещественных доказательствах в своей основе не отличаются от правил, относящихся к письменным доказательствам.

Вместе с тем особенности вещественных доказательств как средств доказывания предопределяют содержание требований ГПК РСФСР и АПК РФ об их хранении, осмотре вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче, распоряжении вещественными доказательствами.

ГПК РСФСР и АПК РФ знают два основных способа хранения вещественных доказательств: в деле или в месте их нахождения (ч.ч. 1, 2 ст. 71 ГПК РСФСР и ч.ч. 1, 2 ст. 63 АПК РФ). ГПК РСФСР, кроме того, предусматривает, что вещественные доказательства, хранимые в суде, могут находится в деле (если их возможно туда поместить) или по особой описи сдаваться в камеру хранения вещественных доказательств суда (ч. 1 ст. 71 ГПК РСФСР). Определение способа хранения зависит от индивидуальных особенностей вещественного доказательства. В месте нахождения хранятся лишь вещи, которые не могут быть доставлены в суд. Вещи, хранимые в месте нахождения, должны быть подробно описаны, по ГПК РСФСР – в случае необходимости сфотографированы и опечатаны, а по АПК – обязательно опечатаны и в случае необходимости засняты на фото- или видеопленку (ч. 2 ст. 71 ГПК РСФСР и ч. 2 ст. 63 АПК РФ). Из данных законоположений следует, что для вещей, хранимых в месте их нахождения, проведение осмотра и предварительного исследования доказательств в месте их нахождения обязательно. Осмотр и исследование вещественных доказательств, в месте их нахождения, производится по правилам ст. 179 ГПК РСФСР и ст. 55 АПК РФ. Представляется, что АПК правомерно расширил перечень возможных способов фиксации вещественных доказательств.

Вместе с тем решение вопроса об обязательности опечатывания вещественных доказательств является весьма сложным. С одной стороны, с учетом длительных сроков разрешения споров в суде такое абсолютное ограничение возможности пользования вещью может повлечь значительный ущерб для собственника, с другой – даже самое подробное описание доказательства не может гарантировать от необходимости его повторного исследования (например, при назначении экспертизы), а, следовательно, и принятия мер к сохранению вещественного доказательства в неприкосновенном виде. Вместе с тем для обеспечения последнего закон содержит предписание о том, что основной обязанностью суда (а по АПК РФ также хранителя) является принятие мер по сохранению доказательства в неизменном состоянии (ч. 3 ст. 71 ГПК РСФСР, ч. 4 ст. 63 АПК РФ).

Оценивая нормы ГПК и АПК о хранении вещественных доказательств необходимо также констатировать, что существует потребность в добавлении в ГПК РСФСР правила, аналогичного изложенному в ч. 3 ст. 63 АПК РФ о распределении расходов по хранению вещи между сторонами при вынесении судом решения, так как в соответствии со ст. 86 ГПК РСФСР данные расходы при определении судебных издержек не учитываются. Следует, кроме того, подчеркнуть, что в случаях, когда вещественные доказательства одновременно выступают предметом спорного правоотношения, и их судьба зависит от будущего решения суда по существу конфликта, принятие мер по хранению вещественных доказательств не может подменять собой или каким-либо образом входить в противоречие с мерами по обеспечению иска и обеспечению исполнения решения суда (ст. ст. 133, 134, 212 ГПК РСФСР и ст. ст. 76, 78, 136 АПК РФ). «Эти нормы сильнее доказательственных правил, поскольку они связаны непосредственно с правомочиями собственников и владельцев имущества»^[vii].

