Подавляющее большинство стран мира (около 85%) избрало уни¬тарную форму своего политико-территориального устройства. Это — Китай и Япония, Великобритания и Франция, Италия и Испания, Еги¬пет и Марокко, Польша и Венгрия, Украина и Беларусь, Греция и Норвегия, Финляндия и Швеция, Португалия и Нидерланды, Румыния и Болгария, Иран и Ирак, Саудовская Аравия и Сирия, Чехия и Словакия, Турция и Ливия, Ливан и Израиль, Казахстан и Узбекистан, Дания и др. В большинстве из них ни в официальном наименовании страны, ни в основах ее конституционного строя их унитарная форма обычно не указывается, а во многих конституциях таких государств нет специальных статей и разделов, посвященных этим вопросам. Но не¬редко в других такое определение в том или ином виде содержится. Так, например, в начальных статьях конституций Португалии, Румынии, Украины, Бангладеш, Мозамбика, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и др. прямо говорится об их унитарном характере, а в Конституциях Франции, Финляндии, Люксембурга, Таиланда, Бенина, Грузии, Узбе¬кистана, Туркменистана и др. — о единстве и/или неделимости этих государств, их территории.
Понятие унитарного государства. Унитарное государство (от лат. unus, unitas — один, единство) — это одна из основных форм политико-территориальной организации государства, при которой его единая территория подразделяется обычно не на отдельные государства и/или государственные образования (республики, штаты, земли и др.), а на административно-территориальные единицы (области, департаменты, губернии, провинции, районы, округа, общины и др.) со сравнительно ограниченной самостоятельностью, а само государство имеет одну кон¬ституцию, одно законодательство, одно гражданство, единую систему органов государственной власти и управления, одну судебную систему, единый бюджет и налоговую систему и т.д. Поэтому унитарное госу¬дарство нередко называют единым, слитным, простым по своей струк¬туре государством, в отличие от федеративного государства как слож¬ного, составного, союзного, объединенного. Это, можно сказать, «идеальный тип» унитарного государства, от которого в реальной жизни имеются более или менее существенные отклонения, сближающие иногда такие разновидности унитарного государства с федеративным, о чем речь ниже.
Простые унитарные государства по своей территориальной струк¬туре включают в себя только обычные административно-территори¬альные единицы. Если же унитарное государство имеет на своей тер¬ритории еще и особые, автономные образования, то оно рассматрива¬ется как сложное. Административно-территориальное деление имеют практически все государства, и лишь в крайне редких случаях (напри¬мер, Мальта, Бахрейн, Науру или Тувалу в Океании) из-за особой малочисленности населения и очень небольшой территории такое де¬ление отсутствует. Административно-территориальное деление уни¬тарного государства может быть двухзвенным (например, провин¬ции — муниципалитеты в Нидерландах или области — общины в Ар¬мении и Болгарии), трехзвенным (например, область — провинция — коммуна в Италии) и даже четырехзвенным (например, регион — де¬партамент — район — община во Франции).
По характеру взаимоотношений между государством в целом, выс¬шими органами государственной власти и управления и его структур¬ными частями, их органами власти, управления и самоуправления уни¬тарные государства подразделяются на централизованные и децентра¬лизованные. В свою очередь централизованные государства по степени своей централизации могут разграничиваться на крайнецентрализованные или сверхцентрализованные, характерные для недемократи¬ческих стран, и умеренноцентрализованные или демократически цент¬рализованные. Точно так же децентрализованность унитарных госу¬дарств может быть достаточно высокой и относительно слабой. В сверхцентрализованных и централизованных унитарных государствах обеспечивается вертикаль жесткого и полного подчинения средне¬го и нижнего территориального звена управления центру, который на¬значает или утверждает своих представителей для управления регио¬нами и местами (Индонезия, Таиланд, Польша, Болгария и др.). Для децентрализованных унитарных государств характерны более или менее широкая самостоятельность регионов и мест в отношении цент¬ра, который либо вообще не имеет назначаемых им представителей в областях (регионах) и на местах, либо имеет их лишь в среднем звене с ограниченной компетенцией, наряду с действующим в этом звене органом местного самоуправления и широким местным самоуправле¬нием в низшем звене (Франция, Великобритания и др.).
