ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



§ 1. Процессуальная форма, теория и практика осмотра места происшествия.


Одним из первоначальных и неотложных следственных действий является осмотр места происшествия. Его осуществление регулируется не только уголовно-процессуальным законом, но и отдельными подзаконными нормативными актами: Инструкцией по организации деятельности органов предварительного следствия в системе МВД Украины и взаимодействия их с другими службами органов внутренних дел //Приказ МВД Украины № 745 от 25 ноября 1992 года[1]; Положением о деятельности экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел Украины //Приказ МВД Украины № 140 от 9 марта 1992 года;

Положением об основах организации раскрытия преступлений по горячим следам органами внутренних дел //Приказ МВД Украины № 273 от 30 июня 1991 года и другими. Многие аспекты осмотра места происшествия нашли широкое освещение в юридической литературе[2]. Однако, ряд актуальных и практически значимых проблем производства данного следственного действия нуждаются в дальнейшей разработке. Это, прежде всего проблемы: использования современных научно-технических методов и средств, а также специальных познаний; допустимости и пределов применения исследовательских методов, осуществляемых на основе специальных познаний; совершенствования процессуальной формы, а также организации и тактики проведения осмотра; осуществления при его проведении технического документирования и удостоверительной деятельности.

В соответствии со ст. 190 УПК Украины (ст. 178 УПК России) целью осмотра места происшествия является обнаружение следов преступления и других вещественных источников доказательственной информации, выяснение обстановки происшествия, а равно иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Такая формулировка закона по существу ориентирует на установление всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

При этом познавательная функция осмотра места происшествия, — как справедливо отмечает В. Е. Коновалова, — проявляется в различных аспектах: эмпирическом, заключающемся в восприятии обстановки или отдельных предметов, и логическом, преследующем цель выяснить роль и значение обнаруженного[3].

Содержание следственного действия определяется объектом, на исследование которого оно направлено. Объект исследования определяет как характер познавательных операций, необходимых для достижения цели следственного действия, так и процессуальную форму их осуществления. Под местом происшествия логично понимать территорию, помещение или сооружение, где произошло расследуемое событие либо наступил его результат.

Место происшествия, как объект осмотра, всегда представляет собой сложную и неповторимую систему самых разнообразных по своим свойствам предметов и других материальных образований (территория предприятия, жилое помещение, магазин, автомобильная магистраль, пассажирский вагон, лесной массив и т. д.). Осмотр должен обеспечивать возможность выявления и закрепления следов преступления в пределах обстановки любого места происшествия, обладать своего рода познавательной универсальностью, включать приемы и методы, обеспечивающие всестороннее исследование любых объектов материального мира.

Основу осмотра места происшествия составляет метод наблюдения, который выполняет как поисковую, так и исследовательскую функцию. Наряду с этим в ходе осмотра могут применяться методы измерения, сравнения, моделирования, а также иные технико-криминалистические методы.

Исследовательский характер осмотра места происшествия подчеркивается многими авторами[4]. Он обуславливается необходимостью получения уже в начальный момент расследования максимального количества информации о расследуемом событии; наличием на месте происшествия следов, которые не могут быть изъяты и сохранены; дальнейшим неуклонным развитием научно-технических средств и методов полевой криминалистики, предоставляющих возможность качественного оперативного анализа материальных следов на месте происшествия.

В производстве осмотра места происшествия рельефно просматривается активное рациональное познание. В ходе осмотра следователь анализирует и оценивает собранные доказательства; составляет мысленную модель события преступления и, отправляясь от нее, осуществляет дополнительные меры по выявлению следов, выдвигает версии о личности преступника и принимает меры к их проверке.

Осмотр места происшествия — это неотложное следственное действие, направленное на исследование территории (помещения или сооружения), где произошло событие, содержащее признаки преступления либо наступил его результат, содержание которого образует комплекс познавательно-удостоверительных операций, заключающихся в поиске, выявлении, закреплении, изъятии, исследовании, проверке и оценке следов преступления и других материальных улик.

Представляется, что в законе необходимо более полно раскрыть содержание осмотра. Кроме того: должна быть более четко выражена возможность использования в процессе осмотра всех имеющихся на вооружении правоохранительных органов научно-технических средств.

В этих целях ст. 191 УПК Украины, по нашему мнению, целесообразно изложить в следующей редакции: «Осмотр производится в присутствии понятых. Следователь вправе привлечь к участию в осмотре обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего, свидетеля, а также пригласить соответствующего специалиста.

В процессе осмотра следователь принимает меры к выявлению, закреплению и изъятию следов преступления и других материальных улик, осуществляет их оценку и проверку.

В необходимых случаях он производит при осмотре измерения, фотографирование или применяет иные научно-технические средства, осуществляет не связанные с использованием специальных познаний исследования обнаруженных следов, составляет план и схемы, изготавливает слепки и оттиски следов...»[5].

