ЕЛЕКТРОННА БІБЛІОТЕКА ЮРИДИЧНОЇ ЛІТЕРАТУРИ
 

Реклама


Пошук по сайту
Пошук по назві
книги або статті:




Замовити роботу
Замовити роботу

Від партнерів

Новостi



Книги по рубрикам

> алфавитний указатель по авторами книг >



2. Образование и развитие Китайской Народной Республики


Китайская Народная Республика образовалась в ре-
зультате длительного революционного процесса, который
первоначально развивался в отдаленных сельских местно-
стях. Новое государство сначала объединило освобожден-
ные районы, которые назывались Советскими (Сувэйай
цюй). С первых лет своего существования они находились
под руководством Компартии, но в течение ряда лет не
имели общих органов власти, управления и суда. Лишь в
1931 г. такие органы были созданы на состоявшемся в но-
ябре 1931 г. в Жуйцзине (провинция Цзянси) Всекитай-
ском съезде Советов. Съезд образовал Центральный ис-
полнительный комитет (ЦИК) и Совет народных комисса-
ров (СНК) Китайской Советской Республики (КСР). Оба
эти органа могли издавать законы. Одновременно был об-
разован Верховный суд. Местными органами власти про-
возглашались Советы депутатов, которые формировали
исполнительные комитеты. В новоосвобожденных и приф-
ронтовых районах вся власть сосредоточивалась в руках
революционных комитетов. Местными судебными органа-
ми в Советских районах Китая являлись судебные отделы
местных советских правительств (так обычно называли
исполнительные комитеты).


На I Всекитайском съезде Советов был утвержден про-
ект Основной конституционной программы КСР. В оконча-
тельном виде она была принята на II Всекитайском съезде

461

Советов в 1934 г., провозгласив "демократические свободы
для трудящихся", национальное равноправие, равноправие
мужчин и женщин, а также право всех народов Китая на
самоопределение вплоть до государственного отделения и
создания самостоятельных государств. Была безоговорочно
признана независимость Внешней Монголии.

В соответствии с Основной конституционной програм-
мой, Положением и Временным законом о выборах в Сове-
ты (соответственно 1931 и 1933 гг.) активным и пассивным
избирательным правом пользовались "только трудящиеся".
Рабочим на выборах в Советы предоставлялись особые пре-
имущества. Выборы депутатов проводились на специаль-
ных собраниях по производственно-территориальному прин-
ципу: рабочими - на предприятиях, а крестьянами, ремес-
ленниками и др. - по месту жительства. Принципы работы
Советов устанавливались специальными актами, приняты-
ми на I и II съездах Советов (Положением и резолюцией о
советском строительстве).

Неблагоприятная военная обстановка, сложившаяся для
Красной Армии Китая в южной части страны, потребовала
перебазирования вооруженных сил коммунистов в Северо-
Западный Китай, которое завершилось в 1936 г. На границе
провинций Шэньси, Ганьсу и Нинся в староосвобожденном
районе, где власть коммунистов установилась до прихода
основных сил Красной Армии, была создана главная рево-
люционная база - Пограничный район Шэньси-Ганьсу-
Нинся. Наступил следующий этап китайской революцион-
ной войны против японских захватчиков.

В соответствии с условиями соглашения о внутреннем
мире между Компартией и Гоминьданом Северо-Западная
канцелярия Центрального Советского правительства Китая
была преобразована в правительство Особого района Ки-
тайской Республики, а Красная Армия Китая - в Народно-
революционную армию (вскоре она получила наименование
8-я армия, позднее коммунистами была сформирована 4-я
Новая армия). На территории освобожденных районов про-
возглашался режим, основанный на всеобщем избиратель-
ном праве. На время войны в освобожденных районах -
антияпонских революционных базах - была прекращена
конфискация земель у помещиков. Но это не означало воз-
вращения уже конфискованных земель помещикам: всякие
попытки в этом направлении строго пресекались. Вместе с

462

тем для крестьян проводилась политика снижения аренд-
ной платы и ссудного процента.

В Пограничном районе Шэньси-Ганьсу-Нинся, а также
в других освобожденных районах, где позволяли условия,
избирались местные представительные органы - Народно-
политические советы. В перерывах между сессиями Сове-
тов их функции исполнялись постоянными комитетами. В
качестве исполнительных органов формировались прави-
тельства (правительственные советы), обладавшие необхо-
димым административным аппаратом.

Правительственные органы Пограничного района Шэнь-
си-Ганьсу-Нинся и других антияпонских революционных баз
принимали документы конституционного характера, назы-
вавшиеся административно-политическими или политиче-
скими программами. Программы предусматривали меры по
укреплению антияпонского единого фронта и улучшению
жизни народа, охране его прав, развитию сельскохозяйст-
венного и промышленного производства. Они провозглаша-
ли равноправие национальностей и полов, проведение по-
литики ликвидации неграмотности, реформирование судеб-
ной системы и всего государственного аппарата.

В сентябре 1945 г. завершилась длившаяся восемь лет
война китайского народа против японских захватчиков. Ре-
шающую помощь китайскому народу в победном заверше-
нии антияпонской войны оказал Советский Союз.

Главной революционной базой коммунистов стал Севе-
ро-Восток Китая (Маньчжурия). Во вспыхнувшей вновь гра-
жданской войне (1946-1949 гг.) Гоминьдан потерпел пора-
жение. |

В 1948-1949 гг. в важнейших экономических, полити-|
ческих и культурных центрах страны была установлена ре-1
волюционная власть, главной опорой которой стала Народ-
но-освободительная армия Китая (НОАК) (такое наимено-
вание приняли в период новой гражданской войны воору-
женные силы китайских коммунистов). Главной формой ре-
волюционной власти были военно-контрольные комитеты
(ВКК) НОАК, которые назначались непосредственно фрон-
товыми военными и политическими органами. ВКК были весь
период военного контроля главными органами власти на
местах. Им были подчинены все другие местные органы, в
том числе и правительственные, при них формировались
военные трибуналы, приговоры которых обычно обжалова-

463

нию не подлежали. ВКК издали большое количество норма-
тивных актов, регулировавших различные стороны жизни
в освобожденных городах.

В процессе ликвидации гоминьдановской администра-
ции ВКК создавали новую власть: местные народные пра-
вительства и массовые представительные органы - конфе-
ренции народных представителей. От народно-политических
советов периода антияпонской войны они отличались как
по социальному составу, так и по функциям. Делегатами
конференций не могли быть помещики и представители
бюрократической буржуазии'. Функции же конференций
были скорее совещательными, полномочия местных собра-
ний народных представителей они стали постепенно при-
нимать на себя позднее, уже в 50-е годы.

Весной-летом 1949 г. организационно оформился На-
родный политический консультативный совет Китая. К осе-
ни этого года в руках Гоминьдана оставался только один
крупный город - Гуанчжоу (Кантон). Наступило время объ-
единения освобожденных районов страны в единое государ-
ство. В процессе объединения революционных сил и обра-
зования Китайской Народной Республики (КНР) важную
роль сыграли правительства и военно-административные
комитеты крупных освобожденных районов. Народные пра-
вительства были созданы в ранее освобожденных Северо-
Восточном и Северном Китае. Военно-административные
комитеты были созданы в Северо-Западном, Восточном,
Южно-Центральном и Юго-Западном Китае.

Китайская Народная Республика была провозглашена
1 октября 1949 г. по решению пленарной сессии Народного
политического консультативного совета Китая (НПКСК),
принявшей на себя функции Всекитайского собрания на-
родных представителей (ВСНП) и сыгравшей роль Учреди-
тельного собрания республики.

Сессия приняла Общую (совместную) программу
НПКСК, его Организационный статут, Закон об организа-
ции Центрального народного правительства, постановления
о государственном флаге, гимне, новом летосчислении и пе-

1 Бюрократическая буржуазия - социальная общность капита-
листического типа, господство которой основано не на частной, а на
государственной собственности.

464

ренесении столицы государства в Пекин с возвращением
ему старого названия.

Общая программа считалась временной конституцией
страны. Она провозгласила КНР "государством новой демо-
кратии". В качестве основы экономического развития стра-
ны программой провозглашался государственный сектор
хозяйства. Вместе с тем определялись пути развития коо-
перативного, мелкотоварного, государственно-капиталисти-
ческого и частнокапиталистического секторов. Прямо о пе-
реходе к социализму в Общей программе не говорилось.

Основными принципами организации и деятельности
государственных органов провозглашались демократический
централизм и участие в управлении делами государства
широких народных масс, представляющих все националь-
ности страны, и пр. Принцип национального самоопределе-
ния населяющих Китай народов в программе отсутствовал.
Решение национального вопроса было осуществлено в фор-
ме создания территориальных автономий.

Общая программа являлась отправным пунктом законо-
дательства КНР в период до принятия Конституции 1954 г.
Все законы того времени издавались со ссылкой на эту про-
грамму. В соответствии со ст. 17 Общей программы все преж-
нее китайское законодательство отменялось.

Сессия ВСНП избрала Центральный народный прави-
тельственный совет (ЦНПС), который был в восстановитель-
ный период высшим органом власти. Он представлял КНР
вовне, а внутри страны осуществлял все полномочия выс-
шего органа государственной власти (законодательство, ра-
тификация международных договоров, утверждение бюд-
жета и отчета о его исполнении, назначение высших долж-
ностных лиц государства, решение вопросов войны и мира
и т. д.). Пленарная сессия НПКСК, взявшая на себя функ-
ции ВСНП, никогда уже не созывалась, а избранный ею
Всекитайский комитет НПКСК никакими государственны-
ми полномочиями наделен не был. Функции главы государ-
ства выполнял ЦНПС, реализовывались же они в основном
через деятельность председателя Центрального народного
правительства (ЦНП). Законодательство и политическая 1
практика предконстнтуционного периода 1949-1954 гг. (до
1952 г. включительно это был восстановительный период)
создали председателю ЦНП особое положение в государст-
венной структуре - выше обычной роли главы коллега-


465

ального органа власти. Председателем ЦНП стал Председа-
тель ЦК Компартии Мао Цзэдун. Он же занял должность
председателя Народно-революционного военного совета.

