И – здесь вот еще какой момент, на который  хотелось бы обратить внимание. Именно через правовую систему, ее элементы происходит как бы “увязка” позитивного права с государством, его органами, со всей политической структурой данного общества.  Именно через правовую систему при рассмотрении позитивного права включаются правотворческие, законодательные  учреждения, а также – правоисполнительные органы, органы правосудия, другие правоохранительные учреждения, вся политическая система страны.

Широкое понятие "правовая система" ( скажу еще раз - его нужно четко отличать от понятия "система права", которое – как мы видели - выражает только внутреннюю дифференциации позитивного права, его деление на отрасли и институты) имеет существенное значение для характеристики права той или иной конкретной страны.

Обычно в этом случае говорится о  национальной правовой системе, например,  о национальных правовых системах Великобритании, Финляндии, Китая.

В  отношении той или иной страны использова­ние понятия "национальная правовая система" очень важно потому, что в ней наряду с собственно правом могут играть определяющую роль либо судебная (юриди­ческая) практика, либо правовая идеология, от чего в свою очередь зависит весь строй, "весь мир" правовых яв­лений.

Именно по этому признаку выделяются семьи право­вых систем, о которых ранее уже упоминалось:

семья права  континен­тальной Европы — романо-германское право (в этих сис­темах на первом месте стоит закон);

семья  англосаксонского  общего  права —  прецедентное право Великобритании, США (в этих системах доминирующее значение имеет судебная, юридическая практика, прецедент);

семья религиозно-традиционных систем — таких, как мусульманское право (в этих системах определяющую роль играют религия);

семья заидеологизированных систем – таких, как советское право, право других социалистических стран до 1990-х гг. (в этих системах определяющую роль играет партийная идеология).

Вкратце – о некоторых юридических тонкостях, характеризующих эти четыре “семьи”. Их своеобразие во многом выражено в центральном звене юридического  регулирования – в особенностях решения, которое разрешает данную жизненную ситуацию и властно утверждает правопорядок в обществе.

В романо-германском праве такое решение запрограммировано в общеобязательных нормах, а практически воплощаются путем реализации норм права, их применения.

В англосаксонском общем праве  подобные нормы в виде прецедентов  вырастают непосредственно из судебных решений, причем судьи ориентируются не только на существующий прецедент (тем более, что он в данном случае может и отсутствовать), но и непосредственно на неправовые критерии – разумность, справедливость и др.

Что же касается двух последних из упомянутых “семей (религиозно-традиционных, заидеологизированных)”, то  основы программируемых ими решений жизненных ситуаций коренятся вообще “вне права” - в исторических традициях, канонах религии, постулатах ортодоксальной идеологии.

В последующем мы еще вернемся к указанным особенностям. Но и сейчас,  при рассмотрении юридических вопросов, относящихся к “азбуке права”, целесообразно иметь их в виду. В частности, нужно иметь в виду, что современной право России (Российской  Федерации) принадлежит к романо-германскому праву, хотя в нем еще ныне сохранились какие-то элементы или следы заидеологизированного  советского права

При рассмотрении правовой системы представляется  особо важным особо остановиться на вопросах  демократии, правосудия и правосознания (правовой культуры).

2. Правовая система и  демократия. Именно в условиях демократии получает необходимое развитие ведущую часть правовой системы – собственно право.

Чем же характеризуется правовая система в условиях демократии?

Вот некоторые, высказываемые в предварительном порядке, существенные штрихи, характеризующие право в условиях демократии.

Главное заключается в том, что  объективное (позитивное) право перестает быть своего рода придатком государственной власти. В условиях демократии право как бы "меняется местами" с государством: утверждается верховенство права, и оно возвышается над государственной властью, и это есть как раз то, что понимается под правовым государ­ством.

Наиболее важные изменения, происходящие в правовой системе демократического общества, состоят в том, что право:

связывает и подчиняет себе государственную власть ("правовое государство");

все более обретает свое "собственное" основание в есте­ственном праве, в неотъемлемых правах и свободах чело­века;

получает все более совершенное, отработанное в зако­нах, в иных источниках содержание; его основы закрепля­ются в конституции;

становится нераздельно единым с независимым и силь­ным правосудием.

3. Правовая система и  правосудие. Существенный элемент правовой системы каждой страны – судебная (юридическая практика), а значит – правосудие.

