Выявление особенностей структурного построения абсолютных субъективных гражданских прав предполагает определение количества составляющих их элементов - юридических возможностей, предоставленных обладателю абсолютного субъективного права в целях удовлетворения его законного интереса, а также установление формы взаимосвязи этих возможностей и их характерных свойств. При этом необходимо учитывать содержание опосредуемого абсолютным субъективным гражданским правом общественного отношения, степень связанности этого субъективного права с его носителем, круг противостоящих управомоченному обязанных лиц и специфические средства защиты абсолютного субъективного права.
К абсолютным субъективным гражданским правам традиционно относят некоторые имущественные права, а именно: право собственности и другие права на вещи (вещные права), а также личные неимущественные права (например, авторские и изобретательские права, неразрывно связанные с личностью автора и изобретателя)1.
Для всякого абсолютного права характерна наибольшая по сравнению с другими субъективными гражданскими правами степень связанности управомоченного с принадлежащим ему правом. Это проявляется в том, что в процессе осуществления абсолютных прав на первый план выступают собственные действия их обладателей. Однако отмеченное обстоятельство не дает оснований рассматривать абсолютные субъективные гражданские права как права, существующие вне правоотношений.
Большинство цивилистов считает, что абсолютному субъективному гражданскому праву корреспондирует юридическая обязанность non facere, возложенная нормой права на всех других, кроме управомоченного, лиц. Наличие множества, а не какого-либо одного или нескольких конкретных обязанных лиц, противостоящих обладателю абсолютного субъективного права, используется в качестве критерия разграничения абсолютных и относительных субъективных гражданских прав 2.
Абсолютные гражданские права защищаются против всякого нарушителя, что свидетельствует об особом характере их защиты. Это обстоятельство послужило причиной классификации субъективных гражданских прав на вещные и обязательственные, ибо первоначально говорили о различии actioûes in rem (вещных исков) и actiones in personam (личных исков). Римские юристы упоминают именно различные иски, само же разделение прав на вещные и обязательственные было выработано позднее 3.
В юридической литературе вещным признается право, обеспечивающее возможность непосредственного воздействия управомоченного на вещь, а обязательственным -право, предоставляющее возможность требовать совершения определенного действия от другого лица или лиц 4. Поскольку вещное право может быть нарушенным всяким и каждым, оно защищается против любого нарушителя (п. 4 ст. 216 ГК рф), в то время как обязательственное право пользуется защитой только против одного или нескольких обязанных лиц 5.
Помимо основного свойства вещных прав, проявляющегося в характере корреспондирующей им обязанности и средствах их защиты, выделяют также иные признаки этих прав, а именно:
а) право следования, означающее сохранение вещного права на объект при изменении собственника последнего (п. Зет. 216 ГК. РФ). Этот признак присущ всем правам на чужие вещи: сервитуту, залоговому праву, вещному праву нанимателя имущества и др.;
6) право преимущества, заключающееся в предпочтении вещного права перед обязательственным в отношении одного и того же объекта в случае коллизии этих прав. Оно находит наибольшее распространение в залоговом праве, обеспечивающем преимущественное перед другими кредиторами удовлетворение требования (п. 1 ст. 334 ГК РФ);
в) право старшинства, означающее большую силу того вещного права, которое первенствует во времени перед другими аналогичными правами. Этот признак также прослеживается в праве залога. Он позволяет кредитору, имеющему более раннее залоговое право, удовлетворить свои претензии к должнику преимущественно перед кредиторами, обеспечившими свое требование более поздним залогом (п. 1 ст. 342 ГК. РФ).
Необходимо отметить, что природа вещных прав остается предметом дискуссии. Более того, некоторые видные ученые выступают против выделения категории вещных прав, ссылаясь на отсутствие у них специфических признаков, которые бы позволили противопоставить эти права обязательственным правам 6.
В вопросе о содержании вещного права как разновидности абсолютного субъективного гражданского права наибольшее значение имеет анализ взглядов о соотношении этого права и противостоящей ему обязанности, а также о количестве заключенных в нем юридических возможностей.
Изначально теория вещного права предполагала трактовку последнего как непосредственного правового отношения субъекта права к объекту - лица к вещи. Римские юристы усматривали в нем юридическую власть лица над вещью 7 .Эта традиционная формула вещного права получила признание в западноевропейской юридической науке и, как следствие, в гражданском законодательстве ряда европейских стран, неизменно воспроизводящем устоявшийся взгляд на природу вещного права. Так, например, содержащееся в ст. 544 Французского гражданского кодекса 8 определение права собственности - "право пользования и распоряжения вещами наиболее абсолютным образом" - вполне отвечает традиционным для зарубежной цивилистики представлениям об этом праве как о возможности воздействия на вещь прямо и абсолютно, без посредничества и содействия другого лица (лиц) 9. Подобное понимание природы вещного права можно найти и у некоторых русских правоведов. Так, И.В. Михайловский, отрицая существование какой-либо обязанности, которая бы корреспондировала праву на вещь, писал: "Юридическое отношение (основное) существует здесь между субъектом и объектом, не нуждаясь для своего бытия в другом (обязанном) субъекте; этот другой субъект может появиться лишь в производных отношениях" 10.