ЦНПС образовал ряд высших государственных орга-
нов, вместе составлявших ЦНП. В их число вошли Админи-
стративный совет - высший орган государственного управ-
ления, Народно-революционный военный совет - орган
руководства всеми вооруженными силами, Верховный на-
родный суд и Верховная народная прокуратура.

Административный совет в общем занимал в государ-
ственной структуре КНР положение правительства, однако
он отличался от обычных органов такого рода по составу и
компетенции. В него входили не все министры КНР, не было
в нем и военного ведомства. Административный совет фак-
тически осуществлял наряду с ЦНПС законодательную
власть (например, в 1951 г. им был принят Временный за- ~^
кон о таможнях). В перерывах между сессиями ЦНПС Ад- )
министративный совет был ответственен перед председате-
лем ЦНП.

В организации местных народных правительств была
обобщена практика строительства органов власти в освобо-
жденных районах. В качестве принципа устанавливалось,
что народные правительства являются органами власти на-
ряду с собраниями народных представителей. Однако, по-
скольку последние не созывались, народные правительства
либо были единственными органами власти на местах, либо
делили власть с конференциями представителей всех слоев
народа, принявшими на себя функции собраний народных
представителей. В течение всего восстановительного перио-
да, а иногда и после его окончания на местах продолжали
существовать военно-контрольные комитеты НОАК.

Первоначально представительные органы формирова-
лись ВКК и местными народными правительствами, кото-
рые в свою очередь назначались сверху. Затем они посте-
пенно становились выборными органами.

Характерной чертой юстиции восстановительного пе-
риода было обилие различных видов чрезвычайных судов.
Кроме военных трибуналов ВКК с 1950 г. стали создаваться
народные трибуналы в районах проведения земельной ре-
формы. Формально они считались палатами (коллегиями)
уездных и городских народных судов, а фактически были
специальными чрезвычайными судами. В их компетенцию

466

входили не только дела, связанные с проведением земель-
преступлениях и бандитизме. Руководящие лица и полови-
на членов трибуналов избирались уездными или городски-
ми народными правительствами, другая половина избира-
лась конференциями народных представителей или деле-
гировалась народными организациями, либо избиралась на
собраниях крестьян или членов крестьянских союзов. При-
говоры народных трибуналов подлежали утверждению на-
родных правительств городов и уездов или вышестоящих
правительственных органов.

В марте 1952 г. Административным советом были учре-
ждены народные трибуналы на период массовой кампании
"сань фань" ("против трех зол" - коррупции, расточитель-
ства и бюрократизма). Эти трибуналы создавались во всех
учреждениях, от окружных управлений и выше, и в воин-
ских частях и соединениях, от полка и выше. Они могли
приговаривать к любым мерам наказания, включая смерт-
ную казнь, с последующим утверждением вышестоящими
правительственными или военными инстанциями. Предсе-
дателями трибуналов были руководители учреждений и вое-
начальники. Народные трибуналы в городах создавались го-
родскими народными правительствами и во время прове-
дения в 1952-1953 гг. массовой кампании "у фань" ("про- <
тив пяти зол" - подкупа работников госаппарата, хище-
ний, уклонения от уплаты налогов, махинаций с государст-
венными заказами, выкрадывания секретной государствен-
ной экономической информации). Председателями трибу-
налов назначались, как правило, председатели городских
народных судов. Приговоры этих трибуналов, если они пре-
дусматривали смертную казнь или длительное лишение сво-
боды (от десяти лет и более), подлежали утверждению вы-
шестоящими правительственными органами.

В марте 1951 г. ЦНПС принял Временное организаци-
онное положение народных судов КНР, Временное органи-
зационное положение Верховной народной прокуратуры
Центрального народного правительства и Общие принципы
организации местных народных прокуратур.

Временное организационное положение народных су-
дов КНР исходило из прежней практики освобожденных
районов (да и из китайской традиции) включения народных
судов в структуру местных правительств. Местные народ-


467

ные прокуратуры также были включены в местные прави-
тельства и находились, таким образом, как и суды, в двой-
ном подчинении - своим вышестоящим органам и местным
народным правительствам. Временное организационное по-
ложение народных судов КНР предусматривало создание
института народных заседателей, но право принятия су-
дебного решения оставалось за судьями, а заседатели мог-
ли лишь "помогать в расследовании дела, принимать уча-
стие в судебном разбирательстве и высказывать свое мне-
ние по рассматриваемому делу" (ст. 6). В законе ничего не
говорилось о праве обвиняемого на защиту.

Конституция КНР 1954 г. В 1952 г. в Китае был завер-
шен восстановительный период. К концу его было не только
восстановлено промышленное и сельскохозяйственное про-
изводство в стране, но и превзойден его довоенный уровень.
Правящая партия коммунистов взяла курс на широкомас-
штабное плановое экономическое строительство. В 1952 г. ЦК
КПК разработал генеральную линию на переходный пери-
од, предусматривавшую "строительство социализма" в стра-
не. Основные положения генеральной линии КПК на пере-
ходный период вошли в государственный документ самого
высокого ранга - Конституцию КНР. Предложение о под-
готовке проекта конституции было внесено в ЦНПС выс-
шим органом правящей партии через Единый народно-де-
мократический фронт в начале 1953 г.

13 января 1953 г. ЦНПС КНР принял Постановление о
созыве Всекитайского собрания народных представителей
и местных собраний народных представителей. Одновремен-
но были образованы комиссии по выработке проектов Зако-
на о выборах и Конституции КНР. Закон о выборах преду-
сматривал избрание высшего органа власти (Всекитайского
собрания (съезда) народных представителей (ВСНП), кото-
рый должен был принять конституцию. Его избрание пре-
дусматривалось путем многостепенных выборов собрания-
ми (съездами) народных представителей (СНП), войсковы-
ми избирательными единицами, а также административным
органом - комиссией по делам китайских граждан за гра-
ницей. В Тибете и округе Чамдо депутаты выделялись пра-
вительственными органами этих единиц. Впервые в исто-
рии КНР всеобщие выборы проходили в период с мая 1953 г.
по август 1954 г., т. е. заняли более чем годичный срок. Они
не проводились в некоторых национальных районах, где еще

468

не была осуществлена земельная реформа и другие преоб-
разования. Первая сессия ВСНП первого созыва открылась
в Пекине 15 сентября 1954 г. Конституция была принята 20
сентября и вслед за ней - пять органических (организаци-
онных) законов, определяющих принципы формирования,
построения и деятельности государственных органов (ВСНП,
Государственного совета, местных СНП и народных прави-
тельств, судов и прокуратур). В отличие от Общей програм-
мы НПКСК Конституция 1954 г. ставила задачу построения
социалистического общества и в качестве основных задач
переходного к социализму периода называла постепенное
осуществление социалистической индустриализации, завер-
шение социалистических преобразований в сельском хозяй-
стве, кустарной промышленности, а также в капиталисти-
ческой промышленности и торговле. КНР определялась как
государство народной демократии, власть в котором "при-
надлежит народу в лице Всекитайского собрания народных
представителей и местных собраний Народных представи-
телей" (ст. 2). Конституцией провозглашались равенство гра-
ждан перед законом и национальное равноправие, а также
гарантии социально-экономических и других прав граждан.
Специально провозглашались принципы осуществления
правосудия только судами, полноправного участия в судеб-
ных процессах народных заседателей, независимости судей
и подчинения их только закону, гласности суда и обеспече-
ния обвиняемому права на защиту.

ВСНП становилось единственным органом, осуществ-
лявшим законодательную власть. Значительная самостоя-
течьная компетенция была предоставлена Постоянному
Комитету (ПК) ВСНП. В систему высших органов власти
Конституция ввела институт Председателя КНР, статус
которого явился некоторой модификацией правового поло-
жения председателя ЦНП. Председатель по Конституции
представлял КНР в международных отношениях и возглав-
лял вооруженные силы. являясь Председателем Государ-
ственного комитета обороны. В его функции входил также
созыв Верховных государственных совещаний, вырабаты-
вавших предложения "по важным государственным вопро-
сам". Административный совет заменялся Государствен-
ным советом - центральным правительственным органом,
ведавшим в полном объеме всеми отраслями управления
страны. .

469

В полномочия высших органов вскоре после принятия
Конституции пришлось внести существенные изменения.
Уже на 2-й сессии ВСНП I созыва (1955 г.) ПК ВСНП было
предоставлено право издания "частных законоположений".
Однако последующая практика нормотворческой деятель-
ности позволяет сделать вывод, что законодатель имел в
виду прежде всего возможность внесения изменений в за-
коны, принятые собранием. Фактически с конца 50-х гг. ПК
ВСНП стал единственным законодательным органом стра-
ны, так как законодательная деятельность ВСНП постепен-
но прекратилась.

Представительные органы создавались во всех тради-
ционных единицах административно-территориального де-
ления. Что касается местных органов управления, то они
базировались не только на конституционных администра-
тивно-территориальных единицах - сохранилась система
делегированных административных органов в особых рай-
онах, округах провинции и в уездах. В качестве ступеней
национальной автономии Конституция выделила автоном-
ные области, автономные округа, автономные уезды. Кроме
того, в качестве уже неавтономных единиц административ-
но-территориального деления были предусмотрены нацио-
нальные волости. Принцип национального самоопределения
в Конституцию включен не был.

После принятия Конституции 1954 г. была сформиро-
вана новая система государственных органов, принят ряд
нормативных актов, которыми государственно-правовая
система приводилась в соответствие с Конституцией, и пр.
Однако этот процесс наталкивался на препятствия как объ-
ективного, так и субъективного порядка. К первым относи-
лись, например, недостаток образованных кадров, низкий
уровень грамотности и культуры населения и т. п.; вторые
порождались позицией партократического руководства стра-
ны, не заинтересованного в подлинной демократизации го-
сударственной и общественной жизни, приверженного ко-
мандно-административным методам управления. Это не за-
медлило сказаться прежде всего на положении представи-
тельных органов. Законодательные функции постепенно
переходят от ВСНП к его Постоянному Комитету, а власть
на местах - к исполнительным органам - народным коми-
тетам. Руководящий состав этих органов часто совпадал с
руководством партийных комитетов КПК.