Правосудие неотделимо от позитивного права. И это касается не только англосаксонского общего, прецедентного права, где судебные решения реально являются фокусом  правовой жизни. Ведь и романо-германское право с фактических своих предпосылок исторически корениться преимущественно в богатейшей юридической культуре древнеримского права, основанной на обобщении практики решения конкретных жизненных ситуаций, судебной практике.

И в настоящее время при развитости правовой  культуры и особенностях различных юридических систем правосу­дие — особая государственная деятельность, призванная постоянно, в нашем реальном жизненном бытии решать жизненные вопросы с позиций права. Правосудие потому и выделилось в ходе исторического развития из других видов государственной деятельности, что оно (по свое­му строению, составу, организации, процессу и т.д.) специ­ально "приспособлено" для того, чтобы во всех случаях торжествовало право, его. ценность, чтобы достигались справедливость и истина, обеспечивались гарантии всех лиц, участвующих в юридических делах, — обвиняемых, потерпевших, защитников, заинтересованных ("третьих") лиц и др.

Правосудие есть как бы само право в действии, в процес­се реализации (известно такое юридическое изречение: "суд — это говорящий закон, а закон — это немой судья").

Вот почему  и при наличии законов и правовых обычаев в про­цессе и в результате судебной деятельности обогащается действующее право, вырабатываются конкретизирующие закон правоположения, т.е. образцы применения юридичес­ких норм к тем или иным своеобразным случаям жизни, ситуациям (например, такие, как конкретизирующие положения, содержащиеся в постановлении Верховно­го Суда о применении жилищных законов).

Все эти особенности правосудия в его взаимосвязи с пра­вом в полной мере как раз раскрываются в демократичес­ком государстве, они позволяют "связать" государствен­ную власть, играют существенную роль в формирований и развитии правового государства

4. Правосознание и правовая культура. Правовая идеология, охватываемая понятием “правовая система”, представляет собой  активную часть правосознания.

Правосознание — это отношение людей к праву. Пози­тивное право как критерий правомерности поведения дей­ствует всегда в определенной среде — экономической, по­литической, нравственной. Существенное значение имеет здесь субъективно-психическая среда, выражающая отно­шение людей к праву (действующему, предполагаемому и желаемому). Такие отношения людей к праву и представля­ют собой правосознание.

Ключевой пункт правосознания — осознание людьми ценностей  права и одновременно представления о действующем позитивном праве, о том, насколько оно соответствует требованиям  разума и справедливости,  правовым ценностям и идеалам.

Различается правосознание научное, профессиональное, обыденное, а также массовое, групповое, индивидуальное. Эти разновидности правосознания по-разному влияют — но все они влияют! — на совершенство законодательства, эффективность работы суда, всех правоохранительных ор­ганов, на то, насколько граждане страны являются законо­послушными, добровольно, строго, точно исполняют нормы позитивного права, какие они выдвигают правовые требования.

Среди видов и форм правосознания выделяется как раз  правовая идеология — активная часть правосознания, непосредствен­но влияющая на законодательство, юридическую практику и потому входящая в национальную правовую систему страны. Несколько  подробнее о правосознании, в том числе и о правовой идеологии,  в связи с характеристикой права как объективной реальности будет рассказано во второй части книги [2.3.5.].

В связи с правосознанием и правовой идеологией – кратко о правовой культуре.

Правовая культура — это общее состояние “юридических дел” в обществе, т.е. состояние законода­тельства, положения и  работы суда, всех правоохранительных органов, правосознания всего населения страны, выражающее уровень развития права и правосознания, их место в жизни общест­ва, усвоение правовых ценностей, их реализацию на практике, осуществление требования верховенства права.

Одним из показателей правовой культуры является пра­вовая воспитанность каждого человека, т.е. надлежащий, высокий уровень правосознания, проявляющийся не только в законопослушании, но и в правовой активности, в полном и эффективном использовании правовых средств в практи­ческой деятельности, в стремлении в любом деле утвердить правовые начала как высшие ценности цивилизации.

"Правовая культура" – явление  более широ­кое и емкое, чем просто надлежащий уровень правосозна­ния; главное в правовой культуре — высокое развитие всей правовой системы, достойное место права в жизни общества, осуществление его верховенства и соот­ветствующее этому положение дел во всем "юридическом хозяйстве" страны (подготовка и статус юридических кад­ров, роль юридических служб во всех подразделениях госу­дарственной системы, положение адвокатуры, развитость научных учреждений по вопросам права, уровень правово­го образования и т.д.).