Римская традиция в определении вещного права продолжает находить приверженцев и в современной российской юридической науке. Например, А.А. Иванов говорит, что "если право способно воздействовать на поведение лица, не соприкасающегося в этот момент с другими лицами, то вещное право вполне может быть формой отношения лица к вещи. В рамках этого отношения влияние оказывается только на поведение (волю) субъекта ... применительно к одному (четко зафиксированному) объекту - вещи" 11. Следуя тому же способу представления, В.П. Мозолин рассматривает право собственности - основное и наиболее значимое вещное право - в качестве "автономного права, находящегося за пределами гражданских правоотношений" 12.
На наш взгляд, специфическая природа вещного права объясняется характером и способом связи, которая устанавливается между лицами по поводу известной вещи, а отнюдь не внешним отражением этой связи - отношением лица к вещи. В обоснование сказанного можно сослаться на следующие обстоятельства. Во-первых, в основе всякого права на вещь лежит определенное общественное отношение, наполняющее это право (например, право собственности) особым экономическим содержанием. Экономическая ценность права собственности состоит отнюдь не в индивидуальности той или иной вещи. Напротив, значимость последней для ее обладателя определяется общественным отношением, в которое собственник вступает со всеми третьими лицами по поводу этой вещи 13. Во-вторых, по справедливому замечанию Б.Н. Чичерина, "право состоит именно в том, что присвоенная вещь принадлежит ему" (субъекту) "даже когда он физически с нею не связан; только этим способом она подчиняется воле ... и может служить постоянным ее целям" 14. Иными словами, вещное право способно сохранять свою силу и при отсутствии реального воздействия лица на вещь, что наблюдается, например, в случае "голой собственности" (dominium nudum). Здесь право собственности продолжает существовать как юридическая возможность определенного поведения управомоченного в отношении всех третьих лиц, которая гарантируется ему объективным правом. Это объяснимо лишь тем, что такая возможность предоставляется одному лицу против всех иных лиц, а не против вещи. В-третьих, обладатель вещного права может удовлетворить обеспечиваемый этим правом интерес лишь при условии, если третьи лица будут воздерживаться от вторжения в сферу этого права. Так, например, для того, чтобы собственник мог осуществлять владение, пользование и распоряжение своим имуществом противостоящие ему лица должны воздерживаться от совершения действий, которые мешали бы собственнику владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом 15. Поэтому Ю.К. Толстой вполне правильно говорит, что "характер юридически значимого приобретает как ... собственное поведение" носителя вещного права, "так и поведение окружающих его третьих лиц" 16.
Таким образом, вещное право всегда предполагает определенное отношение субъектов, в рамках которого управомоченному противостоит широкий круг лиц, обязанных воздерживаться от вторжения в сферу данного права. Лежащая на них обязанность, как правило, не обрисовывается в гражданском законе. Однако в ряде случаев правовые нормы в дефиниции некоторых вещных прав отражают отрицательный характер обязанности, противостоящей этим правам. Так, § 903 Германского гражданского уложения 17, определяя право собственности, устанавливает возможность собственника обращаться с вещью по своему усмотрению и устранять других от всякого на нее воздействия.
Говоря о юридической обязанности, корреспондирующей праву собственности, отечественные цивилисты очерчивают ее следующим образом: другие лица не должны совершать таких действий, которые мешали бы собственнику осуществлять владение, пользование и распоряжение его имуществом 18. В то же время, установив взаимосвязь вещного права с обязанностью non facere, большинство авторов не отражает ее в содержании самого этого права. В частности, в составе права собственности, как правило, не выделяют правомочие требования, через которое право в целом сопрягается с корреспондирующей ему юридической обязанностью. Так, например, Д.М. Генкин пишет: "Субъективное право собственности полностью определяется правомочиями владения, пользования и распоряжения" 19. Следуя тому же подходу, О.С. Иоффе характеризует право собственности со стороны его юридического содержания только как "право владения, пользования и распоряжения средствами и продуктами производства, закрепляемое законом за индивидами или коллективами людей" 20.
Между тем не подлежит никакому сомнению то обстоятельство, что собственник может владеть, пользоваться и распоряжаться вещью лишь постольку, поскольку иные лица воздерживаются от вторжения в сферу его права. Следовательно, содержание этого права не исчерпывается правомочиями собственника по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом. Право собственности заключает в себе также и правомочие требовать определенного поведения от всех третьих лиц 21. Сообразно с этим русские и зарубежные цивилисты фиксировали две стороны права собственности -- положительную и отрицательную: "В силу положительной стороны собственник имеет право распоряжаться вещью по произволу, даже уничтожить ее. В силу отрицательной стороны он может устранить всякого несобственника от воздействия на вещь"22.
Обобщая вышесказанное, можно констатировать, что удовлетворение интереса управомоченного в абсолютном правоотношении опосредствуется не только его собственными действиями, но и соответствующим поведением обязанных лиц. Поэтому абсолютные субъективные права предоставляют своему носителю два правомочия: возможность совершать определенные действия в отношении объекта права и возможность требовать от обязанных лиц воздерживаться от действий, препятствующих управомоченному в осуществлении первой возможности.