470

Довольно своеобразные отношения парткомов и руко-
водства оперативных органов установились в правоохрани-
тельных учреждениях, где парткомы стали подменять су-
дебные комитеты и коллегии прокуратур. Территориаль-
ные парткомы не только вмешивались в рассмотрение су-
дами конкретных дел, но секретари парткомов часто при-
нимали на себя функции судей.

Деформация государственного строя КНР в период
"большого скачка" и "культурной революции" (1958-
1976 гг.). "Большой скачок" - название массовой полити-
ческой кампании, организацией которой ставилась задача
многократного увеличения экономической мощи Китая в
кратчайший исторический срок ("три года упорного труда -
десять тысяч лет счастья"). "Большой скачок" был провоз-
глашен в 1958 г., однако его предтечей явились две других
кампании, начавшиеся годом раньше: "борьбы против пра-
вых буржуазных элементов" и "исправления стиля". Заост-
ренная вначале против руководства некоммунистических
партий и старой университетской профессуры, первая кам-
пания вскоре была перенесена в ряды КПК и государствен-
ные учреждения. "Правых элементов" и сторонников "ино-
странных шаблонов" находили везде. Приклеивание ярлы-
ка "правый элемент" влекло увольнение с работы, исклю-
чение из вуза, иногда и высылку.

Кампания "исправления стиля" также вышла за пре-
делы партийной чистки и распространилась на другие пар-
тии и массовые организации, государственные учреждения,
высшие учебные заведения и т. д. В августе 1957 г. Госсове-
том принимается Постановление по вопросам трудового пе-
ревоспитания, в соответствии с которым административные
органы получили возможность заключать в специальные
лагеря на неопределенный срок лиц, не совершивших уго-
ловных преступлений. Принятие этого Постановления вы-
звало появление мест лишения свободы нового вида - вос-
питательно-трудовых учреждений.

"Большой скачок" как политическая кампания был на-
правлен на выполнение утопической задачи многократного
увеличения в короткий срок производства важнейших ви-
дов промышленной продукции за счет мобилизации трудо-
вых ресурсов, увеличения продолжительности рабочего вре-
мени и сокращения заработной платы. Одновременно в сель-
ском хозяйстве стала проводиться "коммунизация" дерев-

471

ни, в ходе которой произошло укрупнение ранее созданных
сельскохозяйственных производственных кооперативов.
Появившиеся в результате этого укрупнения народные ком-
муны взяли на себя полномочия местных органов власти.

В коммунах обобществление распространилось даже на
предметы бытового назначения, не говоря уже о приусадеб-
ных участках и домашнем скоте и птице. Одновременно
произошло изменение и в оплате труда: были ликвидирова-
ны трудодни, главной формой обеспечения стало питание в
общественных столовых.

Период "большого скачка" и коммунизации связан с
упадком роли представительных органов. На селе они были
практически ликвидированы. На других уровнях выборы
вообще не проводились с 1958 по 1964 г.

Несостоятельность политики "большого скачка" выяс-
нилась быстро, и уже в начале 60-х гг. началась политика
"урегулирования", в ходе которой произошло возвращение
к разрушенной в период "большого скачка" системе управ-
ления экономикой, восстановлению и укреплению элемен-
тов хозрасчета на предприятиях, принципов материальной
заинтересованности работников. Был подвергнут серьезно-
му пересмотру и вопрос о народных коммунах, произведено
их разукрупнение, введены в их деятельность элементы
хозрасчета и пр. Крестьянам были возвращены приусадеб-
ные участки, мелкий сельхозинвентарь, разрешено ведение
личного хозяйства.

Однако период "урегулирования" не был продолжитель-
ным. Уже в 1962 г., после очередного пленума ЦК КПК, на-
чалась "кампания за социалистическое воспитание", в ходе
которой экстремистское крыло руководства КПК во главе с
Мао Цзэдуном путем раздувания культа личности и искус-
ственного обострения классовой борьбы стремилось обеспе-
чить внутренние условия для претворения в жизнь своего
"особого" курса. В 1964 г. в рамках "социалистического вос-
питания" развернулась другая широкая кампания, получив-
шая название "учиться стилю работы у НОАК". Армия была
объявлена непревзойденным образцом для партии и всего
народа. Армейские порядки превозносились как самый вы-
сокий идеал организации. Не только общественно-полити-
ческая жизнь и производство, но также культура и быт
должны были приближаться к казарменным порядкам по
формуле "весь народ - солдаты".

472

Наиболее деструктивная кампания тех лет ("пролетар-
ская культурная революция"), продолжавшаяся с 1966 по
1976 г., означала левоэкстремистский переворот, в ходе ко-
торого были подвергнуты слому конституционная система
государственных органов и уставная система организаций и
комитетов КПК.

В самом начале она носила характер проработки на
страницах печати ряда литераторов и ученых. Затем к ней
были подключены отряды молодежи: хунвэйбины ("красно-
гвардейцы" или "красные охранники") из числа учащихся
школ и вузов и цзаофани ("бунтари") из других слоев насе-
ления. Умело направляемые лидерами "культурной рево-
люции" и поддерживаемые воинскими частями, эти отряды
были брошены на погром местных и некоторых централь-
ных государственных, партийных органов, профсоюзных и
молодежных организаций, администраций учебных заведе-
ний, научно-исследовательских институтов и пр. Вооружен-
ной поддержкой хунвэйбинов и цзаофаней руководили спе- ^
циальные "комитеты поддержки левых", создававшиеся при
командовании больших военных округов по всей стране и
имевшие подчиненные им структуры в нижестоящих воен-
ных округах и гарнизонах. Военные составили и костяк по-
рожденных "культурной революцией" новых органов вла-
сти - так называемых ревкомов, которые первоначально
заменили собой не только местные народные правительства
(СНП не созывались), но и местные парткомы и комитеты
всех общественных организаций, которые практически пре-
кратили свое существование. Репрессии затронули многие
миллионы людей. Карательные функции в период "куль-
турной революции" осуществляли объединенные под воен-
ным контролем специальные органы, "комиссии по искоре-
нению контрреволюции", "органы (комитеты, отделы, шта-
бы) пролетарской диктатуры" или просто "органы диктату-
ры".

К концу 1968 - началу 1969 г. лидеры "культурной
революции", видимо, сочли, что проведенная глубокая чи-
стка уже укрепила их руководящее положение. Главной
задачей XI съезда КПК 1969 г. стало формирование высше-
го руководства партии, что свелось к почти полному вклю-
чению "пролетарского штаба" в состав политбюро ЦК КПК.
Партия воссоздавалась сверху и снизу. После центральных
органов стали формироваться низовые ячейки и парткомы.

473

С окончанием формирования парткомов провинциального
уровня "ревкомы" стали выполнять преимущественно функ-
ции местных правительств.

Конституционное закрепление "ревкомов" в качестве
правительственных органов произошло в 1975 г. Но до этого
состоялся еще один съезд КПК (X), когда в состав ЦК вошли
и некоторые ранее ошельмованные члены политбюро и дру-
гие партийные деятели высокого ранга, в том числе и Дэн
Сяопин (впоследствии его кооптировали в состав политбюро).

Во время "культурной революции" только что начав-
шие создаваться правовые основы государства были разру-
шены. "Культурная революция" создала свою государствен-
но-политическую систему, которая до 1975 г. не имела даже
формального подобия конституционно-правового закрепле-
ния. Только в 1975 г. первой и единственной сессией ВСНП
четвертого созыва была принята новая Конституция КНР,
которая была значительным регрессом по сравнению с пер-
вой, Конституцией 1954 г. Это был чрезвычайно краткий
(всего 30 статей) документ, представляющий собой скорее
политическую декларацию, нежели правовой акт. Новая
Конституция была призвана легализовать некоторые инсти-
туты и политические установки, порожденные "культурной
революцией". "Ревкомам" фактически придавался статус ор-
ганов, составлявших политическую основу государства. Фор-
мально они объявлялись лишь постоянными органами мест-
ных СНП, но им были предоставлены равные с собраниями
полномочия, к тому же СНП на практике не созывались.
Конституция 1975 г. упразднила пост Председателя КНР и
такие институты, как Государственный комитет обороны и
Верховное государственное совещание. Ею были значительно
сужены полномочия ВСНП И ПК ВСНП, из ее текста были
исключены положения о гарантиях и правах депутатов
ВСНП, положения о его постоянных комиссиях, упразднена
прокуратура и пр. В Конституцию не вошли прежние уста-
новления о национальном равноправии и равенстве граж-
дан перед законом, о запрещении дискриминации и гнета в
отношении любой национальности и пр.

Китайское государство в период строительства регу-
лируемой рыночной экономики. В 1976 г., менее чем через
месяц после смерти Мао Цзэдуна, были отстранены от вла-
сти его ближайшие сподвижники ("четверка") - ядро ле-
воэкстремистской группы в руководстве КПК и КНР, кото-

474

рук> возглавила вдова Мао Цзэдуна - Цзян Цин. Возвра-
тился на политическую арену страны Дэн Сяопин, избран-
ный в том же году на XI съезде КПК заместителем Предсе-
дателя ЦК КПК и ставший набирать все больший полити-
ческий вес в руководстве партии и страны. Вскоре он стал
фактическим лидером партии и государства, хотя формально
никогда не занимал поста председателя ЦК КПК или пред-
седателя КНР.