Административно-территориальное деление унитарной страны может прямо закрепляться в ее конституции, а может находить в ней косвенное отражение или о нем может вовсе не идти речь в конститу¬ции. Так, в Конституции Испании содержится целый раздел «О терри¬ториальном устройстве государства», где подробно излагаются общие принципы, конституционные основы местной администрации и авто¬номных сообществ. В ст. 5 Конституции Италии говорится, что единая и неделимая республика признает местные автономии и содействует их развитию, осуществляет самую широкую административную децентра¬лизацию, приводит принципы и методы своего законодательства в со¬ответствии с требованиями автономии и децентрализации. В специаль¬ной главе «Области, провинции и коммуны» (ст. 114—133) четко опре¬деляются права и полномочия областей как автономных образований, их перечень, а также статус провинций и коммун как автономных территориальных единиц более низкого уровня, возможность подразделения территорий провинций на округа «с исключительно администра¬тивными функциями для последующей децентрализации (ст. 128, 129 и др.). В Конституции Греции (ст. 101) указывается, что администра¬тивное деление страны производится, исходя из геоэкономических, со¬циальных и коммуникационных условий и что государственная адми¬нистрация организуется на основе децентрализованной системы. О провинциях и муниципалитетах говорится в гл. 7 Конституции Нидерландов (ст. 123—132). В Конституции Португалии речь идет об уни¬тарном государстве, которое «уважает в своей организации принципы автономии местных органов власти и демократической децентрализа¬ции государственного управления (ч. 1 ст. 6). Разделы 7 и 8 этой Кон¬ституции закрепляют статус автономных областей и организацию местной власти.
Примерами простых унитарных государств, в которых нет автоном¬ных образований, могут служить Индонезия, Египет и Польша. Адми¬нистративно-территориальное устройство Индонезии включает 27 про¬винций и особую столичную территорию г. Джакарты. Во главе про¬винций находятся назначаемые Президентом губернаторы и местные советы народных представителей. Провинции подразделяются на об¬ласти (их около 300) во главе с главами областей. В число областей включается и ряд крупных городов, возглавляемых мэрами. Области в свою очередь разделяются на районы (их более 3200) во главе с назна¬чаемыми правительством чиновниками (чаматами). Районы включают низовые территориальные единицы (десы) во главе со старостами, на¬значаемыми чаматом.
Административно-территориальное устройство Египта включает 27 провинций, каждая из которых подразделяется на округа, а округа — на районы. Провинции возглавляет назначаемый Президентом губер¬натор — представитель исполнительной власти страны, который в про¬винции возглавляет ее административный орган — исполнительный совет. Главы округов и районов назначаются губернатором провинции. В деревнях и городских кварталах в качестве государственных чинов¬ников выступают старосты деревень и шейхи городских кварталов, из¬бираемые населением, но подчиняющиеся министру безопасности. На¬ряду с органами государственной власти на местах в стране имеется и система органов местного самоуправления, представленная местными представительными органами — народными советами провинций, рай¬онов, городов, деревень, избираемыми населением соответствующих административно-территориальных единиц. Но решающая роль в реальном управлении не только страной в целом, но и на местах принад¬лежит государственному управлению.
В Польше ст. 3 Конституции четко определяет, что она есть «единое государство», а ст. 15 указывает, что в нем «территориальное устройст¬во обеспечивает децентрализацию публичной власти». Ее политико-территориальная структура включает 49 воеводств, включая воеводст¬во г. Варшавы. Воеводства как среднее звено организации государст¬венной власти, осуществляющие деконцентрацию власти центра, не имеют представительных органов и управляются единолично воевода¬ми, назначенными Председателем правительства и являющимися ор¬ганами правительственной администрации и представителями прави¬тельства в воеводстве. На нижнем уровне осуществляется территори¬альное самоуправление, основной единицей которого является община (гмина), выполняющая публичные задачи, не закрепленные за органа¬ми иных публичных властей и иными единицами территориального самоуправления. Воевода осуществляет надзор за деятельностью орга¬нов территориального самоуправления.