5. Закономерности развития. Закономерности развития права в полной мере могут быть обрисованы только после рассмотрения всего комплекса юридических проблем, в том числе логики и смысла права (которым в основном посвящены вторая и третья части книги). Но и сейчас представляется необходимым  на основе  общенаучных данных  и связи права с демократией вкратце, отчасти а предварительном порядке,  отметить некоторые линии и тенденции в правовом развитии.

Общенаучные исторические данные свидетельствуют о том, что определяющая закономерность развития правовых систем на нашей планете заклю­чается в том, что в ходе исторического прогресса право из инструмента государственной власти все более превращает­ся в самостоятельную, высокозначимую силу, в самостоя­тельный мощный регулятивно-охранительный фактор.

На первых, исходных ступенях своего развития позитивное право,  формируясь и развиваясь вместе со всей человеческой цивилизацией, являлось составной частью теократически-азиатских, ра­бовладельческих, феодальных обществ, выступая в качест­ве своеобразного продолжения государства. Его публично-правовые институты были неразвиты, примитивны; в нем сильны были элементы, устанавливающие право личной за­висимости (рабовладельческой, феодально-крепостничес­кой, феодально-сословной, иерархической), произвол и бес­контрольность институтов и учреждений публичной влас­ти, "кулачное право" — право сильного; доминировало обычное право, нередко партикулярное, раздробленное, привязанное к той или иной местности.

Вместе с тем для права характерен правовой прогресс, шедший со времен Древнего Мира и в полной мере развер­нувшийся в условиях демократии, после победы буржуазно-демократических революций.

Этот правовой прогресс во многом, как мы  видели, связан со всемирно-историческим феноменом — римским частным правом.

Вместе с тем, наряду с могучим влиянием на ход правового развития культуры римского частного права существенную роль в этой области спустя столетия, в канун Нового времени сыграли весь дух эпохи Возрождения, Просвещения, пред­ставления и разработки великих философов-классиков  - Канта, Гегеля, Фихте, Шеллинга, мыслителей-просветителей Руссо, Монтескье, Вольтера, многих других, возвысивших идеи общественного договора, естественного права, прав и свобод человека.

Отсюда и вытекают те основные направления правового прогресса, которые связаны с буржуазно-демократически­ми революциями. Это:

обогащение позитивного права естественно-правовыми идеями и ценностями. В условиях демократии позитивное право становится во многом носителем и выразителем есте­ственных, прирожденных прав человека (право на жизнь, на свободу, на свободный выбор общественного и государ­ственного строя и т.д.); получает признание и реализацию идея общественного договора, в соответствии с которой государственные и правовые институты не "навязываются сверху", а устанавливаются на основе общественного согла­сия;

утверждение начал правового государства. Это означает, что политическая власть ставится под эгиду права, под его контроль и, следовательно, должна функционировать в качестве государственной власти в рамках всех институтов государства и права, в сочетании и во взаимодействии со всеми институтами гражданского общества. В содержание права, его норм и принципов, наряду с категорией прав и свобод человека все более входят два основополагающих начала правового государства. Одно — общедозволитель­ное ("дозволено все, кроме прямо запрещенного законом"), действующее в отношении граждан, их объединений. Дру­гое — разрешительное ("дозволено только то, что прямо предусмотрено законом", или в иной формулировке – “запрещено все, кроме того, что прямо разрешено зконом”), действующее в отношении властных государственных органов и должностных лиц;

возвышение частного права. В новых экономических ус­ловиях демократического общества гражданское законодательство, охватывающее собственность, договорные обязательст­ва, иные имущественные отношения, стало выражением всеобщности рынка, экономической свободы, гарантом автономии личности, юридического приоритета ее воли. Поэтому  частное право резко выдвинулось вперед по ряду направлений в правовой систе­ме, оттеснив публичное право и даже проникая в него. Уже в XIX веке были приняты важнейшие законодательные акты в сфере частного права, такие, например, как Французский граж­данский кодекс — Кодекс Наполеона, Германское граж­данское уложение, и др.;

возвышение и развитие правосудия. Правосудие не только исторически  сыграло выдающуюся роль в формировании права, но и практически из "просто" разно­видности государственной деятельности приобретает в демократическом обществе, самосто­ятельное и высокое значение. Одним из свидетельств тому стало формирование конституционного правосудия — кон­ституционного суда, в предмет ведения которого вошли "сами" законы, акты высших государственных органов, высших должностных лиц.