1 В настоящей работе не исследуется структура неимущественных абсолкугных субъективных прав. Это объясняется тем, что вопрос о существовании некоторых из прав, в частности права на честь, достоинство, жизнь и т. п., относимых к этой категории, является крайне дискуссионным и требует самостоятельного исследования, а двучленное строение абсолютных неимущественных авторских прав не подвергается сомнению в цивилистической литературе (подробнее об этом см.: Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 1996. С. 192 и след.).
2 Colin A., Capitant H. Cours élémentaire de droit civil français. Paris, 1923. T. L P. 101; Синайский В.И. Русское гражданское право. Киев, 1914. Вып. 1. С. 20; Шершене-в и ч Г. Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М„ 1995. С. 140; Гражданское право / Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Спб.. 1996. Ч. 1. С. 80 (автор -Н.Д. Егоров).
3 Новицкий И.Б. Римское право. М., 1993. С. 73.
4 Aubry С., Rau С. Cours de droit civil français. Paris, 1869. P. 50; Анненков К. Система русского гражданского права. Спб.,
1910. Т. 1. С. 133; Гуляев А.М. Русское гражданское право. Спб.,
1911. С. 236; Синайский В. И. Указ. соч. Вып. 1. С. 20.
5 Дернбург Г. Пандекты. Обязательственное право. М., 1900. С. 4; Хвостов В.М. История римского права. М., 1919. С. 89.
6 См.: Райхер В.К. Абсолютные и относительные права // Известия экономического факультета Ленинградского политехнического института. Л., 1928. Вып. 1. С. 273-306. Это воззрение находит сторонников и в современной юридической литературе. Так, анализируя закрепленные в гражданском законе признаки вещных прав (право следования и абсолютный характер защиты), Ю.К. Толстой приходит к выводу, что "оба эти признака... свидетельствуют о шаткости позиции, занятой законодателем при вычленении вещных прав, поскольку оба они могут быть присущи и правам, которые лишь с большой натяжкой относятся к вещным, а то и вовсе не относятся к ним" (Гражданское право / Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Спб-, 1996. Ч. 1. С. 287). На наш взгляд, такие черты вещных прав, как их наибольшая по сравнению с иными субъективными правами связь с управомоченным, их соотношение с обязанностями non facere, присущие им особые средства защиты и другие, не дают оснований дня ревизии устоявшейся классификации субъективных гражданских прав на вещные и обязательственные.
7 "Общим свойством всех вещных прав ... является юридическая власть над вещью. Отсюда ... следует, что они не могут направдяться против известного лица" (П ухта Г.Ф. Курс римского гражданского права. М., 1874. Т. 1. С. 371).
8 В дальнейшем - Code civil.
9 Aubry С., Rau С. Op. cit. P. 49; Colin A., Capi-tant H. Op. cit. T. l. P. 102; Carbonnier J. Op. cit. T. l. P. 133; Atias С h. Le droit civil. Paris, 1984. P. 92.
10 Михайловский И.В. Очерки философии права. Томск, 1914. Т. 1. С. 534 - 535.
11 Иванов А.А. Вещное право // Правоведение. 1992. № 1. С. 116.
12 Мозолин В.П. Право собственности в Российской Федерации в период перехода к рыночной экономике. М„ 1992. С. 29.
13 "...Собственность - всегда общественно-производственное отношение, отношение между людьми по поводу средств и продуктов производства, но не между людьми и принадлежащими им средствами производства" (Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М.; Л., 1948. С. 36).
14 Чичерин Б.Н. Философия права. М-, 1900. С. 123 - 124.
15 Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. С. 18.
16 Гражданское право / Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Ч. 1. С. 284.
17 В дальнейшем - BGB.
18 См., напр.: Синайский В. И. Указ. соч. Вып. 1. С. 216; Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 21, 48; Иоффе О. С. Советское гражданское право. Л., 1958. С. 272; Флейшиц Е.А. указ. соч. С. 228.
19 Генкин Д.М. Некоторые вопросы теории права собственности // Учен. зап. ВИЮН. М., 1959. Вып. 9. С. 25.
20 Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 361. Ю.К. Толстой ранее также утверждал, что правомочия по владению, пользованию и распоряжению "полностью выражают объем права собственности"(Т одетой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. С. 54). Однако в более поздних работах автор скорректировал свою позицию по этому вопросу, отразив в определении права собственности юридическую возможность управомоченного "устранять вмешательство всех третьих лиц в сферу его хозяйственного господства" (см.: Гражданское право / Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Ч. 1. С. 299).
21 Крашеннииков Е.А. Структура субъективного права. С. 4.
22 Барон Ю. Система римского гражданского права. Вып. II. Кн- III. Вещное право. Киев, 1888. С. 17. Аналогичные высказывания встречаются у Д.Д. Гримма и К. Сальковского (см.: ГРИММ Д.Д. Лекции по догме римского права. Спб., 1907. Вып. 1. С. 171; Сальковский К. Институции. Основы системы и истории римского гражданского права. Киев, 1910. С. 210).