Необходимость в осмотре вещественных доказательств, подвергающихся быстрой порче, вытекает из самой природы подобных вещей, невозможности их длительного хранения. В силу ст. 72 ГПК РСФСР, ст. 64 АПК РФ вещественные доказательства, подвергающиеся быстрой порче, осматриваются судом немедленно (по АПК это происходит в месте их нахождения). В это связи АПК РФ занимает достаточно взвешенную позицию так же в вопросе извещения лиц, участвующих в деле. Они извещаются о времени и месте осмотра и исследования в случае, если могут прибыть в место нахождения вещественных доказательств к моменту их осмотра (ч. 2 ст. 64 АПК РФ). Иными словами, устанавливается вполне разумное изъятие из общего требования закона об  обязательном извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте совершения отдельных процессуальных действий. В гражданском процессе после осмотра вещи передаются лицу, от которого они были получены, или передаются предприятиям, учреждениям или организациям, которые могут их использовать по назначению. В последнем случае владельцу вещей впоследствии должны быть возвращены предметы того же рода и качества или их стоимость по ценам на момент возвращения. В арбитражном процессе, если лицо, от которого данные доказательства были получены (а им фактически может являться и не титульный владелец), не ходатайствует об их возвращении (ч. 2 ст. 65 АПК РФ), то вещи, подвергающиеся быстрой порче, как бы зависают в воздухе, потому что нет лица, который бы взял на себя заботу о них, с другой – суд не обязан принимать какие-либо меры по разумному распоряжению ими. Применение же общего правила о хранении вещественных доказательств в данном случае противоречит всякому здравому смыслу. Данное противоречие необходимо устранить непосредственно в самом кодексе.

В вопросах непосредственного исследования вещественных доказательств в судебном заседании ст. 117 АПК РФ придерживается традиционной лаконичности: арбитражный суд «осматривает вещественные доказательства». Таким образом, снова встает вопрос о непосредственном исследовании в судебном заседании арбитражного суда протоколов отдельных процессуальных действий. Как следствие, в очередной раз отмечается большая процессуальная определенность ГПК РСФСР, ст. 178 которого предусматривает: вещественные доказательства осматриваются судом и предъявляются лицам, участвующим в деле, а в необходимых случаях – экспертам и свидетелям; лица, которым предъявлены доказательства, могут обращать внимание суда на те или иные обстоятельства, связанные с осмотром; эти заявления заносятся в протокол судебного заседания; протоколы осмотра вещественных доказательств, составленные вне судебного заседания, оглашаются в нем, после чего лица, участвующие в деле, могут дать объяснения.

С учетом данной коллизии АПК РФ нелишне подчеркнуть, что судебная практика традиционно придает серьезное значение соблюдению принципа непосредственности судебного разбирательства при исследовании как вещественных, так и иных доказательств. Например, ссылка суда первой инстанции в решении об удовлетворении иска на вещественные доказательства, которые находились в материалах прекращенного в отношении одного из ответчиков уголовного дела, была признана надзорной инстанцией достаточным основанием для отмены решения и передачи дела на новое рассмотрение, поскольку из протокола судебного заседания не усматривалось, что данные доказательства каким-либо образом исследовались судом, а лицам, участвующим в деле, была предоставлена возможность сообщить свое мнение по поводу их содержания и исследования^[viii].

Статья 73 ГПК РСФСР и ст. 65 АПК РФ практически одинаково регулируют вопросы распоряжения вещественными доказательствами. По общему правилу они после вступления решения суда в законную силу возвращаются лицам, от которых они были получены, либо передаются лицам, за которыми суд признал право на эти предметы, либо (по АПК РФ) реализуются в ином порядке, определенном арбитражным судом. Предметы, которые согласно закону не могут находится во владении отдельных лиц (вещи изъятые и ограниченные в обороте), передаются соответствующим организациям. В отдельных случаях вещественные доказательства после их осмотра и исследования судом могут быть возвращены в процессе производства по делу лица, от которых были получены, если последние об этом ходатайствуют и удовлетворение такого ходатайства не нанесет ущерба правильному разрешению спора.

Таким образом, при анализе вещественных доказательств нельзя однозначно утверждать о юридико-техническом преимуществе правил ГПК РСФСР над правилами АПК РФ или наоборот. Оба закона имеют существенные недостатки, преодоление которых лежит в русле учета положительных качеств каждого.