Своевременное и качественное проведение осмотра места происшествия во многом определяет успешный ход расследования в целом.

Вместе с тем, анализ практики подтверждает, что нередко осмотр мест происшествий производится несвоевременно, а порою не производится вообще. При организации и проведении осмотра, а также при использовании его результатов допускается ряд существенных недостатков: не всегда осмотр места происшествия осуществляется следственно-оперативной группой в необходимом составе; поиск материальных следов на месте происшествия производится недостаточно активно и целенаправленно; для выявления, фиксации, изъятия и исследования вещественных доказательств редко применяется, а иногда неумело и неквалифицированно используется криминалистическая техника; не по всем делам обеспечивается надлежащая фиксация обстановки места происшествия и следов преступления, а также процессуальная индивидуализация изымаемых объектов; не все обнаруживаемые на месте происшествия следы своевременно исследуются, оцениваются и используются для раскрытия преступления «по горячим следам»; значительное количество получаемой в ходе осмотра информации не фиксируется в материалах дела,

теряется и не используется в раскрытии и расследовании преступления.

Например, по 600 изученным уголовным делам о кражах государственного и общественного имущества, совершенных путем проникновения в помещение или иное хранилище, осмотр места происшествия производился лишь в 69,3% случаев, хотя необходимость в его производстве имелась практически по каждому делу.

С мест происшествий изымались в основном традиционные вещественные доказательства — следы рук (57%) и следы орудий взлома (23%). Редко изымаются остатки почвы, волокна одежды, волосы человека и иные микрообъекты. Их изъятие имело место в 8% случаев осмотров.

Возрастающее значение осмотров мест происшествий в раскрытии и расследовании преступлений с одной стороны, и наличие ряда существенных недостатков в практике их производства с другой, — обуславливает необходимость выявления причин существующих недостатков, разработки предложений по их искоренению, качественному улучшению работы органов дознания и предварительного следствия по производству данного следственного действия.

К числу заслуживающих внимание, по нашему мнению, относятся проблемы совершенствования организационных форм использования при производстве осмотра места происшествия специальных познаний и помощи сведущих лиц; применения и эффективного использования научно-технических средств и методов для поиска, выявления, закрепления, изъятия и исследования вещественных доказательств; индивидуализации изымаемых предметов и фиксации обстановки места происшествия.

Практика показывает, что наибольшая результативность осмотра достигается тогда, когда на месте происшествия работает постоянно действующая следственно-оперативная группа. В условиях дефицита времени, характерного для данного этапа расследования, такие группы более оперативны, быстрее включаются в работу по исследованию места происшествия (преступления), не теряя времени на решение организационных и технических вопросов. Члены группы, как правило, обладают не только необходимыми познаниями, но и навыками работы с вещественными уликами. Предварительно установленный психологический контакт участников группы облегчает их взаимопонимание и согласованность действий.

Хорошо работают на месте происшествия также следственно-оперативные группы, руководимые следователем, который затем осуществляет расследование дела. При осмотре места происшествия другим следователем иногда наблюдается формальное отношение к делу. Неизбежны и трудности в оценке результатов осмотра следователем, принявшим дело к своему производству, а также потери значительного объема подученной в процессе осмотра информации. Поэтому целесообразно обеспечивать участие в осмотре следователя, который будет впоследствии расследовать дело.

Для обеспечения неотложного реагирования на сообщения о преступлениях при дежурной части органа внутренних дел на каждые сутки создается следственно-оперативная группа в составе следователя, оперативных уполномоченных, эксперта-криминалиста, кинолога (п. 49 Инструкции о взаимодействии...).

Организация выезда на место происшествия, его охрана, обеспечение следственно-оперативной группы транспортом, средствами связи и криминалистической техникой, сбор предварительной информации о преступлениях возлагается на оперативного дежурного органа внутренних дел. Он несет персональную ответственность за своевременность и обоснованность направления следственно-оперативной группы на место происшествия (п. 50 Инструкции о взаимодействии...).

Приступая к дежурству в составе следственно-оперативной группы, следователь должен выяснить, с кем из сотрудников криминалистического и оперативного подразделения придется выезжать на место происшествия; осведомиться о профессиональных возможностях каждого из них, проверить наличие и состояние научно-технических средств, а также транспорта для выезда на осмотр. Совместно с оперативным работником устанавливается готовность инспектора-кинолога к выезду на место происшествия. В случае необходимости следователь принимает меры к обеспечению следственно-оперативной группы техническими средствами, к своевременному выезду ее для осмотра в полном составе.

Получив сообщение, о преступлении и убедившись, в необходимости осмотра места происшествия, следователь вызывает эксперта-криминалиста и сообщает ему обстоятельства дела, характер и условия предстоящей работы. Он определяет, какие понадобятся научно-технические средства, принимает меры по охране места происшествия и оказанию необходимой помощи пострадавшим, задержанию лиц, подозреваемых в совершении преступления.