Понятно, все эти направления правового прогресса (как и развитие государства в условиях демократии) — не более чем тенденции. Далеко не во всех странах они имели и имеют сейчас последовательный характер; нередко, особен­но при установлении в той или иной стране авторитарного режима, возникали и иные тенденции, связанные с "опубличиванием", огосударствлением права, усилением в нем репрес­сивных начал, упрощением процессуальных гарантий и т.д.

Тем не менее отмеченные закономерности, связанные с возвышением права, с превращением его в могучий регуля­тивно-охранительный фактор, утверждающий ценности цивилизации, проходят через всю историю человечества.

И особо значимы они сейчас, на современном этапе развития цивилизации. Право в современном гражданском обществе выдвига­ется в самый центр общественно-политической жизни, про­должается его возвышение. Это предопределяет такой качественный поворот в развитии общества, когда оно становится не только гражданским, но и правовым. Причем правовой характер общества — всего общества, а не только одной государственной власти — вы­ступает, по ряду данных, в качестве его преобладающей, наиболее сущест­венной черты.

6. Развитие правовой системы России. Судьба права в России сложна и противоречива. До ок­тябрьского переворота 1917 года в российском обществе еще не сложилась развитая правовая система, она была про­тиворечивой, в ней уживались архаичные, реакционные черты и черты передовые, прогрессивные.

Еще более слож­ным и, пожалуй, даже трагичным является развитие россий­ского права в послеоктябрьский период.

Важно отметить, что в отличие от государства, которое в России имело в основном восточно-феодальную деспоти­ческую ориентацию, российское право не только не воспри­няло подобную ориентацию, но, напротив, имело ряд прогрессивных направлений в своем развитии. Это; использо­вание 'передовых греко-византийских традиций (заложенных в договорах русских князей Олега, Игоря, Святослава с греками 907, 911, 945, 971 годов), влияние на правовые по­рядки моральных постулатов доимперского православия (что нашло вы­ражение в одном из крупных российских правовых памят­ников — Русской Правде), формирование ряда передовых, прогрессивных правовых положений, таких, как состяза­тельный процесс, дифференциация ответственности (напри­мер, в Судебнике 1550 года. Псковской и Новгородской судных грамотах), отчетливая линия на "закон", на кодифи­кацию законодательства, в том числе в виде уложений, ска­жем, в Соборном уложении 1649 года Алексея Михайлови­ча — весьма отработанном для своего времени сводном юридическом документе.

В годы царствования Петра 1, Екатерины II, в последую­щие периоды (в XVIII — XIX вв.) на духовную жизнь Рос­сии, на правосознание дворянства и третьего сословия су­щественное воздействие стали оказывать прогрессивные политические и правовые идеи эпохи Возрождения, юриди­ческое мировоззрение. Они развивались и передовыми рус­скими мыслителями, приверженцами естественного права, такими, например, как А.Н. Радищев. В середине XIX века усилиями М.М. Сперанского, ряда других передовых деяте­лей предпринимались попытки создания в России стройной юридической системы с использованием лучших западноев­ропейских моделей.

К концу XIX — началу XX века в России, во всех частях обширной Российской империи, было немало отсталых юри­дических форм и институтов (относящихся к монархической форме государства, имперско-колониальным отношениям, общинным порядкам, фабричному законодательству). И все же как раз к кануну октябрьского переворота 1917 года Рос­сия подошла с юридической системой, в которой намети­лось довольно интенсивное развитие прогрессивных право­вых форм и институтов. Это не только начальные формы парламентаризма (в виде Государственной Думы) и муни­ципального самоуправления (в виде земств), но и прежде всего частное право, "столыпинское" земельное законода­тельство и еще более — суд присяжных, связанное с ним процессуальное законодательство, адвокатура, свидетель­ствующие о процессе глубокого проникновения правовых начал в российскую жизнь. Право в России все более и более стало обретать самостоятельный статус, значение особой силы в обществе.

Этот процесс был прерван в октябре 1917 года и, в осо­бенности, после разгона Учредительного Собрания в январе 1918 года, когда на долгие десятилетия на территории Рос­сийской империи установилась тоталитарная власть партократии, действовавшей под прикрытием "власти Советов" и подчинившей жизнь страны осуществлению утопической за­дачи "строительства социализма и коммунизма".

За годы советской власти было принято много законов, декретов, иных юридических документов, четыре конститу­ции (1918, 1924, 1936, 1977 гг.), функционировали суды, дру­гие юридические учреждения, получили известное развитие юридическая наука и юридическое образование. И все же в целом юридическая система советской России, всего Совет­ского Союза была отброшена назад, деформирована, ушла в сторону от основных направлений развития права, харак­терных для мировой цивилизации.

