Подведя некоторый итог настоящей работы, представляется возможным сделать следующие выводы.
Допустимость доказательств в гражданском и арбитражном процессах означает предусмотренную(-ое) законом возможность (разрешение) использовать фактические данные (сведения), содержащие информацию об обстоятельствах, имеющих значение для дела, для установления этих обстоятельств. Такое понимание допустимости доказательств последовательно выражено в рамках современной науки гражданского и арбитражного процессов, пожалуй, впервые. По отношению к судебным доказательствам допустимость выступает их свойством (признаком).
В тексте закона допустимость проявляется посредством установления отдельных правил запретительного характера, отграничивающих допустимые доказательства от недопустимых доказательств, доказательств которые не могут быть признаны судебными. Основными из них являются:
- запрет использования непредусмотренных законом средств доказывания (ч. 2 ст. 49 ГПК РСФСР, п. 2 ч. 1 ст. 52 АПК РФ);
- запрет использовать, в случаях предусмотренных законом, фактические данные (сведения), содержащие информацию об обстоятельствах, имеющих значение для дела, для установления отдельных нормативно-конкретизированных обстоятельств, поставленный в зависимость от того в каких средствах доказывания они содержаться (ст. 54 ГПК РСФСР и ст. 57 АПК РФ);
- запрет, использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, ч. 3 ст. 49 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 52 АПК РФ).
При этом данные привила находятся друг с другом в некой взаимосвязи и взаимозависимости, образуя определенное единство. Если в отношениях между «общим» правилом о допустимости доказательств и предписаниями ст. 54 ГПК РСФСР, ст. 57 АПК РФ данная взаимосвязь самоочевидна, то при их сопоставлении с требованием о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона, она прослеживается не столь явно. Тем не менее, именно с учетом поименованной взаимозависимости отсутствует необходимость отдельного выделения требований ст. 54 ГПК РСФСР и ст. 57 АПК РФ в качестве собственно допустимости доказательств применительно только к гражданскому и арбитражному процессам. Поскольку, во-первых, в качестве допустимого может быть охарактеризовано лишь то доказательство, которое в полной мере отвечает всем трем перечисленным критериям, а во-вторых, аналогичное правило применительно к заключению эксперта на доктринальном уровне уже давно сформулировано и в уголовном процессе.
Правила о допустимости доказательств в ГПК РСФСР и АПК РФ выражены практически идентично и не имеют существенных отличий. Вместе с тем как в ГПК РСФСР, так и в АПК РФ при формулировании данных правил допущен ряд неточностей, которые, по мнению автора, должны быть устранены посредством внесения соответствующих изменений и дополнений в закон:
- предписание ст. 57 АПК РФ о возможности установления конкретных случаев допустимости доказательств в нормативных правовых актах меньшей, чем закон юридической силы, подлежит исключению из текста закона, а до этого момента применяться судами не может, так как противоречит ст. 3 АПК РФ, не рассматривающей их в качестве источников арбитражного процессуального права;
- формулировка ч. 3 ст. 49 ГПК РСФСР крайне неудачна, так как она фактически смещает конституционные акценты применения данного правила, предусматривая возможность влияния недопустимых доказательств на формирование мнений и убеждений правоприменителя, относящихся к обстоятельствам, имеющим значение для разрешения дела. Как следствие, наиболее продуктивной в текстуальном отношении представляется ч. 2 ст. 52 АПК РФ, практически дословно воспроизводящая содержание конституционного положения. В этой связи назрела необходимость приведения ч. 3 ст. 49 ГПК РСФСР в соответствие с ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.
В отношении значимости конкретного содержания перечисленных правил о допустимости доказательств необходимо выделить вывод о том, что так называемое правило о допустимости доказательств с «позитивным» содержанием нельзя отождествить с допустимостью «в собственном смысле этого слова». В этой связи допустимость доказательств с «позитивным» содержанием следует, на наш взгляд, относить к необходимым доказательствам, под которыми понимается совокупность доказательств (средств доказывания) обязательных для правильного разрешения дела. В этом контексте важно, что требование об обязательном назначении экспертизы необходимо относить к допустимости доказательств с «негативным» содержанием.
Применительно к запрету использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона – под «получением доказательств» (в контексте ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, ч. 3 ст. 49 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 52 АПК РФ) необходимо понимать процессуальную деятельность лиц, участвующих в деле, и суда и непроцессуальную деятельность любых лиц по собиранию доказательств, а также процессуальную деятельность лиц, участвующих в деле, и суда по использованию доказательств в процессе доказывания. Основным критерием для отнесения такой деятельности к получению доказательств является: осознание лицом, совершающим действия, хотя бы потенциальной возможности использования полученных фактических данных (сведений) в процессе доказывания. «Получение доказательств» – является самостоятельным, не в полной мере соответствующим термину «доказывание», правовым понятием, так как оно включает в себя как процессуальную, так и непроцессуальную деятельность лиц как участвующих, так и не участвующих в деле.
Кроме того, существуют и иные проблемы законодательной регламентации процессуальной формы доказательств, влияющие на их допустимость, к ним (проблемам) следует отнести:
- устаревшие определения ГПК РСФСР понятий отдельных средств доказывания (в частности, письменных доказательств), способные в дальнейшем привести к ряду проблем правового регулирования;
- неопределенность в вопросе наличия у суда общей юрисдикции права на истребование доказательств по собственной инициативе (в частности, на самостоятельное назначение экспертизы) и его объеме, не в полной мере соответствующая принципу состязательности;
- отсутствие в АПК РФ детализированной процедуры исследования доказательств, что не предоставляет легальной возможности непосредственно исследовать в ходе судебного заседания отдельные доказательства, то есть противоречие между ч. 1 ст. 117 АПК РФ и ст. 10, ч. 1 ст. 124 АПК РФ.;
- отсутствие в АПК РФ детализированной процедуры фиксации исследования отдельных видов доказательств, то есть проблема содержания протокола судебного заседания, необходимость введения в арбитражный процесс фигуры секретаря судебного заседания, ответственного за его (протокола) ведение и точное отображение в нем всего происходящего в ходе судебного заседания;
- назревшая необходимость расширения перечня средств доказывания в ГПК РСФСР и АПК РФ, детализации порядка совершения отдельных процессуальных действий, привлечения в процесс новых участников.
В отношении места допустимости доказательств в рамках состязательного процесса следует заметить, что ей в обеспечении последнего отведена одна из ведущих ролей. Эта роль проявляется в соотношении допустимости с принципом объективной истины. Ее дуальном (двойственном) характере, выражающемся как в ограничении использования отдельных фактических данных (сведений) для установления обстоятельств дела, так и одновременном создании гарантий достоверности допустимых фактических данных (сведений). В этой связи следует отметить, проявившуюся в последние годы в науке и практике, опасную тенденцию по постановке вопроса о допустимости доказательств в контексте ч. 2 ст. 50 Конституции РФ ч. 3 ст. 49 ГПК РСФСР, ч. 2 ст. 52 АПК РФ в зависимость от того, являются ли допущенные нарушения федерального закона «существенными». Данный подход с учетом роли и места положений ч. 2 ст. 50 Конституции РФ в отечественной правовой системе не может быть признанным основанным на законе.