Эксперт-криминалист обязан содержать в исправности и постоянной готовности к применению находящуюся в его распоряжении криминалистическую технику; по вызову следователя своевременно явиться для участия в осмотре, иметь при себе необходимые научно-технические средства.

Функции оперативного дежурного органа внутренних дел не ограничиваются только лишь организацией выезда следственно-оперативной группы на место происшествия. В соответствии с п. 6.1. Приказа МВД Украины № 273 он: уточняет сведения о потерпевшем и заявителе о преступлении; выясняет, кто является очевидцем или свидетелем случившегося; направляет к месту происшествия участкового инспектора или ближайший наряд милиции; дает им распоряжение о действиях по охране места происшествия и задержанию преступников; обеспечивает меры по оказанию неотложной медицинской помощи пострадавшим;

поддерживает устойчивую двустороннюю связь с работающей на месте происшествия следственно-оперативной группой; ориентирует об обстоятельствах преступления и приметах преступников, а при необходимости и о приметах похищенных вещей, наряды милиции.

Программа действий на месте происшествия. Следователь лично производит осмотр места происшествия и несет полную ответственность за его качество. Специалисты и оперативные работники органов внутренних дел, которые принимают участие в осмотре, действуют под руководством следователя и по его указаниям в пределах своей компетенции (п. 13 Инструкции о взаимодействии...). Никто не вправе вмешиваться в деятельность следователя при проведении осмотра, кроме уполномоченных на то законом лиц.

Следователь принимает меры по оказанию необходимой помощи пострадавшим, фиксации первоначальной обстановки места происшествия и сохранности следов; он вызывает понятых; разъясняет им и другим участникам осмотра их права и обязанности. Совместно с кинологом следователь знакомится с общей обстановкой места происшествия, определяет исходные точки применения служебно-розыскной собаки и организует при помощи оперативных работников преследование преступника «по горячим следам».

Эксперт-криминалист, прибыв на место происшествия, фиксирует обстановку места преступления, материальные следы, положение и позу потерпевших или трупа, производит киносъемку или фотографирование места происшествия, выполняет указания следователя.

Уяснив обстановку, эксперт-криминалист предлагает следователю план своих действий. При этом он может высказать свое мнение по поводу начальной точки и наиболее целесообразного направления осмотра, а также о научно-технических средствах, которые необходимо использовать. При отсутствии возражений со стороны следователя по предложенному плану приступает к его реализации (п. 2.2.4.1. Приказа МВД Украины № 140).

Оперативный работник обеспечивает выполнение поручений и указаний следователя. Он организует охрану места происшествия; выявляет очевидцев совершенного преступления и производит их опрос; осуществляет разведывательные, поисковые и иные оперативно-розыскные мероприятия, направленные на выявление и задержание преступника «по горячим следам»; постоянно информирует следователя обо всей полученной им информации, имеющей значение для дела.

Инспектор-кинолог, сориентировавшись на месте происшествия, определяет пути подхода и отхода преступников, обеспечивает применение служебно-розыскной собаки для поиска и задержания преступников, обнаружения брошенных или утерянных ими вещей, а также оставленных следов (п. 6.6. Приказа МВД Украины № 273).

Начальники органов внутренних дел при выезде на места происшествий обязаны организовать согласованное проведение оперативно-поисковых мероприятий и следственных действий; осуществляют контроль за своевременной передачей следователю оперативной информации, быстрым и качественным выполнением работниками органа дознания поручений и указаний следователя (п. 10 Инструкции о взаимодействии...).

Перед рабочим этапом осмотра следователь совместно с экспертом-криминалистом и оперативным работником опрашивает очевидцев и лиц, первыми оказавшимися на месте происшествия, с целью получения наиболее полной информации о характере и обстоятельствах преступления, а также об изменениях, внесенных в обстановку места происшествия посторонними лицами до прибытия следственно-оперативной группы.

Опрос следует производить в присутствии всех участников осмотра, что позволит каждому из них выяснить исходные данные о совершенном преступлении. Следует особенно тщательно выяснить приметы преступника (рост, цвет волос, особенности одежды и т. д.), установить объекты, к которым он прикасался или с которыми мог вступать в контакт в ходе преступного деяния. Полученные данные могут быть весьма полезными для определения места дислокации следов и успешного поиска последних.

В целях фиксации результатов опроса можно пользоваться диктофоном, входящим в комплект передвижной криминалистической лаборатории. Целесообразно оставить очевидцев совершенного преступления и потерпевшего (при наличии к тому возможности) вблизи места происшествия до окончания осмотра либо непосредственно привлечь их к участию в этом следственном действии. В ходе детального осмотра они могут оказать незаменимую помощь в мысленной реконструкции первоначальной обстановки на месте происшествия, обнаружении орудий преступления и выявлении иных следов.

В дальнейшем, постепенно накапливая информацию о происшествии, следователь и специалист должны постоянно конкретизировать свои действия по целенаправленному поиску следов, уточнять первоначально выдвинутые версии и вносить коррективы в последовательность и методику осмотра.