В октябре 1977 г. ПК ВСНП принял постановление о
внесении изменений в Конституцию КНР. Конституция 1978 г.
была ярко выраженным компромиссным документом, соче-
тавшим установки нового китайского руководства с некото-
рыми лозунгами "культурной революции". В Конституции
нашли закрепление даже политические институты "куль-
турной революции" (например, "ревкомы"), но вместе с тем
были восстановлены положения Конституции 1954 г. о за-
прещении дискриминации и гнета в отношении любой
национальности, о гарантиях гражданских прав, о прокура-
турах, о местных СНП ("ревкомы" стали их исполнитель-
ными органами) и др.

Конституция КНР 1978 г. действовала немногим более
четырех лет. За этот период в нее дважды вносились суще-
ственные изменения, одно из которых было связано с уп-
разднением "ревкомов", другое - с введением нового ин-
ститута - постоянных комитетов местных СНП.

Действующая Конституция КНР была принята 4 де-
кабря 1982 г. Из нее были устранены все формулировки и
установки, порожденные "культурной революцией". В от-
ношении регулирования организации и деятельности госу-
дарственных органов Конституция 1982 г. вернулась почти
полностью на позиции первой Конституции КНР, но Пред-
седатель КНР не является теперь главнокомандующим воо-
руженными силами и не созывает Верховные государст-
венные совещания. Усилена была правотворческая компе-
тенция Постоянного комитета ВСНП и Госсовета и пр. Вслед
за Конституцией были приняты законы об организации
ВСНП, Госсовета, местных СНП и местных народных пра-
вительств, а также законы о выборах ВСНП и местных СНП.
В Конституцию КНР дважды вносились поправки. Первый
раз - в 1988 г., когда были легализованы на конституцион-
ном уровне частные хозяйства и установлена возможность
передачи права землепользования. Целая серия разнооб-

475

разных поправок в Конституцию имела место в 1993 г. Пер-
вая из них (но третья по общей нумерации) вносила изме-
нение в преамбулу и связывалась с вынесением на консти-
туционный уровень стратегической задачи "четырех модер-
низаций" - промышленности, сельского хозяйства, оборо-
ны, науки и техники. Далее конституционное закрепление
получало развитие "многопартийного сотрудничества под
руководством КПК". Другие поправки касались отдельных
статей Конституции и в основном отражали новый этап в
развитии страны - строительство рыночной экономики при
сохранении макрорегулирующей роли государства. Напри-
мер, существенным образом была изменена 15-я статья
Конституции, ранее устанавливающая ведение государст-
вом планового хозяйства "на основе социалистической соб-
ственности" и отводившая рыночному регулированию вспо-
могательную роль. Теперь эта статья гласит: "Государство
претворяет в жизнь социалистическую рыночную экономи-
ку... усиливает хозяйственное законодательство, совершен-
ствует макрорегулирование... на основании закона запрещает
любым организациям и отдельным лицам нарушать эконо-
мический порядок общества".

Отдельной ветвью конституционного законодательства
КНР являются принятые ВСНП основные законы Особых
административных районов (ОАР): Сянганского (Гонконг-
ского) ОАР и ОАР Аомыньского (Макао), вступившие в дей-
ствие в 1997 и 1999 гг., которые предоставили бывшим бри-
танской и португальской колониям широкое самоуправле-
ние, не сравнимое с довольно узкой административной ав-
тономией национально-территориальных единиц. Из ком-
петенции ОАР изъяты только вопросы обороны и иностран-
ных дел. Вместе с тем за ними сохранено право регулирова-
ния въезда в район и выезда из него (выдача виз) и даже
право заключения международных соглашений неправитель-
ственного уровня. В ОАР создаются свои суды окончатель-
ной инстанции, решения которых не могут быть обжалова-
ны в какие-либо судебные органы КНР. Действующая в ОАР
система права сохраняется в существующем виде, за ис-
ключением актов, противоречащих Основным законам. Вме-
сте с тем за центром в лице Госсовета остается право на-
значения главы администрации каждого ОАР, но обязательно
из местных жителей и после определенной процедуры от-
бора кандидатуры для назначения коллегией выборщиков.

476

По представлению главы администрации назначаются дру-
гие высшие должностные лица соответствующего района.
Основные законы гарантируют на 50 лет сохранение в ОАР
капиталистического строя и образа жизни.

В КНР происходит постоянное обновление законода-
тельства о порядке формирования и организации государ-
ственных органов. Наибольшее число новых редакций у За-
кона о выборах во Всекитайское собрание народных пред-
ставителей и местные собрания народных представителей
и Закона об организации местных собраний народных пред-
ставителей и местных народных правительств. В эти зако-
ны были введены положения об обязательных альтернатив-
ных кандидатурах на выборах, о праве участия в выборах
граждан КНР, проживающих за границей, если они в пери-
од выборов в СНП находятся на территории КНР. Другие
изменения касались, например, ограничения численности
депутатов ВСНП, увеличения представительства в органах
власти малочисленных народов, порядка выдвижения кан-
дидатов в депутаты и их отзыва, проведения дополнитель-
ных выборов и т.д.

Что касается Закона об организации местных СНП и
народных правительств различных ступеней, принятом в
1995 г. в четвертой редакции, то идет процесс его измене-
ния и совершенствования, отражающий новые реалии со-
циально-экономического развития страны. Совершенство-
вание выразилось, например, во введении постов председа-
телей в СНП волостей, национальных волостей -и поселков.
Низовые представительные органы получили, таким обра-
зом, отдельных от местных администраций должностных
лиц, организующих работу депутатов не только на сессиях
СНП, но и в межсессионные периоды. Новые социально-
экономические реалии Китая нашли отражение в некото-
рых статьях о функциях местных органов народной власти.
Например, очень характерна замена в нескольких статьях
Закона пункта об обеспечении местными органами самостоя-
тельности коллективных хозяйств защитой законных прав
всех хозяйств, т. е. всех видов собственности. Налицо и тен-
денция к демократизации формирования ПК СНП, избра-
ния руководства местных правительств, судов и прокура-
тур (в частности, предусмотрено упомянутое выше выдви-
жение альтернативных кандидатур, которое в некоторых
случаях обязательно).

477

В большем пласте принятых в последние годы админи-
стративно-правовых актов значительна роль положений по
вопросам государственной службы. Основным нормативным
актом в этой сфере является Временное положение о госу-
дарственных служащих, принятое Госсоветом КНР в 1993 г.
Положение предусмотрело набор служащих по результа-
там экзаменов, четкое определение порядка их назначения
и смещения, систему периодических аттестаций, отвод от
должности (например, из-за родственных связей в аппара-
те), ротацию кадров. За Положением последовал целый ряд
актов, его конкретизирующих и развивающих.

Таким образом, КНР идет путем совершенствования
государственно-правовых институтов. Совершенствуется, в
первую очередь, аппарат управления, становясь все более
квалифицированным и приспособленным к выполнению стоя-
щих перед страной задач. Демократизация институтов но-
сит весьма дозированный характер, строго в рамках уста-
новившейся политической системы, без сколько-нибудь зна-
чительного ее реформирования. Вместе с тем Китай посте-
пенно отходит от прежней системы хозяйствования, осно-
ванной на административно-командных методах.
Глава 16. Латинская Америка

Латиноамериканские государства в первые десяти-
летия XX в. Вступление латиноамериканских государств в
XX в. происходило в условиях, когда их социально-эконо-
мические и национально-этнические структуры, мало из-
менившиеся после завоевания независимости, несли в себе
многие черты прошлого. Латифундизм и клерикализм не
были подорваны, а процессы этнической интеграции и на-
циональной консолидации не завершились. Но развитие ка-
питализма привело в XX в. к росту социальной и политиче-
ской мобильности населения в латиноамериканских респуб-
ликах, к утрате земельной олигархией и клерикалами мо-
нополии на власть. К руководству государством все чаще
приходят представители национальной буржуазии, прежде
всего ее верхушки. Постепенно увеличивалась активность
политической жизни средних и беднейших слоев общества.
В XX в. в экономике и политике латиноамериканских рес-
публик значительно возрастает роль иностранного капита-
ла.

С начала XX в. постепенно преодолевается известный
изоляционизм, присущий латиноамериканским государст-
вам в XIX в. Они все более втягиваются в мировые хозяйст-
венные связи, в общий процесс развития цивилизации.
В результате этого процесса ключевые позиции в экономи-
ке латиноамериканских стран заняли не национальные пред-
приниматели, а иностранцы. До первой мировой войны ве-
дущую роль играли здесь английские компании. После пер-
вой мировой войны США, опираясь на сформулированную
еще в XIX в. президентом Монро доктрину: "Америка для
американцев", постепенно начинают теснить своих тради-
ционных конкурентов. Американский капитал не только
доминировал в важнейших отраслях промышленности и
торговли стран Латинской Америки, но и приобрел здесь
крупные земельные владения. Господство иностранных ком-
паний вело к деформированному развитию национальной
экономики, к искусственной поддержке латифундизма, к

479

консервации антидемократических государственных и пра-
вовых институтов.

Правящие круги США в начале XX в. с помощью "ди-
пломатии доллара" и политики "большой дубинки" усили-
вали свое политическое и военное давление на правитель-
ства латиноамериканских республик, открыто вмешивались
в их внутренние дела. Правительство США под предлогом
защиты жизни и интересов американских граждан все чаще
начинает посылать морскую пехоту в различные латино-
американские государства с целью поддержать проамери-
канские диктаторские режимы (интервенции на Кубе, в
Панаме, Доминиканской Республике, Никарагуа, Гондура-
се). С помощью экономического давления и военной силы
правительство США неоднократно навязывало латиноаме-
риканским республикам договоры, которые грубо наруша-
ли их суверенитет и нормы международного права. США
неоднократно оказывали нажим на латиноамериканские
страны с целью закрепления за американскими компания-
ми льгот по аграрному, налоговому и горному законодатель-
ству этих стран.