Автономия в унитарном государстве. Хотя большинство унитар¬ных государств, как уже отмечалось, включают только те или иные административно-территориальные единицы, и не имеют каких-либо автономных образований, немало и таких унитарных государств, кото¬рые обладают автономиями. Это, несомненно, усложняет их политико-территориальную организацию, вносит в нее известную асимметрию. Но само по себе наличие на территории данной страны одной, двух и даже нескольких автономий не выводит ее за рамки унитарности и не превращает ее в федерацию. Автономность и суверенность — это качественно различные уровни самостоятельности политико-территори¬альных единиц, субъектов. Общая тенденция демократизации устройст¬ва государств в современном мире определяет общую тенденцию роста децентрализации политико-территориального устройства различных стран, расширения автономии и местного самоуправления. Наиболее ярким проявлением этого может служить превращение Италии и Ис¬пании в «государства автономий», вся территория которых состоит сегодня из автономных единиц. Их нередко называют регионалистскими государствами, занимающими в определенном смысле промежуточ¬ное место между унитарным и федеративным государствами, не выхо¬дя в общем и целом за рамки унитаризма.
Автономия (от греч. autonomia — самоуправление, независи¬мость) — особый статус территории в государстве (или сама террито¬риальная единица с соответствующим статусом), предусматривающий более или менее широкие возможности самостоятельно решать свои внутренние проблемы вне пределов прав и полномочий государства в целом, в состав которого входит данная самоуправляющаяся единица.
В данном случае речь идет о территориальной автономии, хотя понятие «автономия» используется и в более широком плане, включающем в частности, и организационную автономию (автономность в партийном, профсоюзном и ином строительстве) и культурном (культурная и на¬ционально-культурная автономия и др.). Поскольку последние носят экстерриториальный характер и непосредственно не связаны с полити¬ко-территориальной организацией государства, постольку эти виды автономии здесь не рассматриваются. Сама территориальная автоно¬мия может носить общий, не специфический, национально-территори¬альный характер, а может сочетать в себе как общетерриториальные, так и национально-территориальные начала. Национально-территори¬альная автономия — это одна из разновидностей (форм) политико-тер¬риториальной организации многонационального государства, обеспе¬чивающая более или менее самостоятельное осуществление публичной власти на какой-либо его части, отличающейся особым национальным составом населения, своеобразием культуры, языка, быта, традиций и т.д. Тем самым осуществляется самоопределение и самоуправление этносов и компактно проживающих этнических меньшинств данной страны.
Автономии различного порядка, уровня и характера имеются се¬годня во многих унитарных странах. Это — Тибет, Синьцзян, Внутрен¬няя Монголия и др. в Китае; Корсика во Франции; Северная Ирландия (Ольстер) в Великобритании; автономные области в Италии; Курдистан в Ираке; Азорские острова и Мадейра в Португалии; Гренландия и Фарерские острова в Дании; автономные сообщества в Испании, включая Каталонию, Галисию и Страну Басков; Аландские острова в Финляндии; и др. Автономии имеются и во многих унитарных странах СНГ: Крым на Украине; Абхазия и Аджария в Грузии; Нахичевань в Азербайджане; Гагаузия в Молдове; Каракалпакия в Узбекистане; Гор¬ный Бадахшан в Таджикистане. Рассмотрим далее политико-террито¬риальное устройство сложных унитарных государств на конкретном примере трех крупных стран мира — Китая, Италии и Испании, каждая из которых включает многочисленные, иногда и разнохарактерные автономные образования.
В Китае, где 92% всего населения страны составляют этнические китайцы (хань) и только 8% иноэтничное население (хотя здесь это составляет около 100 млн чел., проживающих почти на половине всей территории страны), в рамках унитарного государства используется национально-территориальная автономия в административной форме. На территории страны в этом отношении образованы: пять автономных районов (Синьцзян-Уйгурский, Тибетский, Внутренней Монголии, Гуанси-Чжуанский, Нинся-Хуэйский), представляющих собой выс¬ший уровень административной автономии; три десятка автономных округов, олицетворяющих средний уровень такой автономии; и более ста двадцати автономных уездов как нижнего уровня административ¬ной национально-территориальной автономии. Все автономии рас¬сматриваются как неотъемлемые части унитарного государства, кото¬рым вменяется в обязанность сохранять единство страны. Они не яв¬ляются ни государствами, ни государственными образованиями, обла¬дающими теми или иными признаками государства. Законодательство Китая рассматривает национальную районную автономию в качестве «основной политической формы марксистско-ленинского разрешения национального вопроса в КНР, одного из важнейших институтов по¬литической системы страны».