В ходе непосредственного (рабочего этапа) осмотра следователь руководит действиями участников группы, распределяет работу среди них, координирует и контролирует их действия, непосредственно осуществляет поиск, выявление, закрепление, изъятие, исследование и оценку вещественных доказательств, изучает и фиксирует обстановку места происшествия, составляет протокол осмотра. Он несет личную ответственность за полноту, всесторонность и объективность осмотра места происшествия.

Оперативный работник знакомится с общей обстановкой места происшествия, организует применение служебно-розыскной собаки и преследование преступника, осуществляет обследование прилегающей территории, совместно с участковым инспектором производит подворно-поквартальный обход домовладений в районе места происшествия, ведет активную работу по выявлению лиц, могущих дать показания об имеющих значение для дела фактах, и производит их опрос. При необходимости он организует прочесывание местности для поиска скрывшихся преступников, трупа, орудий преступления, утраченных преступником предметов, тайников с похищенными вещами. Для выявления и задержания лиц, причастных к совершению преступления, проводит неотложные оперативно-розыскные мероприятия. Об установленных фактических данных он информирует следователя.

Оперативный работник с помощью эксперта-криминалиста составляет словесный портрет преступника, проверяет полученные данные по информационно-поисковым и регистрационным системам органов внутренних дел (в частности, по оперативно-справочным картотекам о нераскрытых преступлениях и способов их совершения, по картотеке примет и кличек преступников, лиц, объявленных в розыск или пропавших без вести, похищенных вещей и др.). Об обстоятельствах преступления и приметах подозреваемого он информирует дежурную часть, наружную службу, иные подразделения милиции, организует блокирование возможных путей передвижения преступников, осуществляет мероприятия по его задержанию.

Эксперт-криминалист, работая под руководством следователя и проявляя личную инициативу, принимает меры к фиксации обстановки места происшествия, осуществляет поиск, выявление, закрепление и изъятие следов преступления, при необходимости проводит искусственную индивидуализацию последних, изготавливает слепки и другие копии следов, упаковывает изымаемые объекты и отвечает за их надлежащую транспортировку.

По указанию следователя он производит ориентирующую, обзорную, узловую и детальную фотосъемку, составляет схемы и чертежи. Эксперту-криминалисту целесообразно поручить работу по выявлению, фиксации и изъятию микрообъектов. Он несет личную ответственность за своевременное применение и результативное использование научно-технических средств. Эксперт-криминалист оказывает следователю помощь в определении относимости к делу выявленных следов, пригодности их для идентификации или получения иной доказательственной информации; производит предварительные исследования вещественных доказательств. При необходимости он оказывает помощь инспектору-кинологу в определении исходной точки для применения служебно-розыскной собаки; сообщает справочные сведения; участвует в составлении розыскной информации; обращает внимание следователя на обстоятельства, способствовавшие совершению преступления; высказывает свои соображения о возможности проверки полученных фактических данных по информационно-справочным картотекам криминалистических подразделений; помогает следователю правильно описать изымаемые объекты в протоколе осмотра. Он обязан информировать следователя обо всех установленных им фактах, имеющих значение для дела.

Деятельность следственно-оперативной группы на месте происшествия происходит в сложных психологических условиях, что увеличивает эмоциональную и интеллектуальную нагрузку на каждого из участников. Успешное преодоление психологического дискомфорта и выполнение задач осмотра требует от его участников значительных волевых усилий, собранности, выдержанности, настойчивости. На психологическое состояние участников осмотра, а следовательно, и на результативность их работы оказывает воздействие психологический микроклимат внутри группы. Положительно влияют на производительность работы вежливость, доброжелательность, чуткость в общении друг с другом, деловитость, корректность и простота в общении. Грубость, ирония, сарказм, фискальство, спесивость и ханжество недопустимы. Такие проявления усиливают психологические нагрузки, порождают конфликтные ситуации, подавляют инициативу членов группы, делают совместную работу тягостной и обременительной. Поддержание надлежащего микроклимата в группе является задачей каждого ее участника и не только в период осмотра, но и в течение всего совместного дежурства, всей совместной работы. Начальники горрайлинорганов должны учитывать степень психологической совместимости сотрудников при формировании следственно-оперативной группы, а в необходимых случаях принимать воспитательные и дисциплинарные меры.

Действия следователя и специалиста, связанные с обнаружением, фиксацией, изъятием и исследованием вещественных доказательств, должны осуществляться в соответствии с разработанными и научно-обоснованными приемами криминалистической техники и методики.

Осмотр на открытой местности, как правило, целесообразно начинать с центра, то есть места, где сосредоточено наибольшее количество объектов и следов, имеющих значение для дела. Если местом происшествия является какое-либо помещение, сооружение или сложное природное образование, а при приближении к центру имеется угроза уничтожения следов, осмотр лучше начинать с периферии.