Таким образом, иностранный капитал, крупная нацио-
нальная буржуазия и земельная олигархия составляли ту
основную силу, которая стояла на пути социального про-
гресса и демократических преобразований. В XX в. за мно-
гочисленными путчами и военными переворотами скрыва-
лись интересы не только местных олигархических кругов,
но и иностранных компаний, соперничающих между собой
за влияние на континенте. В Гаити, например, в 1908-
1915 гг. правительства сменялись 7 раз и получили назва-
ние "однодневки". Республика была опутана французски-
ми, германскими и американскими займами и подвергалась
постоянному шантажу. В 1915 г. США оккупировали Гаити
под предлогом "защиты безопасности и собственности аме-
риканских граждан" и с целью "помочь гаитянам создать
прочное правительство".

В Доминиканской Республике в начале XX в. шла бес-
прерывная смена президентов-каудильо. Они были не в со-
стоянии платить проценты по иностранным займам. В 1911 г. в
республике произошло антиамериканское восстание, вызван-
ное раздачей американским сахарным компаниям крупных
земельных угодий. Опасаясь за судьбу американских капи-
талов, правительство США в 1915 г. послало в Доминикан-

480

скую Республику морскую пехоту и фактически управляла
этой страной до 1924 г.

Ожесточенная борьба за власть между каудильо, за
спиной которых стояли различные олигархические и про-
империалистические группировки, проходила и в других
латиноамериканских республиках. Отдельные диктаторы в
начале XX в. по своей жестокости и бесцеремонности в обра-
щении с конституциями намного превзошли каудильо XIX в.
Так, Х. Гомес, захвативший в 1908 г. власть в Венесуэле,
правил до 1935 г. В стране установилась свирепая диктату-
ра, Гомес не считал себя связанным судебной процедурой и
расстреливал людей только на основе того, что "читал их
мысли".

Жестокую диктатуру установил в Гватемале Э. Кабре-
ра, захвативший власть еще в 1899 г. и удерживавший ее 22
года. Система доносов и подслушиваний была в это время
столь развита, что Гватемалу называли страной, где "стены
имеют уши". В 1920 г. палата депутатов осмелилась при-
знать диктатора "душевно больным", но он посадил в тюрь-
му строптивых депутатов. Лишь народное восстание сверг-
ло кровавого диктатора.

В начале XX в. более быстрое развитие капитализма
повлекло за собой появление ростков нового в политиче-
ских системах латиноамериканских стран. Возникают проф-
союзы, крестьянские объединения, общедемократические
движения. Подрывается монополия "исторических партий" -
консерваторов и либералов, начинается постепенный пере-
ход к многопартийной системе. Возникают новые политиче-
ские партии. В 1904 г. впервые в истории Америки на выбо-
рах в конгресс Аргентины был избран депутат-социалист. В
ряде стран так называемого южного конуса по типу фран-
цузских радикалов возникают радикальные или радикаль-
но-гражданские партии (Чили, Аргентина и т. д.).

Реформистски настроенные лидеры этих партий, вос-
пользовавшись коротким пребыванием у власти, предпри-
няли попытки осуществить ряд экономических и социаль-
ных преобразований, заложить фундамент политической
демократии. Так, в результате борьбы радикалов в Арген-
тине во время первой мировой войны был принят закон, по
которому право голоса получили все граждане, достигшие
18 лет. Такого не знало еще избирательное право передо-
вых государств Запада. Для того чтобы преодолеть пассив-

481

ность и абсентеизм избирателей, самому голосованию при-
давался обязательный характер. На выборах делалась от-
метка в паспорте голосующих. Эта мера на практике оказа-
лась утопичной, но радикалы рассчитывали таким образом
обеспечить участие более широких слоев населения на вы-
борах и укрепить свои политические позиции. В Уругвае
президент Батлье, пытаясь внести элементы демократиза-
ции в политическую жизнь, ввел тайное голосование, по-
зволившее в какой-то мере ослабить характерное для стра-
ны, как и для всей Латинской Америки, неприкрытое дав-
ление государственных властей на избирателей. Было вве-
дено также пропорциональное представительство всех пар-
тий. Впервые на американском континенте в Уругвае было
принято законодательство об отмене смертной казни.

Одновременно правительство Батлье осуществило ряд
мероприятий по развитию государственного сектора в эко-
номике страны. В 1911-1915 гг. в Уругвае были национали-
зированы железные дороги, городской транспорт, некото-
рые банки, страховое дело, доки, предприятия по производ-
ству и продаже горючего. Правительство ввело систему про-
текционистских тарифов для защиты национальной промыш-
ленности, способствовало развитию народного образования,
провело декрет об отделении церкви от государства.

Под влиянием рабочего движения в Уругвае было при-
нято самое передовое для того времени социальное и рабо-
чее законодательство (закон о 8-часовом рабочем дне, о пен-
сиях по старости, о минимуме заработной платы). Этот ра-
дикальный реформизм встретил яростное сопротивление
традиционных правящих сил, а также и иностранного ка-
питала. Именно они добились отмены указанного выше за-
конодательства и отстранения от власти самих реформато-
ров.

Но в целом с началом XX в. в Латинской Америке уси-
лились выступления широких масс населения против авто-
ритарных режимов и продажных диктаторов.

Мексиканская Конституция 1917 г. и ее последующее
развитие. Наиболее значительным событием в политиче-
ской жизни Латинской Америки в начале XX в. явилась
мексиканская революция 1910-1917 гг. Эта революция по-
ложила конец одному из самых антинародных и жестоких
на континенте режимов П. Диаса, узурпировавшего прези-
дентскую власть, подчинившего себе практически все госу-

482

дарственные органы. Он уничтожал своих конкурентов по
выборам и политических противников без суда и следствия.
В Мексике при Диасе говорили, что "желание стать прези-
дентом - это болезнь со смертельным исходом".

Правительство Диаса распродавало национальные ре-
сурсы страны. Правящая политическая группировка так
называемых сьентификос (ученых) исходила из того, что
развитие Мексики должно идти не путем внутренних ре-
форм, а в результате привлечения иностранного капитала.
Законодательство этого времени предоставило полную сво-
боду деятельности иностранным, особенно американским,
компаниям.

На основе Закона "О колонизации пустошей" специаль-
ные межевые компании требовали от неграмотных крестьян-
индейцев предъявления документов с указанием на "закон-
ные основания" владения. Таким образом, межевые компании
конфисковывали крестьянские земли, переходившие затем в|
руки латифундистов и иностранных нефтяных компаний.

В 1910 г. в Мексике вспыхнула революция, в ходе кото-
рой была свергнута диктатура Диаса. Революция, начав-
шаяся как верхушечная, как обычный протест либералов
против ненавистного авторитарного режима, по мере своего
развития вылилась в широкое антифеодальное и антиимпе-
риалистическое движение, направленное прежде всего про-
тив североамериканской экспансии.

В 1917 г. была принята новая Конституция Мексики.
Она была разработана представителями национальной бур-
жуазии вскоре после того, как было жестоко подавлено воо-
руженное крестьянское движение. Но она как продукт ре-
волюции 1910-1917 гг. отразила, хотя и в измененной фор-
ме, ряд требований народных масс. Конституция Мексики
на момент ее принятия была наиболее радикальным из всех
существовавших тогда в мире конституционных докумен-
тов.

Наиболее новаторскими были статьи Конституции, по-
священные основным принципам государства. Центральное
место занимала ст. 27, которая предусматривала, что "пер-
воначальная собственность на земли и воды принадлежит
Государству, которое имело и имеет право передать их ча-
стным лицам, создавая тем самым частную собственность".

В Конституции нашло свое отражение стремление мек-
сиканской национальной буржуазии восстановить государ-

483

ственный контроль над расхищаемыми иностранцами на-
циональными ресурсами. Все полезные ископаемые, а так-
же территориальные воды объявлялись "безусловной и неот-
чуждаемой" собственностью государства. Федеральное пра-
вительство могло уступать разработку этих богатств (за
исключением нефти и некоторых других полезных иско-
паемых) в виде концессии частным лицам или обществам "в
соответствии с правилами и условиями, предусмотренными
законами" Мексики.

Устанавливалось, что только мексиканцы и мексиканские
компании имеют право приобретать в собственность землю и
воду, получать концессии на шахты, на добычу минерального
топлива и т. д. Государство могло предоставлять такое же право
иностранцам при условии, что они заявят в Министерство
иностранных дел о своем согласии считать их в отношении
соответствующего имущества в качестве мексиканцев. Таким
образом, становилась несостоятельной "правовая" аргумента-
ция, которую неоднократно использовали правящие круги
США для того, чтобы оправдать вооруженные вмешательства
в латиноамериканские республики под предлогом "защиты
жизни и собственности американских граждан".

Мексиканская Конституция впервые в Латинской Аме-
рике прямо предусмотрела проведение аграрной реформы.
Провозглашалось, что в целях "более справедливого рас-
пределения государственного имущества" должны осуще-
ствляться "необходимые меры" для раздробления латифун-
дий, развития мелкой земельной собственности, образова-
ния новых сельскохозяйственных общин. Были объявлены
недействительными произведенные при П. Диасе конфиска-
ции общинных индейских земель.

Общины, не имевшие достаточного количества земли,
могли наделяться ею из государственного земельного фон-
да. Специальные комиссии должны были изымать в этот
фонд присвоенную крупными латифундистами крестьянскую
и государственную землю.

Конституция предписывала в целях "справедливого
распределения общественных богатств" принятие необхо-
димых законодательных мер по раздроблению латифундий,
развитию мелкой земельной собственности, образованию
новых сельскохозяйственных общин ("эхидос").

Федеральный конгресс и законодательные органы в
штатах должны были в соответствии с Конституцией опре-

484

делить максимальную норму частного земельного владения.
Нельзя было посягать лишь на мелкую земельную собс-
венность, таковой, по Конституции, объявлялось владение, |
не превышающее 100 га орошаемой земли. В ст. 27 содер-
жалось также указание на то, что религиозные организа-
ции не могут приобретать недвижимое имущество, владеть |
таковым или принимать его в залог. ^

На основе ст. 27 была осуществлена, хотя и растянув-
шаяся на долгие годы и во многих отношениях непоследо-
вательная, аграрная реформа, способствовавшая перерас-
пределению земли в пользу общинного сектора, но при до-
минировании хозяйства капиталистического типа.