Советское право не только не обрело особого, самостоя­тельного, высокозначимого статуса, но и всецело "верну­лось" на положение одного лишь придатка государствен­ной власти (точнее даже, партократической власти). "Закон", "законность", "правопорядок" понимались в ос­новном в смысле строгой дисциплины и революционного порядка. Советское право оказалось огосударствленным. Даже принятый в 1922 году Гражданский кодекс не стал кодексом частного права; он (по прямому указанию Лени­на) открывал возможность вмешательства государства в частноправовые отношения.

Право в годы советской власти несло на себе печать тоталитарного строя, коммунистической идеологии, стало выражением коммунистической  философии права (об этом пойдет речь в третей  части книги). Оно официально трактовалось как право "отмирающее", обре­ченное на то, чтобы в конце концов, при коммунизме, вооб­ще сойти со сцены общественной жизни. Отсюда правовой нигилизм, непоколебимый коммунистический постулат -— пренебрежение "правовыми формами" во имя высших ком­мунистических интересов.

В целом советское право строилось так, чтобы не только не препятствовать осуществлению бесконтрольной власти партократии, но и легализовать это господство, создать для него "правовые основания". Более того, в административ­ное, уголовное, процессуальное и некоторые иные отрасли законодательства  были включены нормы и положения, легализующие жестокие карательно-репрессивные меры, внесудебную ответственность, админи­стративный произвол, процессуальные упрощения. Отсюда действие таких институтов, как особое совещание, уголов­ная ответственность детей, карательные меры без вины по "контрреволюционным преступлениям" и т.д.

В то же время советское право было охвачено системой гигантских фальсификаций коммунистического тоталитар­ного режима. Законы, иные юридические документы не только были разукрашены идеологическими формулами и лозунгами типа "воля народа", "в интересах трудящихся", но и во многих случаях включали в качестве общих декла­раций действительно прогрессивные юридические кон­струкции и термины, например, "правовые гарантии", "права личности". В весьма большой степени это коснулось текстов конституций 1936 и, в особенности, 1977 годов.

И вот тут, в противовес реакционным чертам советского права, с помощью юридической науки начинала работать сама юридическая логика. В 1950-е и последующие годы, особенно после смерти Сталина, и в законодательстве, и в юридической практике, и в правовой науке стали постепен­но утверждаться некоторые прогрессивные правовые прин­ципы и положения (например, презумпция невиновности).

Реальные демократические преобразования в праве на­чались со второй половины 80-х годов, во время перестрой­ки, особенно после поражения августовского (1991 г.) путча. Получил общее признание принцип "правового го­сударства", были отменены репрессивные, иные реакцион­ные институты и положения, стали развиваться демократи­ческое законодательство, система правосудия (конституци­онный суд, арбитражный суд).

Вместе с тем право в России до настоящего времени во многом еще сохраняет публичный, огосударствленный ха­рактер; оно еще мало соответствует требованиям демокра­тии и цивилизованного рынка, правового гражданского общества. Можно лишь надеяться, что реализация прогрессивных положений новой Консти­туции, нового российского Гражданского кодекса, ряда других передовых институтов российской правовой системы  сущест­венным образом изменит сами основы, инфраструктуру российского права, позволит вывести его на уровень, соот­ветствующий современным требованиям цивилизации.

Сейчас на территории распавшегося СССР происходят сложные процессы в развитии государства и права — ста­новление в новых "независимых государствах" государст­венных и правовых систем, соответствующих требованиям современного гражданского общества. Это развитие все более осложняется из-за того, что общество переживает жесточайший экономический и социальный кризис, существенно отразившийся на уровне жизни людей, их материаль­ном, нравственном и психологическом состоянии и резко высветивший те негативные последствия, которые породи­ла тоталитарная система за долгие десятилетия своего гос­подства, а затем – ошибки и недостатки  проводимых реформ.. Уничтожение частной собственности, агрессивное иждивенчество, стремление во имя "социальной справедли­вости" к дележу "на равных" и многое другое препятствуют возвращению общества к нормальному, цивилизованному развитию.

Определение путей развития правовой системы, ее перспективы в ближайшем и более отдаленном  будущем – как и конкретизация ряда обозначенных выше общих положений - требует рассмотрения ряда сложных проблем общетеоретического и философского порядка. Речь о этом – в следующих частях книги.