Осмотр места происшествия следует осуществлять таким образом, чтобы в конечном итоге обеспечить обнаружение, изъятие и надлежащее закрепление всех следов, особое внимание, уделяя работе с микрообъектами — уликами, нередко дающими ключ к раскрытию преступления.

Поиск, выявление, закрепление и изъятие микрообъектов в ходе осмотра места происшествия имеет определенные трудности. С одной стороны — незначительность размеров, маловидимость и невидимость последних невооруженным глазом требует применения для их обнаружения и закрепления увеличительных оптических средств, а порой и сложного громоздкого оборудования, применения различных специальных познаний. С другой стороны — тщательно обследовать все место происшествия с помощью оптических увеличительных средств практически невозможно. Кроме того, микрообъекты часто плохо закреплены на объекте-носителе, летучи и хрупки. Поэтому любые неосторожные действия следователя на месте происшествия могут повлечь их уничтожение или утрату.

Анализ практики подтверждает, что успешный поиск микроследов и других вещественных доказательств на месте происшествия возможен лишь при целенаправленном поиске их на основе непрерывного мысленного моделирования следователем механизма совершенного преступления.

Нельзя эффективно проводить осмотр, не сосредоточив свое мышление на различных вариантах механизма совершенного преступления. Однако моделирующая деятельность следователя не нашла достаточного воплощения в инструкциях по методике осмотра, органически не вплетена в разрабатываемые криминалистикой методы осмотра, не всегда еще рассматривается как неотъемлемая составная часть любого осмотра места происшествия. Мысленное моделирование механизма происшедшего события рассматривается преимущественно лишь как одно из условий успешного производства осмотра, а не как существенный элемент познавательной деятельности на месте происшествия, того или иного метода осмотра[6]. Не всегда учитывается необходимость непрерывного мысленного моделирования на протяжении всего следственного действия.

Среди юристов, — отмечает А. Р. Ратинов, — «бытует мнение, что следователь, дабы обеспечить объективность осмотра, должен отрешась от всех соображений по поводу происшедшего, изучить и зафиксировать обстановку с исчерпывающей полнотой. Такое требование по существу равносильно запрещению мыслить»[7].

Между тем, как справедливо отмечает Н. А. Якубович, чувственный опыт и мышление — это одновременно существующие стороны познания, и они неразделимы во времени. Вне мышления нет познания[8]. Нам представляется, что повышению результативности осмотра будет способствовать использование метода, который условно можно назвать методом эвристического обследования или методом поиска на основе непрерывного мысленного моделирования (эвристическим методом).

Метод эвристического обследования предполагает следующую программу действий. Перед непосредственным осмотром следователь сам и через оперативного работника должен получить максимум информации от осведомленных лиц об обстоятельствах происшествия. Для этого он совместно с оперативным работником и специалистом опрашивает очевидцев совершенного преступления и лиц, первыми, оказавшимися на месте происшествия, предварительно в статике знакомится с общей обстановкой.

Следует особенно тщательно выяснить приметы преступника (рост, цвет волос, особенности одежды и т. д.), установить объекты, к которым он прикасался или с которыми мог вступить в контакт. Полученные данные весьма полезны для определения места дислокации следов и успешного поиска последних.

С учетом всех полученных сведений об обстоятельствах преступления и особенностях конкретного места происшествия, следователь выдвигает версии о механизме происшедшего события, трассах передвижения преступника и потерпевшего, а также пространственно-временной последовательности их действий, определяет объекты, возможно находившиеся в контакте с преступником, и наиболее вероятные места образования микрообъектов и других следов, разделяет место происшествия в соответствии с предполагаемой дислокацией следов на отдельные участки я определяет последовательность его исследования. Постепенно накапливая информацию о происшествии, следователь должен постоянно конкретизировать свои действия по поиску следов, уточнять первоначально выдвинутые версии и вносить коррективы в последовательность осмотра.

Иной подход приводит к тому, что следователи нецеленаправленно проводят осмотры и изымают с мест происшествий множество объектов, не имеющих отношения к делу. Создается видимость работы. Изъятые объекты подвергаются экспертным исследованиям (зачастую неоднократным), а все это — неоправданные затраты сил и средств. С другой стороны, следователи проходят мимо существенных, порой неприметных деталей, если уяснение значения их для дела требует значительных умственных усилий, работы воображения[9]. Всесторонний анализ обстановки в ходе осмотра места происшествия, выявленных следов и иной полученной информации, правильное построение версий о механизме преступления делает осмотр более целенаправленным и результативным.

Качество осмотра определяется полнотой собранных доказательств. Достичь этого нельзя без умелого, профессионального использования в ходе его производства современной криминалистической техники, новейших достижений научно-технического прогресса. Между применяемостью технических средств (приборов, устройств, приспособлений, аппаратов, механизмов, аппаратуры, инструментов и материалов) и качеством осмотра зависимость прямо пропорциональная.