Отражая антимонополистические настроения пришед-
шей к власти национальной буржуазии, Конституция впер-
вые в практике мирового конституционализма запретила (ст.
28) монополии и "монополистическую практику ограничения
торговли". Здесь же с учетом негативной практики примене-
ния антитрестовских законов в США прямо указывалось, что
"не являются монополиями объединения рабочих, организо-
ванные для защиты их собственных интересов".

Конституция Мексики раньше, чем это имело место
даже в развитых странах Запада, признала важные соци-
альные права трудящихся. Специальный раздел "О труде и
социальном обеспечении", состоявший из одной, но детали-
зированной статьи (ст. 123), стал основой для принятия спе-
циального кодекса законов о труде. В этом разделе преду-
сматривались 8-часовой рабочий день, особые условия тру-
да для женщин и подростков, еженедельный день отдыха
ежегодный отпуск, послеродовой отпуск для женщин и т. д.
Зарплата не должна была впредь выплачиваться товарами, ]
чеками и расписками. Впервые в перечень прав, провозгла-
шаемых конституциями, включались право рабочих объе-
диняться в профсоюзы и право на забастовку, хотя послед-
нее и ослаблялось рядом оговорок: забастовки не должны
сопровождаться "актами насилия" или иметь иные цели,
кроме как достижение "равновесия между различными фак-
торами производства" и т. п.

По мере дальнейших успехов мексиканского рабочего
движения ст. 123 дополнялась новыми положениями, содер-
жащими уступки в области социального обеспечения, жи-
лищного строительства и т. п. В целом эта статья модерни-
зировалась и подвергалась изменениям 47 раз, т. е. больше,

485

чем любая другая статья конституции. Мексиканская Кон-
ституция отчетливо отразила и некоторые другие новые
тенденции в развитии конституционализма XX в. Так, она
отступает (и в ряде случаев более решительно, чем Вей-
марская конституция Германии 1919 г.), от традиционных
идей индивидуализма. В ней делается упор на "социальную
справедливость", на "гармонию частных и общественных ин-
тересов", а поэтому и государство рассматривается как ос-
новной инструмент сглаживания социальной напряженно-
сти и конфликтов. Необходимость укрепления экономиче-
ской самостоятельности и ускорения научно-технического
прогресса надолго предопределила особую экономическую
и социальную роль государства в Мексике. Конституция по
сути дела отказалась от традиционного экономического ли-
берализма и предусмотрела рост вмешательства государст-
ва в различные сферы общественной жизни на основе "со-
циального партнерства". Следует отметить, что экономиче-
ская и социальная функции государства в Мексике и до сих
пор далеко не исчерпали своего прогрессивного содержа-
ния. Об этом свидетельствует, в частности, ряд мер по за-
щите национальной экономики от иностранного капитала,
предпринятых правительством Мексики в 30-х, а затем в
70-80-х гг., а также растянувшаяся на десятилетия аграр-
ная реформа, и т. д.

Конституция 1917 г. приспособила к новым историче-
ским условиям ту модель государственной организации,
которая в основных своих чертах была создана еще по кон-
ституциям 1824 и 1857 гг. "Мексиканская модель государст-
ва исходит из федерализма, порожденного в свое время глу-
бокой экономической и политической децентрализацией
страны. В XX в. в связи с быстрым развитием капитализма
в экономической и политической жизни Мексики тенден-
ции к централизации власти являются доминирующими. Од-
нако федерализм уже традиционно вошел в государствен-
ную и правовую практику страны.

В рамках Конституции 1917 г. федеральное устройство
получило даже дальнейшее развитие. Конституция призна-
ет суверенитет штатов и их право на самостоятельную кон-
ституцию, но приоритет федерации в политической жизни
страны является очевидным и обеспечивается с помощью
целого ряда конституционных и неконституционных меха-
низмов, в частности, института так называемой федераль-

486

ной интервенции. Верховная власть в федерации организу-
ется согласно принципу разделения властей, который дав-
но укоренился в латиноамериканских республиках, хотя и
продемонстрировал неспособность достичь той цели, ради
которой он введен, т. е. предотвратить концентрацию вла-
сти в одних руках, а следовательно, и авторитаризм.

По традиции, свойственной разделенной федеральной
власти, Конституция Мексики на первое место выдвигает
законодательную власть, скрупулезно определяя структу-
ру и компетенцию Федерального конгресса, организацию и
специальные полномочия палаты депутатов и сената, поря-
док разработки и утверждения законов и т. д. Последую-
щие поправки к Конституции, особенно в 1977 г., расшири-
ли полномочия конгресса в сфере экономики и по контролю
за внешнеполитической деятельностью правительства. Фак-
тически стержнем в конституционном механизме Мексики
является президент. Его особое место в системе органов
федеральной власти определяется тем, что Мексика по фор-
ме правления - типично президентская республика. В ру-
ках президента совмещаются функции главы государства и
главы исполнительной власти. В этом качестве президент
осуществляет представительские функции, руководит всем
государственным аппаратом, возглавляет вооруженные силы,
обладает реальной политической возможностью полностью
контролировать законодательный процесс.

В Конституции в расширенном виде представлен тра-
диционный набор политических и личных прав граждан
вместе со специфически мексиканским судебным порядком
применения приказа о защите прав, нарушенных актами
или действиями государственных органов ("ампаро").

Конституция Мексики 1917 г., как и Конституция США,
является "жесткой", т. е. предусматривает сложный поря-
док принятия поправок, но в силу особенностей дальнейше-
го развития политической системы она часто подвергается
пересмотру. Начиная с первой реформы в июле 1921 г. и до
1984 г. Конституция претерпела 369 изменений, которые за-
тронули 55% ее статей. Эти изменения свидетельствуют о
том, что правящие круги Мексики овладели искусством свое-
временно приводить в действие механизм социальных ус-
тупок и политического маневрирования.

Конституция Мексики, несмотря на подвижность и дек-
ларативность ряда статей, способствовала формированию

487

относительно стабильной и вместе с тем достаточно при-
способленной к меняющимся условиям политической сис-
темы. Одной из особенностей этой латиноамериканской рес-
публики является то, что уже с конца 20-х гг. армия пере-
стала оказывать непосредственное влияние на политиче-
скую жизнь. Это в свою очередь позволило стране избежать
столь обычных для континента военных мятежей и госу-
дарственных переворотов.

Одним из основных элементов политической системы
Мексики является Институционно-революционная партия
(ИРП), учрежденная в 1929 г. правящей группировкой, стре-
мившейся получить широкую социальную опору. Эта пар-
тия, с самого начала ставшая правительственной, как видно
из ее названия, рассматривает себя как наследницу продол-
жающейся революции. В партии были созданы три сектора:
аграрный, рабочий и народный, что должно было обеспечить
представительство различных классов и слоев населения под
эгидой партийного руководства и самого президента.

С момента своего создания и до настоящего времени
ИРП неизменно находится у власти, чему способствовало
ее срастание с государственным аппаратом. До недавнего
времени фактически сложившаяся однопартийная система
препятствовала участию политической оппозиции в госу-
дарственных органах. К середине 70-х гг. XX в. накопилось
значительное недовольство населения однопартийной сис-
темой и монополией ИРП на государственную власть. В 1977 г.
конституционная реформа несколько демократизировала
политическую систему Мексики, так как ввела избиратель-
ные квоты, что гарантировало оппозиционным партиям не-
большое количество мест в конгрессе. Но реформа не по-
дорвала политической гегемонии ИРП, являющейся, по сути
дела, президентской партией. Она не оправдала также рас-
четы руководства ИРП на создание "управляемой оппози-
ции" и на стабилизацию "мексиканской модели" государст-
ва и политической системы.

Латиноамериканские государства в середине XX в.
Уже с 30-х гг. зависимое и деформированное развитие ка-
питализма, усилившее социальные контрасты, привело к
медленным, но неизбежным изменениям в латиноамерикан-
ском обществе и в его политической системе.

Латифундизм, авторитаризм, незавершенность процесса
этнической интеграции, сохранение традиционного уклада

488

жизни коренного населения и другие тому подобные факто-
ры самым тесным образом переплелись с социальным ре-
формизмом, с использованием новейших достижений НТР
с быстрой урбанизацией, с ломкой старых поведенческих
стереотипов и политического сознания. В XX в. значитель-
но возросла социальная мобильность и политическая актив-
ность масс, их стремление к самостоятельному участию в
политической жизни, причем в самых разнообразных фор-
мах. Все возрастающую роль начинает играть в жизни ла-
тиноамериканских государств внешний фактор. Широкая
экспансия иностранного капитала имела своим результатом
и политическую экспансию, стремление правящих кругов
ведущих держав использовать страны субконтинента в своих
глобальных военно-стратегических целях.

В 30-е гг. нацистская Германия предприняла попытку
подчинить себе с помощью "пятой колонны" (профашист-
ски настроенных эмигрантов и т. д.) ряд южноамериканских
республик (Бразилия, Боливия и др.). Под влиянием евро-
пейского фашизма в некоторых странах южного конуса (Бра-
зилия, Аргентина, Чили и др.) сложились и свои "корпора-
тивистские", "институционалистские" организации, партии
тоталитарного типа, а также и сами военно-фашистские
диктатуры. Так, Доминиканская партия, организованная
сверху диктатором Трухильо по тоталитарному типу, авто-
матически включила в себя всех государственных служа-
щих.