Выполняя общие для органов всех административно-территори¬альных единиц соответствующего уровня (провинций, уездов) функ¬ции, органы автономных национально-территориальных единиц, как и органы национальных волостей (составных частей уездов, не являю¬щихся автономиями), выступают одновременно и в качестве органов национального самоуправления, в связи с чем автономии наделяются дополнительными полномочиями. Собрание народных представите¬лей каждого вида автономии принимает Положение о данной автоно¬мии, которое утверждается соответствующим вышестоящим собрани¬ем народных представителей. Органы самоуправления автономий осу¬ществляют общегосударственный курс с учетом специфики нацио¬нальных районов, округов, уездов, самостоятельно распоряжаются местными финансами, содействуют развитию национальной культуры и образования, сохраняют национальные памятники и т.д.
В целом же Китай — сильно централизованное унитарное государ¬ства, в котором даже крупные национальные районы обладают ограни¬ченной, не государственной, а административной автономией, находят¬ся в прямом подчинении и под достаточно жестким контролем высших и других государственных органов. В обычных уездах и волостях осуществляется прежде всего не самоуправление, а государственное уп¬равление на основе единой иерархической исполнительной вертикали во главе с Государственным советом КНР, в то время как общественное самоуправление (комитеты городского и сельского населения) созда¬ется на самом низовом уровне (деревня, городской квартал) и выпол¬няет весьма ограниченные функции.
Италия, как уже отмечалось, относится сегодня к числу весьма децентрализованных по своему политико-территориальному устрой¬ству стран, что исторически во многом явилось результатом реакции
на тот сверхцентрализм, который более двух десятилетии существовал в ней в годы фашистской диктатуры (1922—1943). Наиболее рельефно это проявляется в подразделении территории страны на 20 автономных областей, среди которых особо выделяются пять, имеющих в той или иной мере относительно более широкую автономию. В Конституции Италии говорится, что страна делится на области, создаваемые как «автономные образования с собственными правами и функциями со¬гласно принципам, установленным в Конституции» (ст. 115), а такие автономные области, как «Сицилия, Сардиния, Трентино-Альто-Адидже, Фриули-Венеция-Джулия и Валле-д'Аоста имеют особые формы и условия автономии согласно специальным статутам, установленным конституционными законами» (ст. 116). Особая автономность Сици-лии и Сардинии была обусловлена их островным положением, относи¬тельной социально-экономической отсталостью, серьезными особен¬ностями быта и жизненных традиций, а также проявлениями сепара¬тизма; а в трех других — проживанием в них этнических меньшинств (немецкоязычных, франкоязычных и иных).
Все автономные области (как обычные, так и специальные) облада¬ют достаточно высоким статусом и широкой компетенцией в рамках унитарной формы политико-территориального устройства, основанно¬го на автономии и децентрализации. Их автономия носит не только административный, но и законодательный характер, поскольку область (ст. 117) имеет право издавать законодательные нормы по многим во¬просам (организация собственных органов; территория коммун; мест¬ная полиция; сельское хозяйство и леса; охота, ремесла и рыбная ловля; ярмарки и профессиональное обучение, помощь школе и благотвори¬тельность; гостиничное дело и туризм; местные музеи и библиотеки; областные дороги и транспорт и др.) Области пользуются установлен¬ной законом республики финансовой автономией (ст. 119). Область (ст. 121) имеет областной совет (законодательный орган) и джунту во главе с ее председателем (исполнительный орган). Каждая область имеет свой статут, который в соответствии с Конституцией и законами страны определяет ее внутреннюю организацию, принимается област¬ным советом абсолютным большинством голосов его членов и утверж¬дается законом республики (ст. 123). В области находится правитель¬ственный комиссар, который руководит деятельностью государствен¬ной администрации и координирует ее с деятельностью, осуществляе¬мой областью; он же визирует принятые областным советом законы, если они не вызывают возражения со стороны правительства (ст. 124 и 127). Провинции (их около 100) и коммуны (их около 8000), служащие территориальными единицами государственного и областного деле¬ния, также являются автономными образованиями в установленных законом рамках (ст. 128 и 129 Конституции Италии).