Между тем, анализ практики подтверждает, что в ходе осмотра места происшествия следователи не всегда используют, грамотно и квалифицированно применяют имеющиеся в их распоряжении научно-технические средства, инструменты и материалы.

По изученным нами делам технико-криминалистические средства применялись в 70% осмотров, в т. ч. ультрафиолетовые осветители лишь в 2,9%, передвижные криминалистические лаборатории (ПКЛ) — в 1,4%, металлоискатели — в 0,5% осмотров.

Медленно внедряются в практику осмотров новые технико-криминалистические средства, достижения криминалистики и других смежных наук.

Так, сектором криминалистики института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности разработана методика применения люминола для выявления следов крови на сходных по цвету материалах, дающая возможность отличать их от других следов, выявлять следы крови на тканях, подвергавшихся стирке или чистке; создана реактивная бумага, позволяющая выявлять микрочастицы медесодержащих сплавов в области входного отверстия пули и на других объектах. Однако все эти средства и методы еще не нашли должного применения при производстве осмотров мест происшествий.

Усилиями ученых разных стран разработана методика идентификации личности по форме, протяженности и локализации кожистых складок губ[10]. Данные обстоятельства обязывают следователя и специалиста-криминалиста активно производить поиск таких следов на месте происшествия и принимать необходимые меры к их выявлению, закреплению и изъятию и своевременному исследованию, а также использованию в раскрытии преступлений.

В последние годы разработана методика идентификации личности по взаиморасположению пор на пальцах рук, что расширяет доказательственные возможности данных следов. Такая методика основана на том, что взаиморасположение пор на пальцах рук каждого человека индивидуально, а потожировые отпечатки следов рук способны нести информацию о такого рода особенностях. Безусловно, для выявления пороскопических признаков необходимо применять более чувствительные методы. Для этих целей можно использовать метод окуривания парами йода, который позволяет получить более качественные отпечатки пальцев рук, выявить и закрепить пороскопические признаки таковых и, вместе с тем, причиняет меньше вреда иным следам.

Для выявления следов рук на бумаге, картоне, фанере, неокрашенном дереве (в т. ч. для выявления пороскопических признаков) целесообразно применять такие эффективные средства как 5—10%-ный водный раствор азотнокислого серебра или 0,2—2%-ный раствор нингидрина.

Усилиями ученых-криминалистов разработано оптическое устройство, обеспечивающее при помощи призмы полного внутреннего отражения и осветительного фонарика (метод МНПВО) обнаружение латентных следов рук (ног) на различных глянцевых поверхностях. Такой прибор позволяет выявлять следы рук, не прибегая к таким деструктивным (разрушающим) методам как опыление поверхности спец порошком и др. Его использование при выявлении потожировых следов ног (рук) позволяет осуществлять работу с названными следами в наиболее рациональной последовательности — от менее деструктивных к более разрушающим методам, что, несомненно, будет способствовать более полному выявлению и сохранности всех следов преступления.

В перспективе для выявления и закрепления следов рук возможно использование лазерной техники. Известно, что в лучах аргонового лазера потожировые следы пальцев рук флюоресцируют и могут быть сфотографированы. В частности, исследуемый объект может освещаться сине-зеленым светом аргонового лазера, луч которого рассеивается линзой. Для предохранения глаз от повреждения необходимо использовать очки со специальными предохранительными фильтрами, задерживающими волны с длиной лазерного излучения и пропускающими световые волны, возникающие в результате люминесценции. Такой метод


обеспечивает быстрое обнаружение следов и является не деструктивным. Кроме того, он позволяет установить давность возникновения потожировых следов, учитывая различие в цвете люминесценции.

Не следует избегать изъятия следов рук (ног), заведомо непригодных для идентификации по дактилоскопическим или пороскопическим признакам. Такие следы могут быть подвергнуты биологическому исследованию для установления групповой принадлежности крови подозреваемого по содержащемуся в них потожировому веществу[xi]

Необходимо иметь ввиду и тот факт, что в настоящее время в ходе экспертных исследований, проводимых по разработанной в последние годы методике, осуществляется идентификация личности по следам крови и слюны (метод генотипоскопии).

Определенную сложность для следователей представляет выявление, закрепление и изъятие микрообъектов. Эта работа требует больших затрат времени, применения сложной и громоздкой техники, знания свойств тех или иных микрообъектов, особенностей их собирания. Нередко на одних и тех же объектах-носителях могут быть обнаружены микрообъекты самых различных видов и свойств. Правильное выявление и закрепление их нередко требует различных специальных познаний.

В этой связи представляется вполне обоснованной рекомендация о том, что необходимо по возможности производить изъятие самих объектов-носителей, а дальнейший поиск микрообъектов производить в лабораторных условиях, при наличии для этого достаточного времени, необходимых условий и технических средств[xii].

В процессуальной и криминалистической литературе вопрос о возможности использования при доказывании по уголовному делу микрообъектов, обнаруженных и изъятых экспертом при исследовании направленных ему на экспертизу объектов, решается неоднозначно.