Особенно в 30-40-х гг. XX в. образцам европейского
фашизма и "корпоративизма" следовала Конституция Бра-
зилии 1937 г., в которой профашистски настроенный дикта-
тор Варгес декларировал создание так называемого нового
государства. После разгрома нацизма во второй мировой
войне позиции фашистских и неофашистских партий ослаб-
ли, они утратили массовую социальную базу, но сохранили
свое влияние в ряде латиноамериканских стран, нередко сли-
ваясь с террористическими группировками. В 30-е гг. актив-
ную борьбу с европейским фашизмом за влияние на лати-
ноамериканские страны повели также правящие круги США.
Североамериканский капитал в рамках политики "доброго
соседа" президента Ф. Рузвельта существенно потеснил
своих конкурентов, закрепил свое доминирующее положе-
ние на субконтиненте. Зависимость латиноамериканских
государств от северного соседа еще более возросла после

489

второй мировой войны, когда стратегически важный суб-
континент стал ареной "холодной войны" и конфронтации
двух "сверхдержав" (США и СССР).

В послевоенные годы правящим кругам США удалось
втянуть правительства латиноамериканских стран в борьбу
с "красной опасностью" и развернуть широкую антикомму-
нистическую кампанию, а тем самым подчинить их своим
военно-политическим планам. В 1947 г. в Рио-де-Жанейро
США добились от латиноамериканских государств подпи-
сания Пакта об обороне Западного полушария. В 1948 г. на
базе созданного ещё в начале века Панамериканского союза
была учреждена Организация американских государств
(ОАГ).

Принятая в том же году ОАГ Декларация о защите
демократии, а также Каракасская доктрина 1954 г. стали в
50-60-х гг. своего рода программными документами ОАГ.
Они должны были стать заслоном от "подрывного" движе-
ния на континенте и от "проникновения коммунизма". По-
скольку прямые интервенции США в латиноамериканских
республиках становились все более уязвимыми в глазах об-
щественного мнения, то теперь защита американских инте-
ресов осуществлялась под флагом ОАГ с использованием
так называемых межамериканских вооруженных сил (воо-
руженная интервенция в 1954 г. в Гватемале, в 1964 г. - в
Панаме, в 1965 г. - в Доминиканской Республике и т. д.).

С конца 60-х гг. стало все более ясно обнаруживаться
стремление латиноамериканских республик к противодей-
ствию гегемонистской политике США, к проведению неза-
висимого внешнеполитического курса. Это нашло свое от-
ражение в целом ряде документов и решений ОАГ. Однако
в тех случаях, когда ОАГ не давала официального согласия
на использование межамериканских подразделений, США,
как и в прежнее время, прибегали к открытому примене-
нию военной силы против правительств тех республик, ко-
торые рассматривались как слишком "красные" или по иным
причинам становились нежелательными для США (Грена-
да, Панама, Гаити).

С 60-х гг., стремясь нейтрализовать влияние револю-
ционных сил и ослабить антиамериканские настроения, пра-
вящие круги США стали в большей степени делать ставку
на использование в странах Латинской Америки политики
реформизма. С этой целью была разработана программа

490

"Союз ради прогресса", предусмотревшая предоставление
США финансовой помощи тем латиноамериканским стра-
нам, которые становятся на путь "мирной регулируемой
революции", т. е. проведения постепенных аграрных преоб-
разований и других социально-экономических реформ, на-
правленных на модернизацию капиталистических порядков!

Данная и последующие программы развития, хотя в
целом потерпели провал, все-таки дали толчок к капитали-
стическим преобразованиям. Это в свою очередь повлекло
за собой быстрый рост внешней задолженности, которая в
настоящее время превратилась в одну из самых острых про-
блем на субконтиненте. Многие латиноамериканские рес-
публики оказались опутанными долгами транснациональ-
ным корпорациям и Международному валютному фонду.

Сложный клубок внутренних и внешних экономических
противоречий, большая социальная и этническая неодно-
родность общества, рост политической активности населе-
ния ускорили в 30-60-х гг. падение монополии "историче-
ских партий" и процесс формирования многопартийных
систем. В большинстве стран обычным стал широкий спектр
политических партий, начиная от профашистских группи-
ровок и традиционных консерваторов и либералов и закан-
чивая коммунистами и ультралевыми партиями и подполь-
ными объединениями.

Многие из этих партий имели аналогичные "родитель-
ские" организации в других странах Запада (например, хри-
стианские демократы, социал-демократы и др.), но некото-
рые из них зародились или получили распространение как
специфически латиноамериканское явление. Среди послед-
них в первую очередь выделились национально-революци-
онные партии, которые с самого начала ориентировались на
создание широкой социальной базы - на средние слои, от-
тесненные от основных рычагов власти, на интеллигенцию,
студенчество, крестьянство и т. д. Такого рода партии, как,
например, созданный в Перу еще в 1924 г. Американский
народно-революционный альянс (АПРА), на первых порах
характеризовались высоким антиолигархическим и антиим-
периалистическим зарядом. Они выступали под флагом "на-
циональных", "народных" революций, нередко принимали
самое активное участие в вооруженной борьбе с диктатора-
ми, узурпировавшими президентскую власть. Однако после
прихода к власти такие партии действовали лишь в рамках

491

ограниченного реформизма, утрачивая антиимпериалисти-
ческий запал, шли на соглашательство с правыми силами.
Столь же специфическими и чисто латиноамериканскими
партиями, возникшими в середине XX в., стали разнооб-
разные популистские, трабалистские (рабочие) партии. Эти
Партии имели националистическую направленность, но еще
более ярко выраженную склонность к ставке на лидера,
"вождя партии" харизматического типа. Как показала дея-
тельность перонистов в Аргентине, варгистов в Бразилии,
эти партии, приходя к власти, проводили в жизнь частич-
ные реформистские меры, но при этом быстро превраща-
лись в жестокие (иногда и профашистские) режимы.

Другой характерной чертой партийных систем Латин-
ской Америки в середине XX в. была их нестабильность, ко-
торая отражала в конечном счете нестабильность самих эко-
номических и политических структур. К середине XX в. прак-
тически полностью уходят с политической арены "историче-
ские партии". Лишь в Колумбии либералам и консерваторам
удалось на какое-то время сохранить монополию на государ-
ственную власть. Принятая здесь в 1957 г. поправка к Кон-
ституции предусмотрела, что пост президента республики
на определенное время поочередно замещается кандидатами
от либеральной и консервативной партий.

Особенностью партийных систем в странах Латинской
Америки, которая также определялась общим кризисным
состоянием общества, стали политический максимализм, пра-
вый и левый экстремизм, отсутствие сколько-нибудь проч-
ного политического центра. В середине XX в. в целом ряде
стран Латинской Америки, особенно в тех, которые пережи-
ли экономические и политические катаклизмы, сама нака-
ленная политическая обстановка породила многочисленные
ультралевые и экстремистские группировки, которые отвер-
гали легальные методы борьбы, признавали лишь практику
террора, партизанской борьбы и т. д. Кубинская революция
1959 г., выросшая из партизанской войны, своим примером
способствовала дальнейшему углублению революционного
процесса на всем континенте. Но и на Кубе в ходе строитель-
ства социализма по подобию СССР произошло обычное для
Латинской Америки постепенное превращение государства
в авторитарное.

Все возрастающая политическая активность широких
слоев населения, рост антиимпериалистических и демокра-

492

тических настроений, глубокий кризис традиционных струк-
тур оказали специфическое воздействие и на государствен-
но-правовую жизнь латиноамериканских республик в сере-
дине XX в. Для большинства из них по-прежнему харак-
терной оставалась практика государственных переворотов
и военных мятежей, имевших своим результатом установ-
ление различного рода авторитарных, военно-фашистских
и военно-гражданских режимов. Новой отличительной чер-
той этих переворотов было то, что в условиях "холодной
войны" и биполярного мира за приходящими к власти пре-
зидентами стояли не только местная олигархия и те или
иные политические партии, но и внешние силы. Так, при
прямой поддержке правящих кругов США еще до второй
мировой войны утвердились такие военно-фашистские дик-
татуры, как Убико в Гватемале, Сомосы в Никарагуа, Тру-
хильо в Доминиканской Республике и др. После второй ми-
ровой войны в Латинской Америке прокатилась новая вол-
на государственных переворотов, многие из которых были
инспирированы извне. Только за 10 лет (1945-1954 гг.) было
организовано 70 путчей и военных переворотов, причем 18
из них оказались успешными. В это время при поддержке
правящих кругов США у власти утвердились такие одиоз-
ные диктаторы, как Батиста на Кубе, Кастильо Армас в
Гватемале, Гомес в Колумбии и т. д.

Неспособность ряда диктаторов бесконечно подавлять
оппозицию и контролировать политическую обстановку при-
вели в конце 60-х гг. к целой серии контрпереворотов, кото-
рые имели своей целью восстановление законной власти.
Приход к руководству государством прогрессивно настро-
енных военных, патриотических и демократических пар-
тий, представителей иных реформистских и демократиче-
ских организаций представлял собой новое явление в госу-
дарственно-правовой жизни стран Латинской Америки. Так,
в конце 60-х гг. в Перу, Панаме, Боливии и в Эквадоре взяв-
шие в свои руки власть военные осуществили ряд прогрес-
сивных преобразований, направленных прежде всего на за-
щиту национальной экономики от экспансии иностранного
капитала.

Новым явлением в политической жизни латиноамери-
канских республик стало избрание в результате демокра-
тических выборов в 1970 г. в Чили на пост президента кан-
дидата от блока левых партий С. Альенде. Успехи левых

493

сил, которые расценивались в США и консервативными
кругами на самом субконтиненте как новое проявление (по-
сле Кубинской революции 1959 г.) "красной угрозы", стали
удобным поводом для целой серии новых военных перево-
ротов в 60-х, а затем в 70-х гг. Установившиеся в это вре-
мя военные и гражданско-военные режимы в Бразилии,
Чили, Гватемале, Уругвае, Аргентине и других странах от-
кровенно защищали интересы земельной олигархии, круп-
ного национального капитала и транснациональных ком-
паний.