В Испании, как и в Италии, все ее территориальные единицы — автономные сообщества, провинции и муниципалитеты — являются автономными образованиями различных уровней в рамках общей вы¬сокой децентрализации политико-территориальной системы страны. Как и в Италии, автономизм современной Испании был противопо¬ставлен франкистской политике жесткой унификации, полного отри¬цания автономии национальных районов и абсолютного унитаризма. Сильно подчеркнув нерушимое единство испанской нации как единого и неделимого отечества для всех испанцев, Конституция Испании (ст. 2) в то же время признает и гарантирует право на автономию для национальностей и регионов, ее составляющих, и солидарность между ними. В стране в еще большей мере осуществлено демократическое сочетание общетерриториальной и национально-территориальной автономии в ее политико-территориальной организации.
Всего в Испании имеется 17 автономных сообществ, из которых три (Каталония, Галисия и Страна Басков) образованы на территории ис¬торического компактного проживания соответствующих коренных на¬родов. Испания — полиэтничная страна, в которой почти 73% населе¬ния составляют кастильцы, или собственно испанцы), свыше 16% ка¬талонцы, более 8% — галисийцы и свыше 2% — баски. Испанский уни¬таризм характеризуется не только высокой децентрализацией, но и асимметрией. Это находит свое выражение, в частности, в том, что автономные сообщества имеют неодинаковый статус, поскольку одни (Каталония, Галисия, Страна Басков и Андалузия) обладают полной автономией, о которой говорится в ст. 149 Конституции; другие — спе¬циальной автономией (Канарские острова, Наварра и др.); а третьи — сравнительно ограниченной автономией (ст. 148).
Важно при этом отметить, что, согласно Конституции, различия в статусах разных автономных сообществ ни в коем случае не могут давать ни экономических, ни специальных преимуществ, а государство гарантирует эффективное осуществление принципа солидарности, за¬ботясь об установлении адекватного и справедливого экономического равновесия между различными частями испанской территории, уделяя особое внимание специфическим обстоятельствам островных террито¬рий (ст. 138). Целям выравнивания уровней экономического развития «бедных» и «богатых» регионов и воплощения принципа солидарности служит созданный на основе Конституции 1978 г. (ст. 158) Компенса¬ционный фонд как фонд регионального развития. Важно и то, что все испанцы имеют одни и те же права и обязанности на всей территории страны; что никакие органы власти не могут принимать меры, которые прямо или косвенно препятствуют свободе передвижения и выбора местопребывания лиц и свободному перемещению имущества по всей испанской территории (ст. 139). Ни в коем случае не допускается со¬здание федерации автономных сообществ, а соглашения между ними могут заключаться лишь с разрешения парламента страны при уведом¬лении его о характере и целях такого соглашения (ст. 145).
Автономные сообщества имеют собственные статуты (уставы), принимаемые парламентом страны путем издания органического (кон¬ституционного) закона. Эти статуты в соответствии с Конституцией Испании являются «основной институциональной нормой каждого автономного сообщества, которую государство признает и охраняет как составную часть своего законодательства» (ст. 147) и служат основой законодательства этого сообщества. Каждое автономное сообщество имеет законодательное собрание, которое осуществляет контроль за деятельностью избираемых им и назначаемых королем органов испол¬нительной власти — правительственного совета и его председателя. Автономные сообщества обладают финансовой автономией, имея соб¬ственные источники доходов.
Своеобразие испанского автономизма состоит в том, что в рамках его конституционных основ вопросы разграничения предметов веде¬ния и полномочий автономных сообществ и государства в целом ре¬шаются в каждом конкретном случае отдельно, что порождает еще большую асимметрию внутри системы самих автономных сообществ. На этой основе Каталонии, Стране Басков и некоторым другим уда¬лось за последние годы получить немалые уступки у центрального правительства, особенно в плане укрепления их финансовой самосто¬ятельности. Общая тенденция расширения автономии и децентрализации власти и управления нашла свое выражение в общенациональ¬ном Пакте об автономии (февраль 1992 г.) и его практическом осу¬ществлении в последующие годы, основывавшихся на нахождении компромисса между децентралистскими и унитаристско-ценралистскими силами. В результате были существенно расширены полномо¬чия автономных сообществ на основе ч. 2 ст. 150 Конституции, кото¬рая гласит: «Государство может передавать или делегировать авто¬номным сообществам посредством издания органического закона полномочия в областях, относящихся к его компетенции, которые по своему характеру могут подлежать передаче или делегированию. Закон в каждом случае предусматривает передачу соответствующих финансовых средств, а также формы контроля, который сохраняется за государством».