Представляется, что для использования при доказывании по - уголовному делу микрообъектов, обнаруженных и изъятых экспертом при производстве экспертизы, нет никаких правовых препятствий:

во-первых, в соответствии со ст. 200 УПК Украины (ст. 191 УПК России), эксперт может устанавливать новые фактические данные при исследовании направленных на экспертизу объектов, фиксировать обстоятельства их обнаружения в описательной части своего заключения, использовать их при обосновании выводов экспертизы;

во-вторых, в силу ч. 2 ст. 66 УПК Украины (ч. 2 ст. 70 УПК России) доказательства могут быть представлены любыми гражданами, учреждениями, предприятиями и организациями, в том числе и экспертными учреждениями различных ведомств;

в-третьих, обстоятельства обнаружения микрообъектов при необходимости могут быть удостоверены в ходе допроса эксперта, аналогично, как и в ходе допроса граждан, представивших вещественные доказательства.

Все это обеспечивает возможность определения относимости, допустимости и достоверности, полученных таким образом микрообъектов — вещественных доказательств.

Носителями микрообъектов на месте происшествия могут быть орудия преступления, предметы материальной обстановки места происшествия (объекты посягательства, запорные устройства, входные двери и т. д.).

При определении предметов, на которых могут быть обнаружены микрообъекты, следователь производит мысленное моделирование механизма взаимодействия: преступника — орудия преступления; орудия преступления — материальной обстановки; орудия преступления — потерпевшего; преступника — материальной обстановки; преступника — потерпевшего; потерпевшего — материальной обстановки. С учетом этого следователь уточняет, с каких объектов и на какие должны были бы перейти те или иные микрообъекты, где и как их искать. В ряде случаев, учитывая возможность обнаружения в последующем различных микрообъектов на теле и одежде преступника или орудиях преступления, следователь должен уже в ходе осмотра места происшествия изъять образцы — предполагаемые источники такого рода микрообъектов. Например, образцы красок, почвы, горюче-смазочных материалов, текстильных волокон и др.

Существенный недостаток производства осмотра места происшествия состоит в том, что следователи не всегда обеспечивают процессуальную индивидуализацию изымаемых объектов. Проведенное нами исследование показало, что надлежащая фиксация индивидуально-определенных признаков изымаемых предметов имела место лишь в 1,8% осмотров. Это значительно снижает, а порой и сводит, на нет доказательственное значение обнаруженных следов.

Безусловно, если следователь, суд, прокурор свои выводы аргументируют, доказывают с помощью сведений, полученных из определенных вещественных источников, должно быть абсолютно точно определено, что именно этот, а не какой-либо иной предмет был обнаружен и изъят при выполнении конкретных следственных действий.

Процессуальная индивидуализация предметов, обладающих доступными непосредственному восприятию ярко выраженными индивидуально-определенными признаками (совокупность признаков), осуществляется путем фиксации таковых в протоколе осмотра места происшествия, фотографирования и т. д.

В отношении предметов, не имеющих таких признаков, возникает необходимость дополнительной искусственной индивидуализации. Предметы, не имеющие пространственно-фиксированной формы, должны быть, кроме того, надлежащим образом упакованы.

Процессуальную индивидуализацию материальных объектов, не имеющих выраженных «особых примет» можно осуществлять путем крепления к ним самостоятельно изготовленных жетонов (бирок, ярлыков).

Для изготовления таковых целесообразно использовать клей ПВА. Нитка протягивается в имеющееся отверстие изымаемого предмета либо опоясывает его таким образом, чтобы исключалось снятие без повреждения жетона. Свободные концы нитки укладываются на покрытые клеем листки бумаги, которые затем сжимаются. Предварительно на лицевой стороне таких листков следователь отмечает дату производства осмотра, а понятые ставят свои подписи.

Если изготавливается гипсовый слепок либо слепок с помощью пасты «К» и других копирующих средств, то в изготовленном жетоне можно сделать отверстие, а свободные концы протянутой в него нитки погрузить в копировальную жидкость (массу), залитую на копируемый след.

При изъятии следа руки на липкую пленку идентификационный жетон может подкладываться под ее основу так, чтобы не заслонялся отпечаток следа. Таким образом, могут индивидуализироваться и изымаемые на липкую пленку микрообъекты.

Идентификационный жетон может крепиться к упаковке изымаемых жидких, вязких, сыпучих объектов. Фотографирование следов должно производиться вместе с идентификационным (индивидуализирующим) жетоном.

В перспективе необходимо обеспечить выпуск простых и удобных в использовании средств искусственной процессуальной индивидуализации серийного производства, снабдив ими комплекты технико-криминалистических средств для следователей (следственные портфели).

В качестве вещественных источников доказательственной информации могут выступать объекты, изъять и сохранить которые не представляется возможным (обстановка места происшествия, труп, скоропортящиеся вещества и др.).