Частые государственные перевороты, как и прежде, по-
рождали конституционную нестабильность. Как правило,
военные, захватившие власть, и даже самые одиозные дик-
таторы спешили оформить свое правление с помощью но-
вого конституционного документа, который нередко лишь
во второстепенных вопросах отличался от предыдущей Кон-
ституции. В результате в ряде стран по-прежнему проис-
ходила частая смена конституций (в Венесуэле, в Боливии
и в некоторых других странах в XX в. сменилось до 10 кон-
ституций). Лишь в Аргентине и в Колумбии сохранялись
конституции, принятые еще в XIX в., но и их текст претер-
пел существенные изменения.

Для латиноамериканского конституционализма XX в.
характерно то, что даже при самых жестких диктатурах
творцы конституции были вынуждены сохранять ее "демо-
кратический фасад". Авторитарные методы правления не
означали исключения из конституций развернутых и де-
тально разработанных глав или целых разделов, посвящен-
ных политическим правам и личным свободам граждан. Даже
в Парагвае, где несколько десятилетий держалась полуфа-
шистская диктатура Стресснера, конституция деклариро-
вала "запрещение эксплуатации человека человеком". Оп-
ределенное значение имели конституционные положения,
предусматривающие социальные гарантии (право на труд,
пенсию, на ограниченную рабочую неделю и т. д.). Идеи "со-
циального партнерства" нашли свое отражение не только в
странах с относительно демократическими конституциями
(Мексика, Коста-Рика и др.), но и в странах с военными и
военно-гражданскими режимами. Так, в ряде конституций
60-70-х гг. частная собственность трактовалась вслед за
другими странами Запада как "социальная функция", а от-
сюда предусматривалась и возможность ее ограничения, в

494

том числе национализация частной собственности в "инте-
ресах общества".

Конституции большинства стран субконтинента, отра-
жая тенденцию к концентрации политической власти, за-
крепляют унитаризм с ярко выраженной централизован-
ной системой администрации, но сохраняют муниципальное
самоуправление. В тех странах, где сохраняется федера-
ция, последняя выступает прежде всего как исторически
унаследованная форма административно-территориальной
организации государства (Бразилия, Аргентина, Мексика,
Венесуэла).

Основным стержнем конституционного механизма яв-
ляется президент республики, избираемый, как правило, сро-
ком на 6 лет, причем не парламентом, а непосредственно
населением. Это, по сути дела, выводило президента и пра-
вительство из-под парламентского контроля. Утвердившаяся
в XX в. на субконтиненте своеобразная "суперпрезидент-
ская" республика с обширными полномочиями президента
является весьма удобным инструментом для установления
режима личной власти. В Латинской Америке, согласно кон-
ституциям, в руках президента концентрируется правитель-
ственная власть: он осуществляет руководство государст-
венным аппаратом и вооруженными силами. Велика роль
президента и в законодательном процессе (право вето, пре-
зидентские послания конгрессу, право издавать президент-
ские декреты или "декреты-законы" и т. д.). Президенты-
диктаторы, контролировавшие процесс избрания парламен-
тариев, грубо вмешивались во внутренние дела конгресса, а
в ряде случаев обходились без него. В период правления
Перона в Аргентине за "неуважение к президенту" членов
конгресса заключали в тюрьму.

Все возрастающую роль в политической жизни подав-
ляющего большинства латиноамериканских республик (ис-
ключение - Мексика, Коста-Рика) с середины XX в. игра-
ла армия. Выдвижение армии на политическую авансцену
определялось не просто кризисным состоянием общества,
но возникающим на его основе вакуумом власти, отсутстви-
ем в стране реальной гражданской силы, способной предот-
вращать гражданские войны и поддерживать порядок. Чет-
кая организация, оснащение новейшим вооружением дела-
ют армию реальной политической силой, арбитром соци-
ально-классовых и иных конфликтов. Решение многих по-

495

литических вопросов все в большей степени зависит от по-
зиции армии. Политизация касалась, как правило, лишь
армейского руководства (генералитет, офицерский корпус),
тогда как рядовой и сержантский состав, как показали пе-
ревороты 70-х гг., все еще слепо следовали команде сверху.
Поскольку командный состав - выходцы из высших или
средних слоев общества, неудивительно, что вооруженные
силы в сложной кризисной ситуации выступали, как прави-
ло, на стороне местной олигархии и иностранного капитала.
Но в 60-70-х гг., как отмечалось выше, военные, захватив
власть, становились в ряде стран (Перу, Боливия, Эквадор)
инициаторами глубоких прогрессивных преобразований.
Однако военные режимы, не имеющие в силу отсутствия
соответствующих демократических механизмов прочных
связей с гражданским обществом, постепенно перерожда-
лись в обычные диктатуры.

Новые тенденции в развитии латиноамериканских го-
сударств в 80-90-х гг. XX в. Капиталистическая модерни-
зация общества, которая происходила и происходит в тече-
ние всего XX в. на фоне постоянных экономических кризи-
сов и политических потрясений, в конечном счете дала оп-
ределенные результаты. В последние десятилетия полити-
ческая система в странах Латинской Америки претерпела
существенные изменения. Получил свое второе рождение
конституционализм с его демократическим потенциалом. В
значительной мере основой этих изменений стал экономи-
ческий рост, который осуществлялся в большинстве госу-
дарств на основе различных программ развития (модели
неокапитализма, демократического капитализма, коммуни-
тарного социализма и т. д.). В большинстве стран субконти-
нента экономический рост имел место на основе не только
национального, но и иностранного капитала, принесшего с
собой новые современные технологии, оказавшего глубокое
воздействие на все общество. Благодаря использованию ре-
зультатов научно-технической и информационной револю-
ции, а также внедрению новых передовых технологий ряд
стран вышел из состояния стагнации и стал динамично раз-
виваться. Так, например, Бразилия попала в ведущую группу
промышленно развитых стран мира. Экономический рост
усилил изменения в социальной структуре общества, где
наряду с традиционной олигархией и верхами националь-
ного капитала все большее значение стали приобретать сред-

496

ние слои. Они стали выполнять роль своего рода политиче-
ского центра. Включающимся активно в государственную
жизнь средним слоям удалось частично стабилизировать
конституционную систему и смягчить крайности правого и
левого экстремизма.

В 80-90-х гг. под воздействием усиливавшихся про-
цессов перехода "от тоталитаризма и авторитаризма к де-
мократии" все более очевидной стала тенденция к отказу
от военных мятежей как средства достижения честолюби-
вых политических целей. Разрешение спорных проблем все
чаще переносилось на арену легальной политической (в том
числе парламентской) борьбы, а перевороты стали носить
"дворцовый и бескровный" характер. Заметное воздействие
на этот процесс оказали изменения в международном кли-
мате, прекращение "холодной войны" и противостояния двух
сверхдержав. Становление нового международного порядка
создало для латиноамериканских республик благоприятную
внешнюю среду.

Таким образом, в 80-90-х гг. военные и военно-фаши-
стские диктатуры, установившиеся в предшествующие де-
сятилетия в результате путчей и переворотов, повсеместно
уступили свои позиции демократическим структурам. Но-
вые политические силы, утвердившиеся конституционным
путем, а не с помощью насилия, восстанавливали государ-
ственно-правовой порядок, и прежде всего систему свобод-
ных выборов. Этот процесс был связан также с непрочно-
стью и недолговечностью самих диктаторских режимов, ибо
они вызвали глубокое разочарование части национальной
буржуазии, средних слоев, а также широких масс населе-
ния, испытавших на себе все губительные социально-эко-
номические последствия как гражданских, так и военных
диктатур. Как правило, военные режимы успешно решали
проблему захвата государственной власти, но демонстриро-
вали обычно свою несостоятельность как в решении соци-
ально-экономических проблем, так и в осуществлении те-
кущих задач гражданского управления.

Характерным примером перехода от авторитаризма к
конституционализму была в 80-90-х гг. Бразилия, круп-
нейшее государство субконтинента. С 1964 г., когда было
свергнуто законное правительство президента Гуларта, в
стране более 20 лет сохранялось правление различных групп
военных, которым на какое-то время удалось "экономиче-

497

ское чудо" (темпы роста промышленного производства пре-
высили 11% в год). Но тяжелым наследием военного режи-
ма стали огромный рост внешней задолженности, а также
усиление социальной напряженности между различными
общественно-политическими силами и рост политических
репрессий. В конечном счете к середине 80-х гг. военные
режимы исчерпали все экономические и политические воз-
можности и вынуждены были уступить власть гражданско-
му правительству. Это стало возможным именно благодаря
усилению политического центра и компромисса разных по-
литических сил. Процессы демократизации в Бразилии на-
чались с легализации политических партий, восстановле-
ния многопартийной системы, принципа разделения властей,
основных прав и свобод. В 1988 г. была принята новая Кон-
ституция, открывающая путь к дальнейшим демократиче-
ским преобразованиям и к восстановлению конституцион-
ной законности. Так, небывалым в истории бразильского
государства фактом стало мирное отрешение от власти из-
бранного на всеобщих выборах президента Ф. Коллора,
уличенного затем в коррупции. В апреле 1993 г. впервые в
истории Бразилии был проведен плебисцит о форме и сис-
теме правления. Голосующие должны были сделать выбор
между республикой и монархией, а также между респуб-
ликой президентской и парламентарной. Большинство из-
бирателей отдали свое предпочтение президентской рес-
публике. В 1993 г. результатом острых дебатов на конститу-
ционной Ассамблее было принятие нового Основного зако-
на, ставшего выражением новых подходов к политике, к
армии, к праву.

Курс на неолиберализм в экономике и демократизацию
общественной и политической жизни характерен и для дру-
гих государств субконтинента. Однако сама действительность
в латиноамериканском обществе такова, что возможны от-
дельные рецидивы политических кризисов и государствен-
ных переворотов. По-прежнему значительная часть насе-
ления субконтинента с традиционным недоверием относит-
ся к демократическим институтам и считает, что только
"сильная рука" способна устранить неэффективность и кор-
румпированность государственного аппарата.


Головна сторінка  |  Література  |  Періодичні видання  |  Побажання
Розміщення реклами |  Про бібліотеку


Счетчики


Copyright (c) 2007
Copyright (c) 2021