По Конституции Испании автономные сообщества обладают до¬статочно широкими полномочиями. К их ведению относятся: органи¬зация своих органов самоуправления; изменение границ их муниципа¬литетов; территориальное, городское жилищное благоустройство; транспорт, общественные работы и дороги на их территории; земледе¬лие и животноводство; леса и лесное хозяйство; охрана окружающей среды; развитие экономики автономного сообщества; охота и речное рыболовство; гидротехнические сооружения, каналы и системы ирри¬гации; ремесла и местные ярмарки; здравоохранение и гигиена; соци¬альное обеспечение; развитие культуры, науки и образования на языке автономного сообщества; музеи, библиотеки и памятники; развитие туризма, спорта и досуга; местная полиция и др. (ст. 148).
Вместе с тем в условиях длительного и постоянного противоборст¬ва тенденций единения, унитаризации и децентрализации, автономи-зации в вопросах политико-территориальной организации страны Ис¬пании приходится обеспечивать их трудный баланс в рамках унитар¬ного «государства автономий». Во-первых, Конституция (ст. 149) за¬крепляет исключительную компетенцию государства в таких областях, как: международные отношения; оборона и вооруженные силы; регули¬рование основных условий, обеспечивающих равенство всех испанцев в осуществлении ими своих конституционных прав и обязанностей; гражданство, миграция, положение иностранцев, право убежища; от¬правление правосудия; денежная система и основы кредитной, банков¬ской и страховой систем; государственные финансы и государственный заем; внешняя торговля, таможенный режим и таможенные тарифы; торговое, уголовное, гражданское и иное право; трудовое законодатель¬ство, законодательство об интеллектуальной и промышленной собст¬венности, о системе мер и весов; основы и координация общего плани¬рования экономической деятельности; развитие и общая координация научно-технических исследований; основы и общая координация здра¬воохранения; основы законодательства и экономический режим систе¬мы социального страхования; правовые основы государственной служ¬бы и статуса государственных служащих; общий порядок функциони¬рования печати и средств массовой информации; охрана общественно¬го порядка и др. Закрепляя эти полномочия за государством в целом, Конституция при их определении во многих случаях подчеркивает, что это не должно наносить ущерб самостоятельности автономных сооб¬ществ в соответствующих областях.
Во-вторых, при всей высокой децентрализации и автономности го¬сударство сохраняет за собой строгий и широкий контроль за деятель¬ностью автономных сообществ. Конституция, в частности, предусматривает, что их статуты рассматриваются и принимаются парламентом страны; что государственные нормы преобладают над нормами авто¬номных сообществ по всем предметам, не относящимся к исключитель¬ному ведению последних; что государство может принимать законы, устанавливающие необходимые принципы для согласования норма¬тивных узаконении автономных сообществ, даже по отношению к пред¬метам, отнесенным к их ведению, если того требуют общие интересы (ч. 3 ст.150).
В-третьих, если автономное сообщество не выполняет обязательст¬ва, предусмотренные Конституцией или другими законами, либо его действия наносят серьезный ущерб общегосударственным интересам Испании, Правительство предупреждает председателя автономного со¬общества и при отсутствии ответа с его стороны может с согласия абсолютного большинства Сената принять необходимые меры для вы¬полнения автономным сообществом указанных обязательств в прину¬дительном порядке или для защиты общегосударственных интересов. В осуществлении этих мер Правительство может давать соответствую¬щие распоряжения любым органам автономных сообществ.
Конечно, автономизация и децентрализация политико-территори¬ального устройства современной Испании не смогла за сравнительно короткий исторический срок решить все этнонациональные и регио¬нальные проблемы и тем более устранить экстремистские проявления на националистической и сепаратистской почве. Предстоит пройти еще долгий и нелегкий путь. Но бесспорно и то, что демократическое при¬менение принципов автономизма и децентрализма в этой многонацио¬нальной стране позволило за короткий период снять былую остроту сепаратистских тенденций, укрепить единство страны, во многом пре¬одолеть острейшие межнациональные и межрегиональные напряжен¬ности и конфликты. Опыт Испании, сумевшей в кратчайший истори¬ческий срок в целом успешно перейти от тоталитаризма к демократии, имеет не только национальное, но и международное значение, особенно для полиэтничных постсоветских и постсоциалистических стран.