Средствами фиксации полученных в результате исследования таких объектов фактических данных являются записывание их в протокол, а также фотографирование, киносъемка, составление планов и схем, изготовление слепков и оттисков следов.

Фиксация полученных сведений с помощью записывания их в протокол имеет ряд существенных недостатков. Один из них — фиксирование лишь сведений, ставших предметом восприятия следователя и других участвующих в осмотре лиц, и которые, по их мнению, имеют отношение к делу. Но при осмотре по некоторым объективным и субъективным причинам следователь не всегда может получить, осмыслить и зафиксировать исчерпывающую информацию о расследуемом событии.

Для повышения эффективности осмотра важно использование такого средства фиксации, как фотографирование. Доказательственное значение фотоснимков как носителей сведений об обстоятельствах совершенного преступления повышается, если к делу приобщаются не только фотоснимки, но и негативные пленки или пластинки. Требование об этом изложено в ч. 5 ст. 141 УПК России[xiii]. Приобщение к делу негативной фотопленки позволяет проследить последовательность производства фотосъемки, убедиться в подлинности фотоотпечатков. Однако такое требование закона не всегда выполняется.

По результатам проведенных нами исследований негативные пленки приобщались к делу в 7,9%, что в 8 раз реже применения самой фотосъемки.

Эти обстоятельства позволяют обвиняемым делать заявления о том, что к протоколу осмотра приобщены не относящиеся к делу фотоснимки и т. д.

Опровергать подобные заявления было бы намного проще, если бы кроме приобщения к делу негативной пленки следователи также принимали меры к ее индивидуализации и удостоверению. Здесь можно назвать хотя бы такое средство: перед началом и по окончании фотографирования места происшествия необходимо заэкспонировать на пленку оторванный в произвольной форме лист бумаги с подписями участвующих в осмотре понятых, датой и временем начала осмотра, номером уголовного дела (если такое уже возбуждено). При соблюдении данных условий фотоснимки и негативная пленка могут иметь значение доказательств.

Большие перспективы для удостоверительной деятельности в целом предоставляет применение для фиксации места происшествия фотоаппаратов одноступенчатого процесса.



[2] Колесниченко А. Н., Матусовский Г. А. Применение научно-технических средств в работе над следами при осмотре места происшествия. -Харьков, 1960; КалмаковВ. П. Следственный осмотр. - М., 1969; Гончарен-ко В. И. Использование данных естественных и технических наук в уголовном судопроизводстве. - Киев, 1980; Лисиченко В. К. Следственный осмотр как специальный метод исследования объектов в процессе доказывания по уголовным делам //Криминалистика и судебная экспертиза. - 1973.- Вып. 10.-С. 176-182 и др.

[3] Коновалова В. Е. Проблемы логики и психологии в следственной практике. - Киев, 1970. - С. 75.

[4] Ефимичев С. П., Кулагин Н. И., Ямпопьский А. Е. Следственный осмотр. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1983. - С. 18.

[5] Далее по тексту закона.

[6] Характерно, что в большинстве работ смысл и значение версий при осмотре рассматривается в отдельных параграфах, вне связи с изложением методов осмотра. См., например, Ефимичев С. П., Кулагин Н. И., Ямпольский А.Е. Следственный осмотр.- Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1983.- С. 29.

[7] Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. - М.: ВШ МВД СССР, 1967.-С. 243.

[8] Якубович Н. А. Теоретические основы предварительного следствия.-М.:ВШМВДСССР, 1971.- С. 15. Подробнее о единстве чувственного опыта мышления в познании см.: Копнин П. В. Гносеологические и логические основы науки. - М.: Мысль, 1974. - С. 173-195.

[9] Ларин А. М. От следственной версии к истине. - М.: Юрид. лит., 1976.-С. 16.

[10] Впервые такие разработки были осуществлены индийским ученым Четтерджи. Такая методика была разработана сотрудником ВНИИ МВД СССР А. И. Мироновым, в настоящее время она получила дальнейшее развитие в трудах ряда ученых. См.: Викторова Л. Н. Возможность отождествления человека по отпечаткам губ //Использование современных достижений науки и техники в деятельности следственных органов и судов по борьбе с преступностью. - Вильнюс, 1981. - С. 199-203.

[xi] О возможностях таких исследований см.: Судебно-медицинская экспертиза: Справочник для юристов. -М.:Юрид. лит., 1985. -255; Алексеев А. А., Багканин Д. А., Владимиров С. В. и др. Криминалистические экспертизы, выполняемые в органах внутренних дел /Под ред. Кожевникова И. Н., Статкуса В. Ф. - М., 1992. - С. 72.

[xii] Одиночкина Т. Ф. Технико-криминалистические методы и средства работы с микрообъектами на месте происшествия и перспективы их развития. // Экспертная практика, № 20. - М., 1983. - С. 70.

[xiii] В УПК Украины такого требования не содержится.



Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2021